Глава 17

Я ощущала себя так, словно у меня за спиной выросли крылья. Сегодня я ездила в детский дом, чтобы передать детям всё необходимое. Деньги, вырученные за танцы, поступили на мой рабочий счет на следующий же день после банкета. Римма Николаевна советовала мне просто передать средства, а в детском доме уже сами разберутся, куда их потратить. Я от этой затеи отказалась.

Сумма собралась приличная и была велика вероятность, что у директора детского дома возникнет непреодолимое искушение присвоить себе определенную часть денег. Я этого допустить просто не могла, поэтому лично ездила по магазинам и покупала всё, что так нужно детям: одежду, игрушки, школьные принадлежности. Так же я распорядилась насчет оптовой закупки новой мебели. Проконтролировав ее транспортировку, я охотно приняла приглашение от воспитателей познакомиться с детьми.

Это был сложный опыт. С одной стороны, я испытывала трепетную радость, когда видела искрение детские улыбки, но с другой… Я понимала, что никакие вещи не заполнят ту пустоту, что зародилась в душе каждого ребенка. Моя ведь пустота не заполнилась. Ты просто привыкаешь к ней, сосредоточиваешься на насущных делах, живешь здесь и сейчас. Но это ничего в корне не меняет. Реальность остается прежней.

Ко мне на руки попросилась маленькая девочка, лет трех. У нее были забавные светлые волосы, собранные в два высоких хвостика. Большие голубые глаза с интересом рассматривали меня, а маленькие розовые пальчики изучающе касались моего лица.

Григорий Александрович стоял позади меня. Даже его всегда серьезный и собранный взгляд сейчас немного переменился. Когда ты знаешь, что где-то там есть дети-сироты – это одно, но совсем другое, когда ты встречаешься с ними лицом к лицу.

Комок застрял где-то в горле, но я держалась. В конце концов, я сделала всё, что на данный момент было в моих силах. Дети были рады новым игрушкам и вещам. Всё-таки позитивные эмоции помогают бороться с жестокостью мира, помогают не падать духом.

Позже меня пригласили пообедать в общей столовой. Я не отказалась. Дети окружили меня со всех сторон и щебетали о том, как они хорошо учатся и что они недавно видели, когда ходили в кукольный театр. Я старалась выслушать всех и каждому по возможности уделить немножко внимания. Это был немного выматывающий процесс в эмоциональном плане, но я не жаловалась.

Уже когда мы ехали обратно в особняк, я ощутила ту легкость, которой во мне уже давно не было. Я всё сделала правильно. Я была искренней. Я хотела помочь, и я добилась этого. Ту часть денег, что была предназначена мне, я всю до копейки потратила на хорошее дело и не позволила их «отмыть». Да, это капля в море, но и для нее есть место.

Григорий Александрович немного резко остановился на светофоре, от чего меня внезапно замутило. На висках выступил пот, я тяжело задышала.

- Вам нехорошо? – спросил меня водитель.

- Да, остановитесь на обочине, пожалуйста. Кажется, меня сейчас стошнит.

Через несколько минут, что казались мне вечностью, я смогла выбраться из машины. Холодный осенний воздух приятно прикоснулся к моему лицу. Я тяжело вздохнула. Тошнота, вроде бы, исчезла, но стоило мне выпрямиться, как всё, что я съела за обедом в детском доме, тут же вышло наружу. Григорий Александрович подал мне пачку влажных салфеток и бутылку минеральной воды.

На краю сознания мелькнула мысль насчет отравления. Ведь я собственными ушами слышала о том, что меня планировали отравить, но вряд ли кто-то сумел пробраться на кухню детского дома. Наверное, просто укачало.

- Как вы? – спросил меня телохранитель, когда мы вернулись в машину.

- Всё хорошо. Мне уже лучше.

Вечером у нас в особняке состоялось какое-то собрание. Присутствовали исключительно мужчины. Нет, конечно, у нас и прежде проводились заседания, но это было каким-то по-особенному масштабным и длительным.

После банкета чувство тревоги не отпускало меня. Оно могло ослабнуть, но уж точно не исчезнуть. Уже поздней ночью, когда все разъехались, я твёрдо решила, что расспрошу о собрании Ставра.

- Что-то случилось? – с места в карьер начала я.

- Не все довольны тем, что я не спешу покровительствовать борделям и прикрывать дилеров, - скучающим тоном ответил Ставр и размяв плечи, поморщился. Рана всё еще давала о себе знать. – Поднимался вопрос о том, что я незаконно занял пост Льва.

