Глава 7. Спящий дар

— У меня не получается, – я тяжело опустила руки, которые ужасно болели от постоянных взмахов, пассов и выкрутасов, коими я занималась последние несколько дней.

— Значит плохо стараешься, – жестко заключил Алистер, с которым я и проводила тренировки. – Начинай заново.

Я глухо застонала, точнее зарычала, мысленно проклиная это непробиваемое высочество на чем свет стоит и снова подняла руки, сосредотачиваясь.

Развить свой дар оказалось не просто. Я бы даже сказала очень непросто, по крайней мере для меня. Как мне говорил первый наследник, что основная загвоздка состоит в том, что я уже старая (по мерка молодого мага) для подобного обучения. Что они занимаются освоением магии еще в раннем детском возрасте, иногда даже начиная в первый год жизни будущего мага. А я с этим, видите ли, опоздала на целых двадцать лет.

Ну простите пожалуйста, что меня не угораздило попасть сюда чуть пораньше, лет эдак на д…цать. Задержалась чуток, с кем не бывает. Все вопросы к тому неизвестному магу, который слишком долго меня искал.

Вторая сложность была в том, что к прибытию иномирян обычно готовятся.

— Необходимо проводить ритуал принятия человека нашем миром, как бы адаптируя его к новому месту жительства. Это не обязательно, но желательно сделать в первый же час после прибытия, – говорил Алистер. – Так зажечь искру и развить дар будет гораздо проще, а, следовательно, не будет и таких проблем, которые возникли у тебя. Мы, как ты уже догадалась, тебя никак не ждали и соответственно к ритуалу не готовились.

Ну да, это я и так уже поняла, учитывая такой «теплый и добродушный» прием, который мне тогда устроили. И искру я оказывается чувствовала, когда только сюда переместилась – это было то непонятное жжение в груди. Чёрт, нужно было сказать им об этом жжении сразу, может быстрей сообразили бы что к чему, и я бы сейчас так не мучилась. Ведь развить дар все же было необходимо.

Во-первых, невеста принца, пусть и не наследного, должна обладать исключительным даром, по крайней мере, как меня уверяли. А моя магия Времени точно была вне конкуренции, даже несмотря на то, что считалась запретной. Так это или нет оставалось только догадываться.

Эйден пояснил, что обязательно переговорит с отцом (то есть с королем) о моем интересном даре и убедит его, что ни в ней, ни во мне нет ничего страшного и я никогда не буду использовать магию Времени в плохих целях.

Интересно, откуда такая уверенность?

Нет, я, конечно, не собиралась использовать дар в этих самых плохих целях, но никаких конкретных гарантий не было, кроме моего честного слова.

К тому же нужно было вообще научиться владеть хоть какой-то магией, бытовой, например. И с этим у меня тоже возникли проблемы. Для начала нужно было «зажечь искру», которая и отвечала за весь магический потенциал человека. Она у меня вроде бы проснулась, но зажигалась не каждый раз, когда я ее просила. В этом как раз и виновато то, что ритуал принятия иномирянки (то бишь меня) не проводили. А самый лучший пример моей капризной искры, это когда я в первый раз случайно остановила время для Алистера. Один раз зажглась, а второй я до нее еле-еле достучалась.

Нестабильная она у меня в общем, вредная. Прям как я.

Благодаря этой нестабильности я и не могла развивать способности как положено. Магия во мне то просыпалась, то засыпала и отворачивалась к стенке, игнорируя меня полностью. Что теперь делать с этой моей капризной особенностью пока было непонятно. Вроде как Эйден советуется со старейшинами в столице, вдруг есть какой-то другой способ зажечь эту мелкую вредину минуя ритуал. А заодно с королем говорит и объясняет всю сложившуюся ситуацию.

К слову Эйдена нет уже несколько дней и до его отъезда я тренировалась с ним, а не с этим стальным высочеством, которого ничем не пронять. С Эйденом было лучше, понятнее и спокойней что ли. На первой тренировке он мне многое разъяснял, показывал, объяснял. Разжевывал до мелочей, как ребенку, который учится делать первые шаги.

