Сати

Он молча сидел перед потухшим костром и таким же потухшим взглядом смотрел на черные следы пребывания человека на лоне природы. Сердце сжалось от непонятного чувства вины, хоть она и не понимала разумом, где виновата. Она сказала «уходи», он не ушёл. Она всё сделала правильно, так поступали все женщины рода. Выбрать сильного мужчину, понести от него, «заплатить» за ребенка. Всё. Никогда они не создавали семью, не жили с мужчиной, ибо не признавали хозяина над собой кроме богов. И ни один мужчина не перечил, ибо понимал порядок вещей. А этот упрямый. Может потому что нездешних кровей, а может потому… Она тряхнула головой, отбрасывая случайно возникшую мысль. Нет. Сейчас он уйдёт и всё закончится, вернётся на круги своя, как будто никогда и не было.

Кто-то коснулся её босых ног, стоявших на холодной земле. Это рыжий хайраг присел рядом, посмотрел на неё и фыркнул, словно выражал своё мнение по поводу происходящего. Вот чего она не могла понять, так это намерений духа. Ещё никогда ни один хайраг не поступал столь непонятно. Поиграть и утащить нужную вещь, своровать еду, затушить огонь в доме, мелочи способные вызвать гнев и недовольство — любимая забава любого хайрага. В этом вся суть духа, которого людская молва наделила уродливой внешностью невысокого волосатого человека с вывернутыми вперёд пятками. Люди вообще склонны к преувеличению, Сати понимала это как никто другой. Да, хайраги любят шалить, но приходят в реальный мир вовсе не в образе человека. Слишком большой расход силы, которая даётся духу на время его нахождения здесь, поэтому чаще всего они любят оборачиваться в небольших по размеру животных. И если вдруг в ауле появляется незнакомый кот, бесстрашно забирающийся в дома и устраивающий бардак в кладовой, это точно решил повеселиться хайраг.

Тот, который сидел в ногах у Сати, вёл себя странно. Не пакостил, не рылся в одежде и вообще вёл себя как обыкновенное домашнее животное. Он даже еду просил у Кости, а не воровал. Она протянула руку к рыжей макушке, лис инстинктивно пригнулся к земле, повернул свою мордочку к ней и оскалился. Глазки-бусинки сверкнули, длинный шершавый язычок пробежался по маленьким острым зубкам, пушистый хвост нервно переместился слева направо. Он был так похож на обычного лиса, что на долю секунды она засомневалась, но при этом чётко видела его суть, дымчатая однородная сущность с серебристыми переливами по краю. Вдруг хайраг подскочил на лапки и уставился вперёд. Солдат вскочил на лошадь и, не прощаясь и не обещая вернуться, молча уехал.