- Ты так спокойно об этом говоришь, - я помогла Ставру снять рубашку.

- Нервничать или злиться я уж точно не собираюсь. Ты сейчас находишься в максимальной безопасности и этого мне уже достаточно.

- Почему тебя так тревожит моя безопасность? Ты с первого дня моего пребывания здесь, постоянно говоришь о безопасности.

- Это мой долг.

- Только долг? – я и сама не заметила, каким провокационным оказался мой вопрос.

- Нет, - после длительной паузы ответил Ставр. – Уже нет, - меж его темных бровей показалась глубокая вертикальная складка. – Мне доложили, что ты себя плохо чувствовала. Что-то серьезное?

- Нет. Просто укачало. Пустяки. Не пытайся меня отвлечь от темы нашего разговора.

- Я и не пытаюсь, - Ставр повернулся ко мне лицо и посмотрел с высоты своего роста. – Завтра у меня день рождения, и мы поедем в ресторан.

- День рождения? И ты молчал?

- Еще полгода назад ты хотела убежать и очевидно мечтала, чтобы меня укокошили.

- Да, но…

- Послушай, - Ставр прижал указательный палец к моим губам. – Завтра на празднике будет очень много людей. Такова традиция. Мы будем в ресторане. Я тебя не пугаю, не подумай, но лучше держись поближе к Грише.

- Что? Почему? – моя тревога заискрилась и увеличилась.

- У меня возникли кое-какие догадки по поводу того, кто может быть предателем в наших рядах. Но так просто его не вывести на чистую воду. Он явно с кем-то сотрудничает. И завтра я это выясню. Чем больше людей, тем рассеянней будет внимание. Ты должна быть на празднике, чтобы не возникло подозрений.

- Никто не знает, о твоих догадках, верно?

- Верно и пусть всё так и останется.

- Ставр, мне не нравится то, что назревает, - я вцепилась пальцами в предплечье мужа.

Пусть наши отношения были странными и довольно неоднозначными, но… Но я, кажется, влюбилась в эти стальные глаза, в этот острый взгляд и горький аромат сигар. Если бы не любила, то вряд ли ревновала или переживала так сильно. Всё с самого начала так глупо и неправильно складывалось. Мы слишком далеки были друг от друга и слишком много ненависти я испытывала к этому человеку. Но она была вполне обоснованной.

- Прекрати, - Ставр улыбнулся, и эта улыбка не было холодной или насмешливой. – Всё под контролем. Я просто должен был тебя предупредить. Пистолет с тобой?

- Да, - тут же ответила я, глянув на свою сумочку, в которой лежало оружие.

- Хорошо, - Ставр поцеловал меня в лоб. – Завтра будет трудный день, тебе нужно отдохнуть.

- Я не устала.

- Василиса, я прекрасно знаю, что сегодняшняя поездка далась тебе не так уж и легко, - Ставр надел футболку.

- С чего это ты взял? – хмыкнула я.

- Ну я наблюдал за тобой и знаю, какой ты человек. Но ты молодец. Я горжусь тобой. Ты сильная личность. Ставишь цель и упорно идешь к ней, несмотря ни на что. Поверь, не каждая девушка на это способна.

- Знаешь, когда ты мне говоришь комплименты, я начинаю по-настоящему волноваться, - из меня вырвался нервный смешок.

- У тебя нет причин для волнений, - твёрдо заявил Ставр, но уверенности в его взгляде я не увидела.

Я битый час искала свое обручальное кольцо, которое закинула куда-то под кровать сразу же, как впервые попала в спальню. Но мои поиски так и не увенчались успехом. Я обыскала каждый уголок своей комнаты, перебрала все вещи, но так ничего не нашла. Спрашивала у горничных, но никто мое кольцо не видел.

Мне хотелось найти свое обручальное кольцо и надеть его. Кажется, только сейчас я была полностью готова обозначить для самой себя и для всех окружающих, что являюсь законной супругой Ставра. Несмотря на некую противоречивость в наших отношениях и их сложность, я уже свыклась со своей ролью, приняла ту жизнь, от которой вряд ли бы я сумела убежать. Побег был возможен лишь в одном случае – моей смерти. При любом другом раскладе, я бы всё равно попала в клан.