Честно говоря, я себя такой и чувствовала, словно заново училась ходить или разговаривать. Хотя нет, больше походило на изучение иностранного языка. Вроде бы объясняют понятно, и ты видишь много знакомых слов и знаков, а когда пытаешься сделать сама – ничего не выходит.

Так же и тут.

— У любого рожденного на Аэндоре магическая искра зажигается сама и ничего для этого делать не нужно. У иномирян она зажигается с помощью проведенного ритуала, а иных способов мы не знаем, – «утешал» меня Эйден. – Но раз ты чувствовала ее в моменты использования дара, то скорее всего еще не все потеряно и ее просто нужно расшевелить. Я еще не встречал ни одного мага, у которого не зажигалась искра.

Ага, видимо я «счастливое» исключение.

— А иномирян в нашем королевстве не было уже несколько десятков лет, и последний раз подобный ритуал принятия проводили еще до моего рождения. Обо все об этом я знаю лишь в теории, поэтому буду советоваться со старейшинами, которые и проводили его в свое время. Ну а ты пока пытайся зажечь ее самостоятельно, вдруг ты у нас уникальная и справишься без посторонней помощи.

Эх, мне бы его уверенность.

В общем предстояли мне долгие и нудные тренировки по физической подготовке, разжиганию искры и развитию дара. Долгие, но пока совершенно безрезультатные. Вот не знаю почему, но не хотелось мне развивать свой, так сказать, особенный дар. Не хотелось и все тут. И я даже сама не могла понять причину своего внутреннего протеста.

Ну, казалось бы, у меня есть два невероятно сильных мага (правда это только на словах, сама я их магическую силу еще не оценила), которые с большим удовольствием взялись меня обучать, есть потенциал развить очень редкий дар, которого сейчас на Аэндоре днем с огнём не отыщешь и есть на это все время. А меня постоянно что-то останавливает. Нет, не внешние факторы, останавливает что-то в голове. Ну не хочу я его развивать и все тут.

Может поэтому дело и шло медленно.

В общем тренировки с Эйденом обычно не длились больше часа (и это в лучшем случае), а в остальное отведенное нам время я расспрашивала его обо всем, что связано с Аэндором.

И первый мой вопрос был естественно:

— Почему магия Времени под запретом? Что такого могло произойти, что как ты говоришь полезный дар, стали избегать?

— Около трехсот лет назад была война и начал ее маг с таким же даром, который сейчас у тебя, – пояснял Эйден. – Магия Времени всегда была очень редкой и волшебники или колдуны, обладающие подобным даром, всегда были особенно сильны. Однако в нашем мире ее не встречали уже несколько сотен лет. По нашим меркам это не так много, но все же эта магия практически исчезла с лица Аэндора. Поэтому появление сильного мага с таким даром стало большой неожиданностью для всех.

Никто не знает, откуда был этот маг. К какому королевству он относился или же был из иного мира. Все сведения о нем были либо уничтожены, либо недостоверны. Известно лишь его имя – Друллаван, все остальное кануло в лету.

Этот человек захотел единоличное господство над всем Аэндором. Он за довольно короткое время сумел переманить на свою сторону большое количество магов всех королевств и рангов, от простых горожан, которые польстились на обещанное золото и богатую жизнь, до высшей знати – лоардов (это кто-то вроде наших придворных), которых обещали сделать наместниками и доверить бразды правления городов.

Таких предателей набралось немало.

Война была очень мощной и разрушительной, нападавшие были подготовлены и сильны, а еще им сыграло на руку внезапность. Друллаван сумел незаметно рассредоточить своих сподвижников так, чтобы они находились во всех четырех королевствах и начали атаку одновременно. Погибло много мирного населения, соратники Друллавана не щадили никого, даже женщин и детей, если те оказывали сопротивление. И самая ожесточенная битва была в Антаназе, королевстве Истинных магов, сюда Друллаван прибыл лично.

И там было страшнее всего.

Благодаря своей магии Времени он останавливал время в целых селениях и городах, благодаря чему ему практически не сопротивлялись. Поди попробуй дать отпор, когда время для тебя попросту остановилось и ты ничего не видишь и не ощущаешь, словно тебя нет вовсе.

