Глава 53. Асель

Я спать не могу. Просто по комнате передвигаюсь, чувствуя себя загнанным зверем. В мыслях только одно, как там мужчина. Насколько зол, насколько ненавидит меня? Примет ли обратно, когда всё решится? Или поймёт за эти дни, что я не настолько нужна?

Меня саму не отпускает мысль, а вдруг это надуманное? Люди ко всему привыкнуть могут, вот и я начала. Подстраивалась под Зверя, его повадки перенимала, правилам следовала. Готова была на многое согласиться, чтобы ему проще было.

Может, это не любовь? Может зависимость от похитителя, который вырвал из привычной жизни и в своём доме запер. Инстинкт самосохранения, который помочь выжить пытался. Принять чужую силу, подчиниться ей. А разум затуманен, чтобы боли не чувствовать.

Я весь день в интернете провожу. Всё тянет написать Тисе или Арине, к Дамиру больше всего тянет. Но сдерживаюсь, чтобы в сеть не заходить. Это опасно, выследить могут. А мне ноутбук с одним условием выдавали. Не показывать, где я. Ни с кем не связываться, чтобы в сохранности быть. Немного совсем осталось. Целый день взаперти провела, вторые сутки пошли.

Уже двадцать семь часов, как я в машину злополучную села. Доверилась и не знаю, правда ли оно того стоило.

Солнце появляется, небо в розовый окрашивая. Слежу за людьми на улице, которые по своим делам спешат. Несутся, не смотря на выходной. А мне хочется на кухне нашей оказаться. Кофе с корицей Дамиру варить, в его руках таять. Чтобы прижимался и девочкой своей называл.

Окей гугл, как распознать Стокгольмский синдром.

– Пускай это будет синдром, пожалуйста.

Хочу этого и не хочу одновременно. Мечусь в своих чувствах, эмоциями захлёбываюсь. Понять не могу, что мне нужно в итоге. Каким человеком я к Дамиру вернуться хочу. Хочу ли вообще? Или этой ситуацией воспользоваться и скрыться в итоге. Когда всё закончится, когда этот непонятный Игорь, который мужу моему мешает, пропадёт с радаров. Я ведь не обязана к Зверю возвращаться.

Кому-то из подруг сказать, где документы в доме спрятала. Пускай достанут, привезут. Они смогут, они не зря всё время меня поддерживали. Я в ответ ничего дать не могла, обязанной себя чувствую. Но я отплачу, обязательно себя подругой хорошей покажу, как только в другом городе окажусь.

Но даже попыток не предпринимаю, чтобы билеты посмотреть, вакансии разные. Просто застываю в своём вакууме, куда стараюсь чувства не пускать. Только на разум полагаться.

«Жертва проявляет понимание к насильнику».

Ничего подобного, никогда Зверя понять не могу. Каждое его решение для меня сродни взрыву, ожиданию, где неправильно поступлю. Для мужчины оправдания нет, почему он меня так захотел. И неправильность понимаю того, что таким образом женой чужой стала.

«Вера в доброту агрессора».

Будто выстрел оглушительный, теорию подтверждающий. Но он ведь правда добрый. Нежности в Дамире мало, по крупицам собираю. Он – Зверь и слишком много себе взял от этой клички. А может изначально таким был, под характер имя новое подбирая. Но он такой – властный, жесткий, никого другого не слушающий.

А я ведь знаю, каким он может со мной быть. Как ласково руки вокруг талии обвиваются, а подбородок в плечо впивается. По-родному как-то, мягко. И запах ноздри щекочет, обволакивая, весь мир выдавливая остальной.

«Всего двух причин достаточно. Разница в силе и сложность с тем, чтобы покинуть отношения».

Выстрел.

Выстрел.

Дамир сильнее, опасней. И я уйти не могла, сколько не пыталась. Дважды сбегала, а он меня каждый раз возвращал. Не отпускал, не слушал. Только за своими инстинктами следовал.

– Почему нельзя тест сдать? В вашей крови вируса любви не обнаружено, только антитела страха и зависимости. Две недели лечения и вы больше не вспомните об этом мужчине.

Курс антибиотиков, витамины по утрам. И всё решилось, нет больше запутанности и боли в душе.

Решилась уже, назад не отыграть. Но замираю над вкладкой Вк, чтобы не отписаться никому. Не попросить Дамира меня найти и приехать. Забрать к себе обратно.

Пускай кричит, злится, смотрит недовольно. Но только рядом. К его груди прижавшись, дыхание рваное слушая. Тогда я все-все выдержать смогу, когда с ним вместе.

Всё мыслями возвращаюсь, представляю, как Дамир дома беснуется. И его дом своим начала называть, и чувствовать таким. Место, куда насильно перевёз, теперь родным кажется. Где каждую мелочь знаю, кроме кабинета, куда Зверь просил не заходить. А я не рвалась даже, столько других комнат, которые исследовать можно.

