Варвара и Антон

После прибытия в город N, Громов пропал на двое суток. Пока Варвара отлёживалась у Льва Иосифовича в лаборатории, решившим проверить здоровье девушки вдоль и поперёк, а Гайя оттачивала и шлифовала внезапно отросшую интуицию просмотром и прогнозированием спортивных матчей, полковник смотался в столицу. Найдя искомую таблицу и совместив её с полученной формулой, он задался поиском нужных ингредиентов. Больше всего его «порадовали» диэтиламид d-лизергиновой кислоты, именуемый в народе коротенько ЛСД, и рог носорога, полграмма правда. И если первый можно было легко достать в организации, в которой Громов доблестно служил, то второе вызывало вопрос: где, б…ь?

Пара бутылочек жидкости, очень похожей на энергетик, доступной к покупке в любом супермаркете, но имеющей по сравнению с ним гораздо более высокий КПД, а поэтому употреблявшейся в исключительных случаях и выдающийся сотрудникам строго под подпись, позволили Громову сделать антидот самостоятельно и всего за сутки, не прерываясь ни на минуту. Небольшая сноска внизу таблицы, которую можно было прочитать только при помощи лупы, гласила, что при окрашивании раствора в лёгкий фиолетовый оттенок, его применение становится почти безопасным. Расшифровки термина «почти» — не было. У Громова же получился насыщенный сливовый оттенок.

Принцип действия антидота был простым и очень напоминающим по действию успокоительное в комплексе со слабительным. Вначале было необходимо вывести искомое вещество из организма девушки, практически встроившееся во многие отделы головного и спинного мозгов. В теории Варваре предстояли нелёгкие очистительный и восстановительный периоды, но оснащение лаборатории города N позволит провести их максимально комфортно. Осталось дело за малым — влить эту бурду в Варвару. Но как это сделать, если запах приготовленного раствора сбивал с ног даже Громова? Поэтому, когда девушка поставила на стол чашку крепкого кофе, вопрос решился сам.

— Тебе не кажется, что для полноценного здорового завтрака не хватает вон тех булок с маком? — поинтересовался полковник, выбрав самые далеко лежащие хлебобулочные изделия.

— Не кажется, — ответила Варвара, вгрызаясь зубами в тульский пряник.

— А если хорошо подумать? — снова спросил мужчина.

— Если тебе хочется, пойди и возьми, — невозмутимо ответила девушка.

— Я, между прочим, только вернулся, двое суток на ногах, а она ленится булку принести, — проворчал Громов.

Варвара подумала, что он и правда выглядит усталым, фыркнула, положила пряник на тарелку и пошла за маковым изделием. Длинная коса, весело помахивая из стороны в сторону при ходьбе, постоянно задевала аппетитные формы девушки и мужчине пришлось приложить небывалые усилия, чтобы сосредоточиться на поставленной для самого себя задаче. Быстро оглядев столовую и убедившись, что двое сотрудников слишком заняты поглощением своих завтраков, чтобы заметить странные действия полковника, Громов вылил в кофе пять миллилитров раствора из крошечной стеклянной пробирки. Напиток, как в дешёвых фильмах, пошипел и успокоился.

— Держи свою сухомятку, — перед полковником шлёпнулась ещё горячая после печи булка. — Могу своим кофе поделиться. Будешь?

— Что ты! Забирать у женщины её коричневую гадость? Как можно? — и забрал с соседнего стола небольшой заварочный чайничек.

Бывший владелец чайничка грустно посмотрел на ушедшую посуду и вздохнув, пошёл за новым. Привычку начальника забирать у подчинённых в столовой чай, знали все и особо не роптали. Знали, что тот ничего не забывает и позже может одарить бонусами. В топ-хит входило закрывание глаз на курение в неположенных местах и пропажу яблок из главного хранилища. Видеокамеры то всех ловили.

