13

Юрий

*****

Проводив майора до дверей, с раздражением прислоняюсь спиной к косяку. Мне нечего было сказать этому неприятному мужику с проницательными глазами.

И вообще я избегал его взгляда.

Такие быстро продвигаются по служебной лестнице, я знаю, видал подобных. У них, что называется, чуйка есть. И срабатывает она в самый неподходящий момент, по себе знаю.

Вот, припёрся ко мне, заставил врасплох, даже трусы надеть не дал. И давай вопросами сыпать. Да ещё заковыристыми, гад, с подтекстом каким-то. Пришлось отвечать односложно – да, нет, не знаю.

Мало ли.

– Мы разыскиваем вашу супругу, Эмилию. Вы можете сказать, где она находится?

– Нет, к сожалению.

– Ну, как же так, Юрий Александрович? Супруга же.

Иронизирует, гад.

И по его удивлённому лоснящемуся лицу, очевидно, что он пытается мне досадить своим вопросом. Ведь прекрасно знает, что в квартире Купцова вкупе со свадебным платьем лежало нижнее бельё моей супруги.

И не трудно догадаться, почему.

Качаю головой, придавая своему голосу как можно более трагичный оттенок.

– Мы женаты всего несколько часов. У меня предположение, что она просто сбежала от меня.

– Когда вы видели её в последний раз?

– На празднике, после ЗАГСа. Жена вышла из ресторана, сославшись на головную боль. Сказала, что подышит свежим воздухом, и вернётся.

– И долго она отсутствовала?

– Не знаю, я не засекал. Минут пятнадцать, наверное.

Пожимаю плечами, в упор, глядя на майора Ходокова.

– Что дальше?

– Прождал её, потом отправился искать – не нашёл.

– То есть, её не было на улице?

– Нет.

– И, что вы предприняли?

Снова тот прищуренный, изучающий взгляд. В чём он меня подозревает, интересно?

Свой пистолет я унёс с собой, и он никогда нигде не фигурировал, меня не в чем заподозрить. Никаких камер на подъезде рыжебородого козла я не видел, да и темно было, на них никого невозможно опознать. А все следы за собой я тщательно замёл – на всякий случай протёр дверную ручку внутри и снаружи.

Так что, я чист.

– Кинулся к охраннику, посмотрели с ним записи с камеры видеонаблюдения. На них отчётливо было видно, как Мила уехала с каким-то мужиком. Всё.

– И вы не поехали за ней?

Майор кашлянул, слегка наклонив голову на бок.

Не верит, что ли?

– Я не знаю этого мужика.

– Но он же, был на вашей свадьбе.

– Да? Не знаю, там было более двух сотен гостей.

– Вы хотите сказать, что не знаете всех приглашённых?

– Да, это так.

– Очень странно.

Полицейский нервно дёргает себя за мочку уха, и я вижу, что он не верит мне. Ну, конечно, ему невдомёк, с каким размахом празднуют свадьбы люди моего круга. Придётся ему это объяснить, иначе заберёт меня в кутузку до выяснения обстоятельств.

А мне нужно искать жену.

– Послушайте, я – деловой человек, бизнесмен. У меня много партнёров, заказчиков, поставщиков и постоянных клиентов. Я не могу упомнить всех, вы не находите?

– Но вы рассылали им приглашения.

– Отнюдь. Это за меня делала секретарша.

– И вы не проверяли?

– Зачем? У неё под рукой была база данных. Самым виповым гостям она отправляла приглашения, мне не жалко для них пары бутербродов с икрой. Потом они принесут мне ещё большую прибыль за такое внимание.

Майор посмотрел на меня с некоторым раздражением, в котором читалось, что я – зажравшийся буржуй.

Но мне пофиг на его мнение.

Пусть идёт, опрашивает секретаршу, смотрит видеокамеры, в общем, работает. У меня одна цель – поскорее найти Милочку, где бы она ни была.

И, мент, кряхтя и качая головой, наконец, отправился восвояси, ничего толком от меня не узнав.

Слышу звонок смартфона из гостиной, и отлипаю от косяка.

Очень надеюсь, что это Тимур. Новостей от него я жду больше всего.