После неудачных поисков, ко мне вдруг заглянул Григорий Александрович. Продолжая держаться строго и профессионально, он без лишних вступлений заявил, что послан сюда, чтобы продемонстрировать мне основные правила пользования огнестрельным оружием. Меня всю передёрнуло. Я не хотела пользоваться пистолетом, не хотела даже брать его в руки и вообще видеть его. Именно поэтому я держала пистолет в сумке и никогда его не вынимала. Меня пугало оружие, пугало то, на что оно способно. Я готова жить в клане, готова следовать его правилам, но пользоваться пистолетом… Нет… Никогда в жизни.

А еще пугала внезапная потребность провести для меня урок. Раз Ставр поручил это дело Григорию Александровичу, значит, на то были свои причины. Сегодняшний день вряд ли пройдет спокойно. Я в это уже не верила и не тешила себя напрасными иллюзиями.

Телохранитель быстро и чётко объяснил мне, что и к чему. Его уверенные движения указывали лишь на одно – этот мужчина уже давно отлично управляется с оружием. Впрочем, откровением для меня такая правда не стала.

Борясь с самой собой, я внимательно слушала Григория. На самом деле, информации оказалось не так уж и много, поэтому я быстро поняла, что и как работает. Главное – помнить о предохранителе.

Со Ставром я встретилась лишь вечером, когда уже собиралась на ужин в ресторан. У меня не было подарка для мужа, потому что о его дне рождении я узнала лишь вчера вечером. Но я неожиданно для самой себя нашла выход. У меня с детства был крестик. Я понятия не имею, откуда он у меня взялся, но точно помню, что пару раз едва его не потеряла. Маленький золотой крестик, на тоненькой золотой цепочке. Я хранила его в небольшом мешочек со шнурком и постоянно прятала его то тут, то там, чтобы в приюте никто не украл.

Для меня этот крестик был чем-то сродни оберегу. Я верила в то, что он меня защищает. Всё-таки когда ты ребенок, а вокруг нет ни единого родного человека, очень хочется верить в то, что где-то там, кто-то очень добрый тебя оберегает. Я давно не доставала этот крестик. Он был единственной ниточкой, что связывала меня с прошлой жизнью.

Сейчас оберег был необходим именно Ставру. Конечно, может, это всё чушь, но так мне будет хотя бы немножко спокойней.

- Это тебе, - я протянула мужу мешочек. – С днем рождения.

Ставр был удивлен. Он даже не успел, а, возможно, и не захотел скрывать своих эмоций. Мой жест явно застал его врасплох.

- Эта вещица оберегала меня, - объяснила я.

- Наверное, не так хорошо, раз ты теперь здесь, - с некой горечью ответил Ставр.

- Смерть всегда ходит рядом со мной, но она так ко мне и не прикоснулась. Может быть, именно от этого меня уберег этот крестик.

Ставр ничего не ответил и осторожно извлек содержимое мешочка. В глазах цвета стали отразилось нечто странное и непонятное мне. Шок и растерянность – единственные эмоции, которые я сумела распознать. Ставр посмотрел на крестик так, будто увидел перед собой призрака.

- Спасибо, - едва шевеля губами, произнес он, пряча крестик обратно в мешочек. – Спасибо, - уже уверенней произнес Ставр и часто заморгал. – Гриша к тебе уже заходил, верно?

- Да, - я кивнула. – Он всё уже мне объяснил и показал.

- Хорошо. В таком случае, мы можем ехать.

Я взяла Ставра под руку и вышла вместе с ним из спальни.

В ресторане кроме членов клана, посторонних людей не наблюдалось. Я волновалась, но изо всех сил старалась выглядеть такой же расслабленной и уверенной, как Ставр. Прошлый наш совместный выход в свет был неоднозначным и даже болезненным. Сегодня явно легче не будет.

Ставра все поздравляли с днем рождения и в приветственном жесте пожимали руку. Он отвечал кратко, но вежливо. Я старалась держаться рядом с мужем, иногда поглядывая, где именно находится Григорий. Всякий раз, когда я замечала своего телохранителя, мне становилось значительно спокойней. Почему-то я была убеждена, что если этот мужчина будет рядом, то ни мне, ни Ставру ничего не станет угрожать.

Когда мы сели во главе длинного прямоугольного стола, официанты тут же начали разносить блюда. Всё выглядело очень аппетитно и красиво, но есть мне совсем не хотелось. Рядом со мной стояла тарелка с тонко нарезанной соленой красой рыбой. Как только я почувствовала ее запах, у меня тут же скрутило желудок, а перед глазами замелькали черные круги. На лбу выступил липкий пот.

