Глава 80
- Почему вы заговорили со мной на английском? – Не удержалась я и задала вопрос, который интересовал меня с самого начала. Мой новый знакомый растянул губы в тонкой ироничной улыбке. Его внешность завораживала и отталкивала одновременно. Я где-то слышала выражение «уродливая красота» и этому молодому мужчине выражение подходило как нельзя лучше. Он явно косил под альбиноса – полностью белые волосы, уложенные в стильную, чуть ершистую прическу, шедевр парикмахерского искусства. Очень бледная кожа. Ее будто бы никогда не касались лучи солнца. Правильные, чуть заостренные черты лица и упрямый подбородок показывали, что у парня есть сила воли. Единственное, что доказывало, что он не альбинос – светло голубые, почти прозрачные глаза. Казалось, в них стыли льдинки, производя весьма пугающее впечатление.
- Потому что вы семафорите на весь зал: «я не местная», простите за откровенность. – Обаятельно улыбнулся мой новый знакомый. – Европа?
- Россия. – В тон ему ответила я.
- Германия. – Пожал плечами мужчина, смахивая с рукава неприлично дорогого белого пиджака несуществующую пылинку. Одет он, кстати, был «не клубно», а чересчур подчеркнуто официально. В брендовые белые легкие брюки и пиджак в тон. А под пиджаком была модная черная майка, резко контрастирующая цветом с его внешностью.
- Роберт Вебер. Лучше просто Берт.
- Очень приятно. Вероника. – Я отчего-то засмущалась, чувствуя на себе пристальный, холодный взгляд Берта, которым он почти сканировал меня. Снова и снова. Разглядывал, словно букашку под микроскопом.
- Так вот куда вы исчезли, бьюти-девочка. – Насмешливо протянул мой новый знакомый и моя рука задрожала так сильно, что я не удержала коктейль. Он выплеснулся прямо на дорогой пиджак Берта. Тот успел отпрыгнуть – брюки не пострадали, в отличие от пиджака.
- Прошу прощения. – Застонала я, закрыв глаза от унижения. Боже, как неудобно. И как неправильно – показывать свое волнение незнакомцу. От одного имени у меня мурашки шли по коже. Был в моей жизни один Берт, оставивший не самые приятные воспоминания…
- Не переживайте. Пустяки, бывает. – Берт сбросил с себя пиджак и остался в одной майке. Выглядел он подтянуто, то не в моем вкусе – худощавый, гибкий. Было видно, что он старался, занимаясь в спорт зале, но природа не дала ему возможности развернуться. Узкие запястья, длинные музыкальные пальцы… Я нахмурилась, поняв, что где-то я встречала этого мужчину. Он выглядел молодо, как мальчишка, но лишь на первый взгляд. Я была убеждена, что он старше меня лет на десять, как минимум.
- Вы пианист? – Затаив дыхание, спросила я. И в памяти взорвалось вспышкой воспоминание о том, как мы с девчонками ходили на концерт гениального Вебера. Билеты на концерт достал Гор – по знакомству, на первый ряд. Естественно, по блату. Гор очень любил классическую музыку в современном исполнении талантливых музыкантов и Вебер был одним из его любимых пианистов. Алекс даже пару раз мотался в Европу на его концерты и когда узнал, что Вебер всего на день приезжает в Москву, то не удержался и пригласил меня на концерт. А сам – не пришел. Не смог. У него заболел сын, и естественно Гор не смог вырваться из дома, от жены. Он очень извинялся, но я не дослушав, бросила трубку. Как сейчас я помню, насколько мне было горько. Я тогда очень ждала того вечера, думала мы проведем его с Алексом только вдвоем. А после концерта поужинаем в уютном ресторане, и возможно, Гор пригласит меня в гостиницу… Но моим мечтам, как, впрочем, всегда, не удалось сбыться. Семья Гора снова встала непреодолимой стеной, между нами, с Алексом. И Гор отдал свой билет Мие. Я покачала головой, вспоминая тот концерт и пианиста, что зацепился взглядом за меня, прожигая своими фамильными голубыми глазами прямо со сцены.