— Мой отец тогда был еще мальчишкой и не участвовал полноценно в войне, – рассказывал Эйден. – Но он очень хорошо запомнил то, что там происходило.

— Погоди, – я перебила, так как одна деталь явно не уложилась у меня в голове. – Триста лет назад твой отец был ребенком? Он и сейчас живет?

— Ну да, – он улыбнулся. – А что в этом такого?

Ну да, действительно, что такого в том, чтобы спокойно прожить триста лет? Ничего, совершенно ничего. Особенно учитывая то, что я привыкла считать продолжительность жизни в восемьдесят лет уже достаточно долгой, а про столетних долгожителей вообще промолчу. А тут каких-то триста лет, подумаешь.

Эйден, похоже, моего удивления не разделял, так как был поражен моей реакцией. Но видимо что-то в моем лице его все же заставило ответить на животрепещущий вопрос поподробнее. А может то, что он наконец вспомнил, что я из другого мира и совершенно не знаю, что и как у них тут устроено.

— Понимаешь Адель, – он немного замялся, стараясь объяснить мне, как можно мягче. – Жизнь человека на Аэндоре долгая.

— Насколько долгая? – осторожно поинтересовалась я.

— Все время забываю, что ты иномирянка, – Эйден усмехнулся и откашлялся. – Намного дольше, чем живут у вас. Маг с довольно сильным и развитым даром может прожить пятьсот лет и даже больше.

Сколько??

— Простые горожане, конечно, меньше, – как ни в чем не бывало продолжал он. – Лет сто, наверное, может чуть больше. Но встречаются среди них и долгожители, прожившие лет сто пятьдесят.

— Очуметь можно…

Больше я ничего не смогла сказать на это, но за меня ответило выражение моего лица, а точнее мое полное офонарение.

Пятьсот лет и больше… верится с трудом, что это возможно.

По крайней мере в голове эта информация укладывалась со скрипом. Спрашивать, сколько смогу прожить я, если останусь на Аэндоре не стала. Не нужно мне знать эту информацию, совсем не нужно и даже не интересно.

Не интересно, я говорю.

Тем более и не собиралась я тут оставаться. Здесь я только временно и не стоит заострять внимание на всех благах данной цивилизации, в которой мне не суждено жить. Вдруг еще уходить не захочу, а дома у меня своя жизнь, работа, друзья и она казалась более привычной, наверное.

Хотя я в этом уже не была столь уверена.

Однако я все же постаралась выкинуть мысли о «плюшках» этого мира из головы, по крайней мере пока, и сосредоточиться на изначальном вопросе – причинах начала войны, магии Времени и всего остального.

— Так, ладно, – я попыталась абстрагироваться. – Опустим пока этот вопрос, хорошо? Лучше скажи, что там происходило дальше?

А дальше была жесть.

Магические войны разительно отличаются от земных, тут нет оружия в классическом ее понимании. Ну может за исключением клинков и мечей, но ими пользуются далеко не все и не всегда. Они тут нужны больше для показа своего статуса на определенных мероприятиях. Эдакая мерялка достоинства у мужчин, у кого длиннее, красивее, толще… ну в общем вы поняли.

А в боях используют только магию, во всех ее проявлениях. Поэтому магические войны бескровные, но от этого не менее страшные. Погибнуть можно внезапно, всего лишь не сумев увернуться от очередного боевого заклинания.

И они тут не лишены разнообразия.

Одни могут убить внезапно, ты даже почувствовать ничего не успеешь. Другие будут выжигать изнутри, третьи станут потихоньку замораживать, превращая тебя в глыбу льда. И это я не все варианты еще знаю, Эйден, видя мое ошеломленное лицо, решил пощадить мои нервы и богатое воображение, и не стал вдаваться в подробности.

Боже, даже представлять не хочу, что человек может испытывать при применении каждого из этих боевых заклинаний. В общем пытки средневековья тут нервно курят в сторонке. И ведь это действительно страшно, особенно для тех, кто не может сам себя защитить. Я, даже не видя в действии ни одно из боевых заклинаний, прекрасно представляла, что могли чувствовать и испытывать люди, особенно те, кто никак не мог за себя постоять.