- Что с тобой? – спросил меня Ставр на ухо.

- Немного нехорошо. Сейчас пройдет, - сдавленно ответила я.

На нас многие смотрели, и я не хотела, чтобы кто-то заметил мое плохое самочувствие. Схватив бокал с водой, я его быстро осушила его и глубоко вздохнула. Мне стало значительно легче, но я всё равно ощущала себя так, словно сижу на пороховой бочке.

Где-то среди гостей мелькнул Игорь. Он самая натуральная тень! Черный смокинг, черная рубашка… И взгляд такой, что мурашки по коже бегают.

- Ставр, - я вцепилась пальцами в руку мужа.

- Что?

- Игорь… Я ему совсем не доверяю.

- Я тоже, - с холодной усмешкой заявил Ставр.

- И как давно? – я резко повернула голову, чтобы получше рассмотреть лицо мужа.

- Не так давно, как хотелось бы.

Мой желудок сегодня решил окончательно свисти меня с ума. Вид жаренной говядины с кровью показался мне настолько тошнотворным, что я тут же почувствовала неприятный ком, подкативший к горлу.

- Мне нужно отлучиться, - я встала из-за стола.

- Я тебя проведу, - твёрдо произнес Ставр.

Когда мы добрались до уборной, я не позволила ему войти вместе со мной.

- Пару минут.

- Хорошо, я буду ждать тебя здесь.

Тошнота исчезла так же быстро, как и возникла. Это было чудовищно! Я чувствовала себя так, будто меня целые сутки раскручивали на карусели. Что со мной такое?! Весь этот вечер напоминал мне немыслимый кошмар. Мой персональный кошмар.

Прислушавшись к себе, к своим ощущениям, я несколько раз глубоко вздохнула. Кажется, отпустило. Окончательно. Я заглянула в свою сумочку, где лежал пистолет. Маленький, аккуратный, целое произведение оружейного искусства! Жуткая вещь.

Закрыв сумочку, я уже собиралась выйти из уборной, но внезапно услышала череду глухих выстрелов, а затем какой-то тяжелый удар, будто кто-то навалился на дверь. Я вздрогнула и застыла на месте, пока не увидела красную лужу, что растеклась на белом кафельном полу уборной. Меня словно ударила молния.

Я выскочила из комнаты и увидела Игоря с пистолетом в руках. На полу лежал Ставр с простреленной грудью. Он кашлял и невидящим взглядом смотрел в потолок.

- Ты, - выдохнула я и посмотрела на Игоря.

Он поднял пистолет выше, целясь мне прямо в голову. Григорий возник, словно сотканный из воздуха. Он одним резким ударом повалил Игоря на пол. Завязалась драка. Я смутно помнила и понимала, что происходило. Всё заволокло каким-то расплывчатым туном – моими слезами.

Мои похолодевшие пальцы отыскали в сумочке ненавистное оружие и провели все те манипуляции, которым еще сегодня утром меня обучал Григорий. В моей голове что-то щелкнуло и заклинило. Из горла вырвался стон, больше напоминающий скулёж. Игорь убил бы Григория, просто задушил. Мое тело абстрагировалось от эмоций, от любых чувств и убеждений. Я выстрелила. Пуля угодила не только в тело Игоря, но и в мою душу. Я лишь ранила, дала Григорию возможность взять ситуацию под контроль. Всё случилось быстро, но в моем сознании, наверное, прошла вечность.

Я упала рядом со Ставром на колени и, отбросив пистолет, зажала ладонями раны. Кровь не останавливалась.

- Нет… Нет-нет-нет, - панически нашептывала я, совсем не понимая, против чего сейчас протестовала.

Ставр смотрел на меня. Из его рта сочилась кровь, а я… Я сидела рядом и совершенно ничем не могла помочь. Это был кошмар! Один из самых жутких кошмаров, что могут проникнуть в реальность.

- Нет, - повторила я.

Кажется, Ставр что-то хотел сказать, но не сумел.

Сильные руки Григория взяли меня под мышки и поставили на ноги, как безвольную куклу.

- Нет! – вскрикнула я.

- Вас нужно отвезти в безопасное место, - объяснил Григорий и тряхнул меня, пытаясь привести в чувства.

- Нет! – вырвалось из меня в последний раз, а затем я обмякла в крепких руках телохранителя.