Глава 36. По лисьим следам

Утро подкралось незаметно, но впервые за последние дни я чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Успех окрылял, а эйфория от полученных разгадок кружила голову похлеще эльфийского игристого. И сейчас, уютно устроившись в кресле с чашечкой кофе, я вновь и вновь вспоминала случившееся на балу, в красках представляя злость и разочарование кицунэ.

Стоило признать, план с покушением на полковника был гениален, хоть мы и не сразу оценили всю степень лисьего коварства. Лишь к утру, тщательно проанализировав случившееся и ещё раз допросив гномов и дух ассасина, Хуан и мастер докопались до истины.

Выделенные Трорину апартаменты и рабочий кабинет располагались в незащищённой части дворца, и кицунэ подслушивала разговоры гномов через сильфиду. Мы с удовольствием использовали эту лазейку, чтобы подкинуть лисоньке немного дезинформации и выманить её агентов на полигон, но не учли, что маэстро в деталях распишет племянникам свои планы.

Хвастливый гном утверждал, что его иллюзии безупречны и смогут обмануть даже полковника. И кукловод решил воспользоваться ситуацией, под шумок убрав Хуана, когда тот отвлечётся на боевую иллюзию.

План был дерзок, но, учитывая достоверность гномьего морока, у кицунэ всё могло получиться.

Всего один выстрел… за несколько секунд полковник не успел бы активировать многослойный магический щит, а болты драконоборца пробивали любую броню. Но из-за мстительного Дорини план лисоньки разлетелся, словно карточный домик.

– Я уверена, кицунэ хотела добить императора этой новостью, – прошипела Беатриса, гневно взмахнув кулачком, – Эдмунду должны были немедля доложить о случившемся…

– И от шока он бы на несколько мгновений остался без ментальной защиты, – продолжила за неё Лесли, – к таким новостям нельзя подготовиться. Дядя близкий друг императора, они учились вместе, прошли не одну войну, сражаясь бок о бок.

Лиса в очередной раз продемонстрировала глубокие познания в психологии и пугающую хитрость, но даже её зловредный ум оказался бессилен против гномьего балагана.

Всё ходы, тщательно выверенные провидцем кукловода, были задымлены разноцветным туманом Трорина и засыпаны блёстками. Гномы дважды сорвали ведьмины планы, и я начинала всерьёз опасаться за их безопасность. Но полковник заверил нас, что семейство шоу-мастера оберегают похлеще императорской сокровищницы, поэтому горному народу ничего не грозит.

– Знаете, я никогда не отличалась кровожадностью, – зловеще прошептала Беатриса, – но как же хочется с корнем выдрать лисий хвост!

– В очередь! – воскликнула я, постучав пальцем по блокиратору. – Она угрожала моему истинному.

– И моему тоже! – возмутилась Беата.

– Хочу напомнить, что Хуан мой родной дядя, – сказала Лесли, – так что хвост будем потрошить вместе.

– Предлагаю после победы сдать кицунэ чучельнику, – хихикнула вошедшая в гостиную ректор, – поставим её манекен в холле академии рядом с чучелом тинтарского тхарга.

– Согласны! – хором воскликнули мы.

– Вам удалось ещё что-то узнать? – поинтересовалась я, отмечая на удивление благостное настроение наставницы.

– Аббас наконец-то встретился с Корделией дэ Треви, – ответила Элисандра, усаживаясь в кресло, – ослабляющий яд Ирильену выдала худощавая женщина в чёрной маске.

– Оу! Выходит, несчастного артефактора подставил наш лич? – оживилась я.

Из-за последних событий я уже и забыла про бывшую фаворитку Эдмунда и влюблённого в неё эльфа. А тут такие новости интригующие!

– Именно, – кивнула ректор, – это подтверждает, что у кукловода не так много сообщников. Кицунэ использует тех, кто подвернётся под руку, оплетая простенькими эмпатическими заклинаниями и умело играя на чужих слабостях.

– Но на это уходит уйма сил, – усмехнулась я, – а после того, как мы достали из ауры сумеречных драконов всех «вампирчиков»…

– Кукловоду придётся сесть на магическую диету, – подмигнула мне Элисандра.

Пока мы варили зелье из ивовых листочков, дракон Эдмунда сходил в разведку и подтвердил, что лисонька не подслушивает переговоры Антонио и Марио. А лишь тянет из сумеречных магию.

И мы пошли ва-банк. Вместо того чтобы тайно подлить королю эликсир, рассказали ему о паразитах в ауре и проклятии. А чтобы наши сведения не выглядели голословными, позволили его сыну посмотреть на смертоносное плетение сквозь паутину Изнанки.

Мы сильно рисковали, но результат того стоил. Антонио согласился на лечение, и к рассвету Рейнар и Ингвард собрали целое ведро «вампирчиков». А опешившие от увиденного драконы поклялись на крови, что будут всё хранить в тайне и всячески содействовать расследованию.

– Я боюсь, как бы лиса не ринулась в атаку, – с сомнением протянула Беата, – она знает, что мы идём по следу и…

– Агония ещё никого до добра не доводила, – возразила ректор, – кицунэ придётся на лету менять планы, и мы поменяемся ролями. Теперь она будет на шаг позади, несмотря на все ухищрения.