Страшно. 

— Тогда погибло очень много народа, – продолжал Эйден. – Некоторых уничтожали просто так, для запугивания остальных, чтобы меньше сопротивлялись. Инквизиторы, королевские стражники и карханы – защитники королевства, в первые минуты после того, как узнали о нападениях, рассредоточились по всем местам активных действий. Но так как многие места этих действий были неизвестны, они опаздывали и в итоге потери были большие.

— И как вы победили этого Дур… Друм…

— Друллавана, – Эйден усмехнулся. – Общими силами. Так как Друллаван был в Антаназе, мой дед – тогда король Андуин Терграсс Амаду – созвал всех глав всех четырех королевств с советниками сюда для его уничтожения. Что именно они делали я не знаю. Андуин никогда не говорил подробно на эту тему, ссылаясь на то, что знать об этом должны лишь те, кто принимал участие в данном ритуале. Они заключили что-то вроде магической клятвы о неразглашении.

— И зачем было такую давать?

— Скорее всего, чтобы никто и никогда не узнал подробностей того ритуала.

— Так его убили? – не поняла я.

— Я не знаю точно, никто не знает, – Эйден покачал головой. – Может его уничтожили, а может лишили магии или искры и заточили куда-то. Об этом никогда не говорили.

— Странно все это, – я призадумалась. – Если его уничтожили, то было бы разумнее сказать об этом людям, чтобы они дальше жили спокойно.

— Это и сказали людям, – подтвердил принц. – Что Друллавана больше нет. А его сообщников ждало разное наказание, в зависимости от степени тяжести преступлений и того урона, который они нанесли. А еще от того, насколько были преданны своему главарю. Многие утверждали, что действовали под страхом смерти или под действием заклятия подчинения. Это тоже все тщательно проверялось. Но могу сказать, что безнаказанным не остался никто. Ну а больше всех досталось королевству демонов.

— А что там было не так?

Эйден ответил не сразу.

— На сколько я знаю, короля демонов Гелбина Варимартаса Риннверга обвинили в сговоре с Друллаваном.

— Ого, – я даже присела от неожиданности. – И это была правда?

— Не имею понятия, – Эйден пожал плечами. – После войны было много фальшивых известий о сговорах и не всегда их пытались опровергать.

— Но ведь это король. Разве он не пытался опровергнуть обвинения? Или проверить их на подлог? Может его оклеветали.

— Может быть, – согласился принц. – Он ничего не подтверждал, но и не отрицал, так что сложно сказать наверняка, был он в сговоре с Друллаваном или нет. Гелбин не стал оправдываться или пытаться себя отбелить в глазах других, это не в стиле демонов, – Эйден усмехнулся. – Они все очень гордые и никогда не снизойдут до оправданий. Что уж тут говорить об их короле. В любом случае его не судили, но все его королевство отделили от остального мира. Демоны с той поры стали отшельниками и не выходят за пределы своих земель. 

— Что, совсем не выходят?

— Совсем. Насколько я знаю, король Гелбин передал бразды правления страной своему старшему сыну Тейрану сразу же после того, как их отделили. Но Тейран тоже не спешит идти на контакт или налаживать отношения, хотя попытки с нашей стороны ведутся уже давно.

— Вы хотите наладить с ними контакт?

— Конечно, – Эйден пожал плечами. – Они неотделимая часть нашего мира и то, что они довольно долгое время не пересекаются ни с кем из остальных королевств, плохо сказывается на всех нас.

— Почему? Вы как-то связаны между собой?

— Не то, чтобы связаны, но… – он замолчал на какое-то время, словно пытаясь правильно подобрать слова. – Наши королевства всегда существовали вместе и да, можно сказать, что во многих делах мы друг с другом связаны. Например, для полной зарядки пространственного камня. Я ведь уже говорил, что для этого необходимы представители всех четырех кланов, и как раз из-за отсутствия контакта с демонами полная зарядка невозможна.

— Тогда получается у того мага, который меня сюда перенес, есть контакт с демонами?

— Получается да.