Но, это Инна.

Чёрт, что ей опять от меня нужно?

– Алло, котик не заскучал без своей киски?

– Нет, какого чёрта ты мне названиваешь?

– Я просто не поблагодарила тебя за браслет, так поспешно убежала из твоих объятий. Он – просто волшебный, а ты – настоящее чудо!

Довольно хмыкаю.

Ещё бы, он стоил действительно как чудо природы. Но мне не жалко было отдавать его Амораловой. Вот только интересно, как она объясняет своему муженьку-рогоносцу появление у неё новых цацек? Или ему действительно на всё наплевать?

– Не за что.

– Не нашлась твоя жёнушка?

– Отвали. Тебе не следует лезть в мою семью, поняла?

– Фу, какой ты грубый. Поняла. Соскучишься – сам позвонишь, я тебя больше беспокоить не буду.

В трубке раздаются частые гудки, и я с отвращением бросаю смартфон на диван. С большим бы удовлетворением я бы швырнул его об стену, чтобы выплеснуть всю свою злость, но здравый смысл подсказывает мне, что с минуты на минуту может позвонить Тимур и я не должен оставаться без связи.

Ладно, хрен с ним.

А Инне давно пора дать отставку. Слишком она уже по-хозяйски чувствует себя со мной. А хозяин и повелитель – всегда я. И только я.

Конечно, даёт она мастерски и всегда с улыбкой на лице.

Но, ничего.

Неужели я не найду другую малышку, способную раздвигать ноги с таким же удовольствием? Да запросто!

Снова звонок.

И на сей раз, это Тимур. Наконец-то!

– Да!

Рявкаю я с такой силой, что в окнах гостиной задрожали стёкла.

– Появился след, Юрий Александрович.

– Рассказывай.

– Мобильный телефон Эмилии Игоревны по-прежнему отключён, но она воспользовалась своей карточкой и я уже получил данные того магазина, где она оплатила покупки на шесть тысяч триста рублей.

Морщусь.

Значит, моей драгоценной пассии что-то понадобилось в магазине. Ну, конечно, одним воздухом сыт не будешь. Ей нужно одеваться, есть и где-то жить.

– Это какой-то магазин шмоток?

– Нет, это продуктовый магазин в одном из спальных районов города.

– Адрес!

– Я могу заехать за вами через пятнадцать минут и всё выясним на месте.

– Отлично, жду.

Откидываю смартфон на диван и счастливо прищуриваюсь. Наконец-то я напал на след моей нерадивой супруги. Она очень плохо поступает. Сначала – связалась с Купцовым и отдалась ему, как продажная девка, а затем – продолжает скрываться от меня, не выходя на связь и проживая неизвестно где и неизвестно с кем.

Ох, плохо я знаю свою жёнушку.

Похоже, Кулагин меня обманул, когда просватал за меня свой белоснежный цветок. А может, она и вовсе не была девственницей?

Чёрт. Похоже, меня провели, подсунув самую обычную шалаву.

Но я же наводил справки. И сам беседовал с гинекологом, осматривающим Эмилию. Или, этому проходимцу щедро заплатили за ложные сведения?

Ладно, посмотрим.

В любом случае я не хочу остаться в дураках и без брачной ночи. Слишком давно я грежу об этой девочке.

Быстро одеваюсь перед напольным зеркалом в тёмной раме и вглядываюсь в своё отражение. Недосып и нервное потрясение плохо на меня влияет – на висках проглядывают несколько седых волосков.

Ох, Мила ответит мне за всё.

*****

Прыгаю на переднее сидение и захлопываю дверцу автомобиля, приветливо кивая Тимуру.

– Странно, что она отправилась в продуктовый, ведь насколько я знаю, она ушла от Купцова голой! Свадебное платье-то он порвал. И где она ночевала?

– Слишком много вопросов. Может, у неё есть жилплощадь?

– Если есть, то я о ней ничего не знаю. Но ты узнай.

– Понял.

– Но, раз она купила продукты на шесть тысяч, то она затарилась по-полной. Не могу представить Милочку, несущую огромные мешки с продуктами. Квартира должна быть где-то рядом.

– Логично.