«Нежелание расставаться с похитителем».

Контрольный выстрел в голову словно. Каждую клеточку эта фраза пробирает, дрожать заставляет. Это ведь так, главным признаком кажется. Не хочу без него, не могу.

И что в итоге получается?

А в итоге я идиотка, которая не может признаться, что полюбила такого жесткого человека, как Дамир. Всем сердцем глупым полюбила, не в силах справиться с чувствами, неуверенностью своей.

Звук проворачиваемого ключа в замочной скважине заставляет напрячься. Ноутбук захлопнуть и в коридор выскочить. В ожидании, что мне сейчас всё, наконец, объяснят.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Прошлую ночь по городу катались, машины и направления меняя. Так странно было, когда мимо дома Зверя проехали. Совсем рядом, вернуться могла. Но не вышла, не попросила остановиться. Я решения приняла, всем рискнула, и теперь нужно до конца дело довести.

– Поможешь с продуктами? Пришлось задержаться, мужа твоего отвлечь. На твои поиски целая спасательная бригада отправлена.

– А меня нужно спасать? – пакеты на стол в маленькой кухне укладываю. Постепенно пустой холодильник заполняя. – Я все ещё ничего не понимаю.

– Думаешь, я в итоге страшный монстр, который решил тебя похитить и... что, пытать?

– Кто-то в машине Лепса включал. Я считаю это пытками.

Мой «похититель» смеётся громко, и я присоединяюсь. Смех истеричный немного, потерянный. Но я вспоминаю, почему доверилась. Насколько этот человек мне близким стал, что ни разу ничего плохого не ждала. И сейчас не случится.

– Рыба или свинина на завтрак?

– Правда и объяснения?

– Это на голодный желудок принимать нельзя.

Странно, но не спорю даже. Всё следующей ночью случится, я это уже узнать успела. Меньше суток и я буду спокойна. А лишний час в неведении меня не убьёт. Готовка отвлекает даже, когда в четыре руки стейки жарим и салат нарезаем.

Спорим за заправку и то, какой силы прожарка должна быть. Легко от чего-то становится, хотя нервничать должна. А потом решаю, что я нанервничалась уже. Октябрь всегда любила, но в этом году слишком сложно всё. И Зверь, и свадьба эта, и путаница в чувствах.

– Итак, - произношу, опуская грязную тарелку в мойку. – Может теперь расскажешь всё, Тиса?

– Я всё ещё не понимаю, как тебе удалось меня увезти.

Пока в машину не села, уверена была, что шутка неудачная. Странная, жестокая. Хотя Тиса никогда подобным не занималась. Близкой подругой вдруг стала, иногда меня понимала лучше, чем я сама. Поэтому не раздумывала много, не сомневалась в искренности её.

– Магия и немного помощи. На самом деле, я это с самой свадьбы планировала. В плане, как вытащить тебя и сделать так, чтобы Дамир не смог найти. Вот и пригодилось.

– Ты целую неделю ждала? Почему раньше не сказала, что есть возможность помочь ему?

– Поэтому, -  челку поправляет, смотрит внимательно. – Ты хочешь ему помочь. А раньше хотела сбежать и никогда не встречать. Ты его любишь или просто боишься?

– Я… - слова в горле застревают, сложно правду произнести. С Дамиром легче было, мы вдвоём, осуждения не было. А так боюсь в глазах подруги его увидеть, когда она не поймёт. – Да, наверное. Люблю? К Ромчику я никогда подобного не испытывала, а Дамир… Он другой.

– Ромчик твой – мальчик-мажор. Мало силы, много понтов. Не удивительно, что Дамир тебе другим кажется. Слушай, Ась, я же не буду тебя осуждать, ты чего? Просто хочу знать, к чему мы в итоге придём. Увезти тебя далеко, Дамира за похищение арестовать или назад к нему хочешь вернуться завтра?

– Не надо никого арестовывать! – подскакиваю, действительно испугавшись этой мысли. Даже когда боялась его, когда сбежать хотела, не думала о подобном. – У тебя всё равно не получится.

– У меня нет, но у А… У девушки одной, которая поможет с этим Игорем, есть связи. А у Дамира… За ним тоже грехов хватает, чтобы при надобности закрыть.

– И твоя подруга просто так это сделает?

Глупостью кажется, что кто-то просто так в подобное ввязаться захочет. Даже Тису не понимаю до конца, от чего так рискует ради меня. Нашла друзей со связями, меня вытащила. Знает, что Зверь подобного не простит, не оставит просто так, но рискует. Ради меня.

– Так, давай для начала выпьем, слишком долгим разговор будет.

Я бутылку вина открываю, пока девушка ищет бокалы в съемной квартире. Меня от алкоголя всегда быстро развозит, но сейчас нет желания спорить. Кажется, что Тиса неуютно себя чувствует. Мельтешит и вздыхает громко.