— Интересно, – я призадумалась. – Получается с вами они идти на контакт не хотят, а с неизвестным магом пошли без проблем.

— Ну почему же странно, – Эйден как раз задумчивым не выглядел. – Этот маг скорее всего и поиграл на чувствах демонов, на последствиях войны и на их отчуждении. К тому же не факт, что у того мага сейчас много демонов в союзниках, может он смог склонить на свою сторону к себе всего одного или двух его представителей, мы этого не можем знать.

Это да, но ведь на сколько я помнила для зарядки пространственного камня нужен был не просто рядовой маг, а представитель с определенным уровнем развития дара.

Высший маг, или Верховный.

М-да, интересная вырисовывалась картина. Дур… Друм… тьфу ты, мага короче, непонятно уничтожили или сослали куда-то, жив он или нет. Демоны виноваты или нет тоже никто не знает, сейчас помогают они новому непонятному магу или нет, тоже непонятно. Ни одного нормального ответа я не получила. Прям не магический мир, а средневековье без технологий. У них что тут аналога нашего полиграфа нет?

Так, стоп, полиграф. Меня вдруг осенило.

— Эйден, а почему короля демонов не проверяли на Экла… ну на том камне, на котором вы с Алистером меня проверили?

— На Эвклазе, – Эйден кивнул. – Гелбин сам отказался от этого.

Ну отказался и отказался, но проверить можно и другим способом.

— Разве нельзя было просто поставить камень где-то рядом, чтобы король его не видел и просто задавать вопросы, а камень бы показывал правда это или нет?

Эйден немного замялся и взъерошил волосы, стараясь не смотреть мне в глаза. И что сей жест означает?

— Понимаешь Адель, – он говорил медленно и осторожно, словно подбирая слова. – Эвклаз нельзя использовать без согласия того, кого собираются допрашивать.

Я хотела уже возразить, что это не важно, но… Что? Я даже замолчала на пару минут, переваривая услышанное.

— То есть вы с Алистером использовали этот ваш Эква…

— Эвклаз.

— Не важно, – я резко перебила Эйдена, потихоньку начиная закипать. – Вы использовали его на мне без моего на то разрешения и согласия. Вы таким образом решили проверить меня, пользуясь тем, что ничего не знаю о ваших законах и порядках, так? Да ты знаешь, кто ты после этого?

И чего я так разошлась я и сама не понимала. Наверное, просто стало обидно, что опять воспользовались моей неосведомленностью. Но по итогу мне стало очень обидно. Очень.

Мне и так тут не легко. Постоянно приходится подстраиваться под новые реалии, под особенности этого мира. Зла я никому не желаю и вообще не представляю угрозы просто потому, что дар этой самой магии Времени никак развить не могу. А тут…

Я уже собиралась выходить из зала, где у нас проходили тренировки, но Эйден перегородил мне дорогу.

— Адель подожди, не кипятись. Мы не желали тебе ничего плохого, правда. И даже не пытались воспользоваться твоим незнанием наших законов. Честное – королевское.

Ага, прям как честное – пионерское. Так я им и поверила.

Скрестив руки на груди и отвернувшись от этого предателя, я всем своим видом показывала, что разговор продолжать бессмысленно. Короче строила из себя обиженного ребенка. Кошмар какой, до чего докатилась. Никогда не страдала таким поведением, а тут видимо сказалось общее нервное напряжение, другого объяснения я не находила. Но и отступать от намеченного «обиженного» плана я пока не собиралась.

Но принц оказался упертым и уходить никуда не собирался, а наоборот подошел ближе, обдавая с ног до головы жаром своего тела, выбивая все связные мысли из головы. И вот от этой непосредственной близости весь мой запал начал потихоньку угасать.

— Прости, – глубокий голос с хрипотцой тоже не добавлял решимости. – Мы правда не желали тебе ничего плохого. Но ты тоже пойми нас. Среди ночи появляется девушка, иномирянка, каким-то невероятным образом преодолевшая Хагар знает сколько степеней защиты тщательно охраняемого дома и говорит, что понятия не имеет, как это сделала. Нужно было быть уверенным наверняка в твоей непричастности к появлению на Аэндоре.

