Глава 3

Я начинаю дрожать, не знаю, куда деть свой страх… Я знаю, что только что согласилась на настоящее безумие. Чувствую себя так, как будто подписала свой смертный договор. Какая я ему невеста? Я его вижу первый раз в жизни, к тому же боюсь до чертиков. Но если моего отца отпустят, то я готова… Наверное. И все равно у меня не получается сдержать свой страх, я отступаю назад, чтобы он меня не трогал, спрашиваю: – Значит, мы договорились? Где мой отец? Мы вместе сможем вернуться домой? – Ты останешься здесь. – Ээ… В каком смысле? Уголки его губ ползут вверх, возможно, для кого-то это выглядит как улыбка, но для меня это сейчас как звериный оскал: – Роза, все просто. Ты теперь моя невеста. Значит должна жить в моем доме. – Нет. Я не могу! Судорожно думаю, какую причину ему назвать, и выдаю первое, что приходит в голову: – Надо же вещи собрать! – Мои люди все соберут и привезут. А ещё лучше – я куплю тебе новое. – Не надо новое! Я хочу свои вещи. И вряд ли ваши люди умеют собирать вещи! Они только разбрасывать умеют. Знаете, какой бардак устроили у нас дома? Мне надо все убрать, – я тараторю без умолку, пытаюсь скрыть своё волнение. «Чудовище» смотрит на меня изучающим взглядом. Как будто первый раз видит. Его взгляд скользит вниз: к моей груди, бедрам и ногам… Мне становится совсем нехорошо. Неужели он оценивает меня? Смотрит, какой «товар» сегодня получил? Быстрым шагом Адамов проходит мимо меня, открывает дверь и даёт распоряжение тому бандиту: – Вернитесь в ее дом. Все там приберите, что разбросали… И соберите ее вещи. – Можно я поеду с ними? Я сама соберу свои вещи! Прошу, – я подхожу и хватаю его руку. Совсем сумасшедшая! Чувствую внизу его ладони грубую кожу, неужели и там у него ожоги? Но руки почему-то не отнимаю. Адамов смотрит на меня в раздумьях, затем опускает взгляд вниз и рассматривает мою руку, которая держит его. Я смущаюсь и убираю руки за спину. Он едва заметно кивает. И даёт новое распоряжение, выглядывая в коридор: – Девушка едет с вами. Глаз с неё не спускать. Она теперь моя… женщина. Будущая жена. Понял? – Ээээ. Понял, конечно. В этот момент я тоже прохожу в коридор и вижу, как лицо бандита удивленно вытягивается, но он молчит. Адамов уходит, а этот Яр (так вроде?) провожает меня до той же самой машины, на которой меня сюда везли. Но теперь он очень вежливо со мной обращается. Открывает мне дверь, дает руку (которую я не принимаю). Пока мы едем, бандиты переговариваются между собой: – Он надумал жениться, – сообщает Яр. – На самом деле я ему давно говорил. Не помешает ему женщина в доме, а то совсем одичал. Одна сицилийская семья хочет отдать ему свою дочь… Вот бы он выбрал ее. Там такая семья! В Италию бы часто ездили… а может, навсегда туда бы перебрались, а? – Он выбрал ее, – тот, что затеял разговор, кивает в мою сторону. Все оборачиваются и рассматривают меня, как будто я диковинная вещь. – На фига? Она же малолетка, – выдает тот, что сидит рядом со мной. – Зато ничего так по округлостям… Мордашка милая, блондиночка… Глаза вон посмотри: голубые, фигура есть. Вряд ли сицилийки такие же, как наши. Я бы тоже выбрал ее. Ха-ха-ха. Я хочу ответить «Прекратите обсуждать меня! Я же сижу здесь!» Не успеваю. Яр бьет своего дружка по голове: – Женщину господина обсуждать нельзя. Ясно? – Ясно, Яр, извиняй! Мы подъезжаем к моему дому. Я сразу же направляюсь в свою комнату, один из бандитов следует за мной. Я хочу закрыть дверь в свою комнату. Но он не даёт: – Сказано, не оставлять одну. – Мне некуда бежать… Я всего лишь хочу переодеться. – Нет. Не знаю, какой бес в меня вселился, но я начинаю пользоваться тем, что я поняла в машине… Они все боятся своего «босса», которого даже господином называют. Я выдаю: – Оставьте меня одну или я пожалуюсь Игорю… Он сначала хлопает глазами, а потом послушно выходит. Сработало! Я выдыхаю. Быстро кидаюсь в ванную, запираю дверь. Набираю номер Влада. Мне больше некому звонить. – Роза? Ты на часы смотрела? Уже поздно… и я все ещё злюсь на тебя. – Влад! Это срочно. – Что у тебя с голосом? Что-то случилось? – Твой отец ведь прокурор? – Да? А что? – Мой отец попал в неприятную ситуацию, мне нужна помощь. Его держат взаперти. – В какую неприятную ситуацию? Напиши адрес, мы с отцом попытаемся помочь. Он в изоляторе, что ли? – Нет…Он связался с криминальным авторитетом Адамовым…Может, ты знаешь такого? В трубке повисает тишина. Я зову «Влад, Влад, Влад». Никто не отвечает. Спустя время я слышу: – Тут вряд ли можно помочь. Прости. – Что ты такое говоришь? Неужели на него нет никакой управы? Почему все его боятся? Мы же не в девяностых! – Есть причины. Он тоже необычный бандит… У него есть компромат на каждого! Я подозреваю, что и связи чуть ли не с правительством. Он тесно общается с криминальным миром за рубежом… Ты представляешь его масштабы? Я вообще не понимаю, зачем он живет в нашей дыре. – Перестань мне про него рассказывать! – прерываю я Влада. Меня бесит его тон: он что, им восхищается? Ещё раз спрашиваю с надеждой: – Ты поможешь мне или нет? – Мой отец уже пересекался с ним, еле вышел сухим из воды! Я знаю, что он больше не захочет с ним связываться… – Попроси его! – Не могу. – Даже ради меня? – я собиралась быть сильной, но теперь я плачу. Слёзы капают на пол… я думала, Влад мне поможет. Я так на это надеялась. – Послушай, Роза…Успокойся. Приезжай ко мне. Сквозь слезы я выдавливаю: – Какой смысл? Ты все равно не хочешь помогать моему отцу! – Я позабочусь о тебе, любимая! – Больше не надо обо мне заботиться. Я выхожу замуж. – Что? В каком смысле? – Адамов хочет, чтобы я стала его женой… Я слышу удивлённый вздох, затем звенящая тишина и гудки… Влад бросил трубку? Парень, с которым я встречалась три года, отвернулся от меня за одну минуту. Потому что я связалась с Чудовищем. Все его боятся… и никто не сможет мне помочь. Я осталась одна. И кажется, другого выхода нет: мне действительно придётся выйти за него замуж.