Будто никогда бы не говорила на эту тему, а со мной нужно. Что-то из своих тайн открыть, чтобы меня успокоить. Я из тех, кто в чужую душу не лезет. Не помогаю, пока прямо не попросят. Только с Дамиром исключение сделала, рискнула. А Тиса из тех девушек, кто просто так душу не открывает. Дружить может, проблемами делиться и за смехом важное скрывать. Но тайны эти только её, которые лишний раз не раскроет.

За первым бокалом разговор так и не начинается. Вдруг совсем о другом говорить начинаем, глупости обсуждать. И второй бокал только головокружения добавляет, лёгкости. Язык заплетается, в голове туман. И так хорошо от него, что не останавливаюсь.

Сутки словно на пороховой бочке была, сомнениями себя грызла, идеи ужасные в голове рисовала. А сейчас отпускает понемногу, легче становится от разговоров глупых, ни о чём. Когда университет обсуждаем и я прошу Тису за меня канцтовары принять. Худшая просьба в жизни, если так посудить. Все проблемы на других перевешиваю, ничего самостоятельно решить не получается.

– Я Арине передам, у неё сейчас такие загоны, - Тиса хихикает пьяно, когда перебираемся в спальню. На ковёр опускаемся. – Ей надо развеяться как-то, пока совсем с ума не сошла.

– Она опять Клыку отказала?

– Да. Знаешь что он сделал? Всунул кольцо в десерт.

– Она не подавилась хоть? Это же опасно!

– Ты Арину сколько знаешь? Она, - Тису опять на смех пробирает, вином давиться. – Прости, я от алкоголя в хохотушку превращаюсь. В общем, Арина увидела это и поменяла их тарелки. Представляешь лицо Артёма, когда он кольцо укусил?

– Бедный Клык. Но прогресс есть? Она собирается ему отвечать или хочет уйти?

– Арина хочет… Не знаю, чего она хочет, но они уезжать собрались. Клык, если хочет дальше мёртвым оставаться, должен из города исчезнуть. Вот такая история.

– Кстати об историях, - я добиваю бокал до дна, понимая, что бутылка уже закончилась. – Ты обещала мне рассказать, почему твоя подруга собирается помочь. И как.

– Да, - Тиса глубокий вдох делает, прежде чем продолжить: – Она из ФСБ, поэтому ей выгодно дело закрыть. Звездочку себе получит за эту операцию. Нужно только было выманить Игоря и теперь это получится.

– А как моя пропажа поможет этому?

– Просто поверь мне, ладно? Не могу рассказать. Ещё целые сутки, а вдруг ты сорвешься? Это слишком важно.

– Тиса, я не ребёнок, чтобы не понимать, насколько это важно. Если замешано ФСБ и криминальные разборки, то достаточно ясно всё. Хорошо, а что ты можешь мне рассказать?

– Я доверяю Аде. Блин, никому не называй это имя, хорошо? Я доверяю ей. И пускай она против всех этих разборок и бандитов, но иногда может закрыть глаза. У неё своя цель есть, а у нас с тобой своя. Сейчас эти цели пересеклись.

Странной мне кажется эта Ада. Я не настолько наивная, чтобы верить, что сотрудники ФСБ честные и открытые, только за справедливость борются. Но что-то покоя не даёт, на душе тревожно.

– Я ей доверяю, - Тиса повторяет, в меня свою уверенность пытаясь вселить. – Она когда-то мне помогла очень сильно, хотя впервые увидела. И, считай, тебя не зная, тогда согласилась организовать побег. Если не веришь ей, то верь мне.

– А ты как связана с ФСБ оказалась?

– Ада тогда не там работала, стажировку только проходила в отделе. А я глупость совершила. Правда, очень-очень большую глупость. С тех пор я Аде помогаю в разных мелочах. Во многих, на самом-то деле. Но думаю она это заслужила. У неё вендетта против Цербера, пускай развлекается. Блять. Ася! То, о чём мы говорили – забудь вообще! Никогда не упоминай, хорошо? Это просто очень важно.

Киваю, не споря. Не говорить о мужчины с очередным странным именем. Зверь, Пуля, Цербер. Царь, Царевеч, Король, Королевич. Меня смехом пробирает от мыслей. Интересно, а существуют правила, когда можно кличку брать. Почему Саша ещё Саша, а Князь уже Князь.

– Ты чего? – Тиса странно смотрит.

– А есть реестр с занятыми кличками? Два Цербера не может же быть, да?

Мы вдвоем хохочем, наслаждаясь ранним утром. Ещё месяц назад я представить не могла, как обернётся моя жизнь. Что палец будет сжимать обручальное кольцо, а Тиса станет лучшей подругой.

И я представить не могу, как изменится это всё к концу выходных.