Я все еще молчала, стараясь выглядеть рассерженной или хотя бы расстроенной, но весь мой боевой запал таял на глазах. А непозволительная близость этого несносного принца только усиливала таяние, особенно если учесть, что тот костюм, который мне выдали на время тренировок, состоял из узких брюк, мягких сапог без каблука и свободной рубашки, дополненной нешироким корсетом. Сверху, кстати, тоже была накидка, только уже короткая и из плотной ткани. Хм, хорошая альтернатива кринолиновым платьям, но мне объяснили, что такую одежду у них носят все адепты боевых факультетов на тренировках и в нем действительно было очень удобно. Удобно, но жар, исходящий от Эйдена сейчас чувствовался каждой клеточкой моего тела, не скрытого большим ворохом ткани.

И ведь он прекрасно понимает, какой эффект на меня оказывает такая близость. Знает и пользуется своим положением, гад такой. А еще похоже ухмыляется.

— Если бы мы использовали Эвклаз так, как полагается, то нужно было бы везти тебя в столицу, там устраивать проверку и допрос, приглашать Инквизитора, карханов и десятки лоардов для соблюдения всех предписаний. Оповещать старейшин и короля, так как ты из иного мира. В общем это больше бы подходило на допрос преступника. Я не хотел подвергать тебя такой участи, поэтому и согласился на неофициальное использование Эвклаза.

Ну да, в принципе разумное решение, особенно учитывая то, как Алистер начал меня допрашивать в присутствии этого Эмла… камня короче. Словно я действительно была преступницей. Я это все конечно понимала, но сдаваться просто так не собиралась.

— То есть я тебя еще и поблагодарить должна? – я, скептически выгнув одну бровь, обернулась к этому… принцу. Ох, вот лучше бы я этого не делала, так, как только взглянув в его глаза стала тонуть и терять нить мыслей. Стремительно так.

А еще у него глаза снова янтарем светились. Может он как-то на меня воздействует?

И улыбка такая… очаровательная и искренняя. Сбивающая с мыслей.

Я вроде бы на что-то злилась, нет? Уже не помню…

— Мне будет достаточно того, чтобы ты на меня не обижалась, – выдохнули мне прямо в губы, заставив затаить дыхание и судорожно сглотнуть.

Чёрт, как же действует на меня близость этого… мага. Нет, он точно не просто маг, он демон искуситель, вот он кто. А взгляд при этом такой глубокий, пронизывающий до глубины души, что в нем просто хотелось тонуть без остатка. А еще улыбка теплая и открытая, что злиться или обижаться на него попросту не получается.

И что мне теперь делать? Он ведь так близко, маняще близко. Всего одно движение и…

Я поспешила отвернуться, чтобы не утонуть окончательно в этом омуте и сохранить остатки здравого смысла, которые уже норовили радостно помахать мне ручкой на прощание. А еще чтобы не поцеловать его ненароком, несмотря на то что мне этого ужасно хотелось. Но все же здравый смысл я еще не окончательно растеряла и понимала, что поддаваться внезапным порывам не стоит. Я здесь временно, хоть и являюсь невестой, но опять-таки ненастоящей, а фиктивной. Так что все свои чувства и эмоции лучше держать при себе и не пытаться идти у них на поводу.

Мы решим тут все проблемы, узнаем, кто стоит за моим перемещением на Аэндор, и я благополучно вернусь на Землю. Тут обо мне забудут и найдут достойную девушку на место невесты принца, а я… я тоже должна буду его забыть. Так что лучше просто не начинать поддаваться чувствам, чтобы потом не было слишком больно.

— Хорошо, – я наконец смогла совладать с собой. – Я не обижаюсь, правда. И действительно спасибо, что не стал везти меня на допрос в столицу. Мне хватило допроса Алистера.

Эйден усмехнулся и чуть отошел от меня, давая возможность вздохнуть свободней и не чувствовать такой дурманящей близости.

— Да уж, мой брат может быть очень жестким, когда захочет.

Мне кажется, что он не всегда может быть мягким, а точнее совсем не может, но заострять на этом внимание я не стала.