Фыркаю, утыкаясь в смартфон. Как же так, я женился на девчонке, полностью навёл о ней справки и не нашёл ничего подозрительного. А тут всплывает целый букет неожиданностей.

Мда…

Заруливаем в коробку, состоящую из блочных пятиэтажек, и я сразу же обнаруживаю тот самый продуктовый, в котором сегодня утром, по заверению Тимура, отоварилась Мила.

Самый обычный магазин – сетевик, которые заполонили города страны, располагается на первом этаже серого безликого здания. Пьяный дворник с одутловатым лицом, одетый в ватник, заботливо чистит крыльцо у магазинчика.

Сплёвываю на землю и прохожу мимо мужика, пытаясь заглянуть в его серые заплывшие глаза. Но абориген не слишком приветливо кривится, глядя на меня.

– Чего надо?

– Девчонку эту видел?

Достаю смартфон и показываю пьянчужке свадебные фотографии Эмилии.

– Красивая.

– Сам знаю. Мне твоё одобрение не нужно.

– А чего тогда привязался? Иди куда шёл.

Хватаю дворника за куцый воротник из искусственного меха и тут же брезгливо прищуриваюсь.

– Заработать хочешь, на бутылку?

– Я не пью.

– Ну да, охотно верю.

– Правду тебе говорю! Не пьющий я! Болею просто сильно. И выпиваю иногда, по праздникам.

Откашливаюсь, начиная всё сначала. Тимур аккуратно трогает меня за рукав, но я не привык отступать. Если дворник видел Милочку, то непременно запомнил, в какую сторону она пошла.

– Окей, на лекарство дам, если вспомнишь эту девчонку.

Мужик отставил лопату в сторону и потянулся трясущимися руками к моему дорогому смартфону. Но я быстро отодвинул телефон от его жадных лап.

– Ещё чего! Так смотри! И вспоминай.

– Не было невесты в магазине.

Крякаю от досады, засовывая смартфон в карман пальто.

Чёртов алкаш!

Я уверен на сто процентов, что он прекрасно видел Милу, но из-за своих постоянных алкогольных возлияний ничего не может вспомнить. Может, стоит купить ему в магазине «лекарство»? Вдруг, увидев вожделённую бутылку беленькой, его мозг заработает с утроенной скоростью?

Толкаю дверь магазина и осматриваюсь по сторонам.

Ну, так и есть – обычный продуктовый.

Для среднестатистических людей.

Что могло понадобиться Милочке в этом рассаднике плесневелых продуктов, вони и хамства?

Нагибаюсь к Тимуру, искоса поглядывая на продавщицу. Молоденькая крашеная блондинка, лениво сидящая за кассой, уже сделала стойку, увидев двух состоятельных мужчин, и кокетливо сбросила толстовку, оставшись в одном топике, оголяющим покатые плечи.

Ещё одна шлюха.

Я же говорил – все готовы переспать со мной за бабки. И даже эта богиня просрочки – не исключение.

– Во сколько Мила отоварилась?

– С карты было списано шесть тысяч триста рублей в восемь часов тридцать две минуты утра.

– Какого чёрта она проснулась так рано?

– Не могу сказать.

Отодвигаю Тимура в сторону.

И, правда, чего это я? Уж кто-кто, а начальник службы безопасности не обязан знать распорядок дня моей супруги. Уж если я его не знаю.

Подхожу к кассирше, не замечая бабульку, стоящую рядом. Она медленно, словно вековая черепаха, выкладывает свои продукты на ленту. Но мне не до неё, успею перекинуться с девчонкой парой слов:

– Могу я с вами поговорить?

Блондинка расплывается в счастливой улыбке, и замирает по стойке смирно, оборачиваясь на очередь.

– Извините, у меня люди.

Прищуриваюсь.

Что ж, если нельзя поговорить с ней просто так, то я тоже встану на кассу. Поспешно киваю и, схватив с ближайшей полки пачку презервативов, пристраиваюсь в конец очереди.

Ко второй кассе подлетает полная продавщица, и начинает зазывать зычным голосом к себе людей:

– Проходите на первую кассу!