Варвара поднесла чашечку к лицу и закрыв глаза, глубоко вдохнула запах. Лёгкий румянец, появившийся после проникновения молекул пара в нос, необычайно шёл ей, как, впрочем, шёл бы любой девушке. Эти мысли проносились каким-то фоном в голове мужчины, когда он понял, что в принципе впервые так внимательно разглядывает данный анатомический эффект на женском лице и никак не может оторвать взгляд. Что-то мешало. Вот дрогнули ресницы, когда горячий напиток коснулся её губ и скользнул в рот. Громов знал, что алкалоид пуринового ряда простимулирует нервную систему, ускорит сердечную деятельность, поднимет давление и примерно минут на 40 улучшит настроение за счёт высвобождения дофамина. Ах, этот пресловутый дофамин! Кофеин повысит рефлекторную возбудимость спинного мозга, что должно теоретически увеличить проникновение антидота в нужные отделы. Громов внимательно наблюдал за Варварой, пьющей кофе и откровенно наслаждающейся процессом. И тут вспомнил.

— Ты же говорила, что кофеин вредно воздействует на нейроны мозга!

— Угу, — промычала девушка, не открывая глаз.

— И как?

Из уст девушки последовало наречие, выдранное из тюремного жаргона и обозначающее крайнюю степень удовлетворения. Проходящий мимо сотрудник с новым заварочным чайничком крякнул и выронил искомую посуду на пол.

— Надо будет в брачный договор включить пункт об использовании определённых диалектов, — заметил Громов, откусывая булку и запивая её чаем.

— И отказ от курения, — невозмутимо добавила Варвара, продолжая с закрытыми глазами потягивать кофе.

— И ежедневные блинчики со сметаной, — хмыкнул Громов.

— И домик на берегу моря, — неожиданно для самой себя произнесла Варвара и открыла глаза, чтобы посмотреть на реакцию полковника.

— Согласовано, Варвара Ярополковна.

Громов улыбался, да так хитро, что девушка почувствовала какой-то подвох, но даже он был какой-то приятный.

— Я пошутила, — пошла она на попятную.

— А я нет.

Варвара отставила чашку в стороны, положила руки на стол как примерная ученица, слегка подалась вперёд и сказала:

— Антон, я действительно пошутила.

Серые глаза сверкнули искринкой, усмехнулись, от чего в их уголках показались крохотные морщинки. Громов поднял чашку с кофе и протянул её Варваре.

— Пей.

— Больше не хочу.

— Надо.

— С чего бы?

— Пей, Варюша.

— Почему, Антоша?

— Пей моя, хорошая.

— Приворотное зелье тухнет?

— Угадала.

— Так ты и без него приворожил.

— Откуда ты знаешь? Может я с самого начала его тебе подливаю. Пей, говорю.

— Не буду. Что там?

И смеха ради посмотрела в чашку. Замерла. На поверхности горьковатой жидкости блестела тонкая фиолетовая плёночка.

— Что это? — спросила Варвара, чувствуя, как внутри что-то рвётся.

— Антидот.

— К чему?

— Тридевятое царство. Он выведет эту дрянь из организма, — неожиданно жёстко сказал Громов.

Варвара вскочила, опрокидывая стул назад, и посмотрела на упавшую мебель каким-то затравленным взглядом, после чего перевела его на мужчину и прошептала:

— Ах, Антон, что же ты наделал?

— Завтра презентация, где будет представлена программа, после чего я подаю в отставку, — Громов отставил свой чай и опёрся руками о край стола. — Все пилоты, кроме тебя, уже трудоустроены и продолжат работать. Ты из проекта выбываешь. Гайю можешь оставить.

— Почему? Почему ты не спросил у меня, чего хочу я? — воскликнула Варвара.

— Будет тебе домик на море, не переживай, — снисходительно кивнул Громов.

— Какой, к чёрту, домик?!

— Перестать кричать и сядь, на тебя смотрят, — жёстко сказал мужчина. — Так будет лучше…

— Благими намерениями устлана дорога в ад, ты помнишь?!

— Варя!

В глазах девушки блестели готовые сорваться вниз слёзы, и он искренне не понимал, почему она так отреагировала. Та информация, которой он обладал, позволяла сделать вывод, что это не та способность, которой стоило бы гордиться и которую хочется холить и лелеять. То, что она использовала её для создания детали для его сердца, вытащила из неё все силы и могла запросто убить. А этого ему совсем не хотелось.

— Ты…

Она резко замолчала, переведя взгляд за его спину, после чего вылетела из столовой. Громов обернулся. Там стоял Костик и смотрел на него так, словно слышал по меньшей мере половину разговора.