Стоящие передо мной аборигены быстро хватают свои корзинки и, наступая мне на ботинки, уносятся прочь.

Прикрываю глаза, чтобы не выругаться матом.

Спокойно, Юрец, сейчас ты подождёшь, пока бабка рассчитается за своё молоко, и спокойно поговоришь с белокурым созданием.

Не кипятись.

– С вас триста семьдесят рублей.

Блондинка кивает старухе, посматривая в мою сторону умело подведёнными глазами, и я слегка опускаю взгляд – это точно произведёт на неё впечатление.

– Как триста семьдесят? Я же по акциям всё брала.

– Ну, смотрите, всё точно. Сахар…

Кассирша терпеливо начинает разъяснять бабульке цены на купленные ей продукты и та хватается за голову.

– Вот ведь цены у вас! И не напасёшься пенсии!

– Зато всё свежее, не как в соседнем магазине.

– Ну, не знаю.

Старушка достаёт из холщёвого мешка простенький кошелёк и высыпает на свою морщинистую ладошку гору мелочи.

– Вот, считайте.

Монетки, стуча и подпрыгивая, сыпятся на ленту водопадом. Блондинка округляет глаза, глядя на это безобразие, и выдыхает:

– Я ж тут до вечера считать буду. Бумажных-то нет денег?

– Это последнее, что осталось. А пенсия только на следующей неделе. Так что не ругайся, дочка, а считай. Больше нет ничего.

– Да тут всё равно не хватит.

Кассирша виновато пожимает плечиками, собирая рассыпавшиеся монетки, и протягивает их пожилой женщине.

Я утираю пот со лба, смотря на это безобразие, и достаю из кармана пальто портмоне.

– Девушка, вот, возьмите, это за бабушку.

Кидаю на блюдечко пятитысячную купюру, улыбаясь голливудской улыбкой. Блондинка ахает, и я вижу, как загораются её глаза восторженным огоньком.

Нет, ну какой я принц!

Отсчитывает сдачу, и я протягиваю купюры пожилой женщине, которая недоверчиво складывает купленные продукты в пакет.

– Это вам.

– Что это?

– Сдача.

– Но ведь, она ваша.

– Нет-нет, возьмите, пожалуйста. У вас ведь пенсия не скоро, а это – поможет вам выжить.

Бабулька недоверчиво берёт из моих рук мятые ассигнации и продолжает буравить меня взглядом.

– А вот ещё, мой помощник, Тимур, поможет вам донести пакет до дома.

– Да я тут рядом живу.

– Не переживайте, он поможет.

Щёлкаю пальцами, подзывая к себе помощника.

Не знаю, зачем я это всё делаю, но уверен – бабулька нам ещё может пригодиться.

Тимур, навесив на лицо радостную улыбку, как будто он просто рождён таскать за всякими бабками пакеты, быстро кивнул. Поражённая пожилая женщина расплылась в улыбке и отправилась на выход, оставив меня, наконец, перед белокурой кассиршей в полном одиночестве.

Кладу пачку, состоящую из двенадцати презервативов на ленту, и перехватываю смущённый взгляд девушки.

Ага!

– Какой вы молодец, за бабушку расплатились, да ещё и денег дали.

– Это всё для того, чтобы поговорить с вами, прекрасная леди.

– О чём?

– Вы можете закрыть кассу и отойти на улицу, поговорить по душам?

Девушка пробивает презервативы и смущённо протягивает их мне, отсчитывая сдачу. Я замечаю, что её тонкие пальчики трясутся от радости.

Ещё бы, такой мужчина!

– А презервативы вам зачем?

– Странный вопрос. Но, мало ли нам захочется после разговора продолжить общение в другом месте?

Блондинка краснеет, как перезрелый помидор, а я мысленно потираю руки. Молодец, Юра. И про Милочку всё разузнаешь, и девчонку трахнешь.

Удачно!

– Хорошо, пойдёмте.

Кассирша сглатывает слюну, и я вижу, как заплясали в её глазах огоньки.

– Кать, я отойду ненадолго.

Улыбаюсь.

Эта девчонка уже готова встать раком передо мной прямо в подсобке магазина. Отлично. Грех этим не воспользоваться.