– Надеюсь, – вздохнула я, – но не удивлюсь, если у кукловода припасена ещё парочка козырей.

– Главным козырем кицунэ была способность к прыжку, – напомнила наставница, – но печать Аббаса не позволит ей занять тело Марион. А на новую метку у твари не хватит сил.

Это радует, но не объясняет, как бороться с кукловодом. Сомневаюсь, что лисоньку можно пристукнуть обычным заклинанием.

– Господин Йохара говорил, что у всех клонов есть слабые места, – вспомнила я. – Можете рассказать об этом подробнее?

Наставница задумчиво постучала пальцами по подлокотнику, размышляя, с чего лучше начать, и призвала безликую тень. Внутри фантомного тела клубились разноцветные искорки, напоминающие крупных головастиков. Они пытались подплыть как можно ближе к сердцу призрака и так отчаянно бодались и расталкивали друг друга хвостами, словно от этого зависела их жизнь.

– Представьте, что это наш клон и души его жертв, – пояснила ректор. – Чем больше душ, тем могущественнее тварь. Но каждый раз, поглощая новую личность, клон рискует потерять свою собственную.

– Я думала, тварь просто поглощает воспоминания и Дар жертвы, – ошарашенно прошептала Лесли, – а дух погибшего отправляется на перерождение!

– Души жертв остаются в заложниках, – ответила Элисандра, – поэтому клона так сложно вычислить. Любая магическая проверка подтвердит, что перед тобой настоящий хозяин тела.

– Но ведь это риск! – воскликнула я. – Сильный дух может отвоевать тело обратно, и тогда кукловод погибнет.

– Именно, – удовлетворённо кивнула ректор, – поэтому клоны никогда не прыгают в тела сильных менталистов или медиумов. Они всегда стараются ослабить жертву перед прыжком.

– Поэтому лиса навешала на Лауренсию столько «вампирчиков»? – догадалась Беата. – Она не только тянула из принцессы магию, но и готовила её тело к прыжку?

– Да. То же самое произошло и с леди Марион, – пояснила Элисандра, – кукловод подгадал момент, когда девушка будет дезориентирована видением, и хотел без проблем повесить на неё метку.

– Выходит, печать помогает контролировать душу жертвы? – уточнила я.

– Плетение ослабляет жертву и не даёт ей сопротивляться прыжку, – ответила наставница, – дальше всё зависит от мастерства и опыта самого клона.

– А что происходит с остальными душами? – спросила я, покосившись на дерущихся головастиков.

– Они постепенно сходят с ума, но при этом переезжают в каждое новое тело вместе с клоном. И чем старше паразит, тем больший «багаж» ему приходится перетаскивать, – пояснила ректор, – догадываетесь, к чему это может привести?

– Если кукловод ослабнет или потеряет контроль, любая душа сможет перехватить власть над телом? – предположила я.

– Всего на миг, – добавила Элисандра, – древние клоны быстро подавляют волю остальных личностей, но в этот момент тварь абсолютно беззащитна.

Интересный нюанс, только я не представляю, как можно использовать его в наших целях? Как узнать, что тварь потеряла контроль и у «штурвала» другая душа?

– Если вычислим, в кого вселился клон, сможем сыграть на слабостях настоящего хозяина тела, – продолжила ректор, – главное, пробудить эмоции духа и спровоцировать его на борьбу. И в этом нам поможет любое яркое воспоминание, неважно – приятное или жуткое.

– Так вот зачем понадобились иллюзии Трорина! – восхитилась я.

– Да, план сложный, – устало вздохнула наставница, – и очень рисковый. Но это единственный способ не только избавиться от кукловода, но и спасти души всех заложников. Если тварь потеряет контроль, печати слетят и после смерти кицунэ все призраки отправятся на перерождение. А просто убив клона, мы рискуем выпустить на волю пару сотен обезумевших призраков.

М-да… перспективы вырисовывались нерадужные…

Судя по магической мощи и изворотливости, нам противостоял очень древний клон, и я не горела желанием знакомиться с душами всех его жертв. И тем более отлавливать их по всей столице, чтобы окончательно упокоить.

– Насколько эти призраки опасны для окружающих? – уточнила я. – Хочу знать, к чему готовиться, если что-то пойдёт не так.

– Занять чьё-то тело они не смогут, – успокоила меня ректор, – а вот создать массу проблем – вполне. Такое количество полтергейстов парализует столицу на пару недель. Нас ждут погромы, горы поломанных артефактов, всплеск воровства, ожившие дома, пытающиеся выжить хозяев…

– Можете не продолжать, – с тоской протянула я, – мы ещё на первом курсе видели особняк, захваченный призраком.

Магистр Викхамерли обожала практические занятия и всегда брала адептов на неопасные задания. Благодаря ей мы на практике узнали, сколько неприятностей может доставить один несчастный дух.

В нас летела мебель, пол ломался под ногами без видимых причин, а оконные рамы и двери приходилось обходить по дуге. Дух приспособился бить ими гостей, поэтому по особняку мы перемещались короткими порталами и укрывшись мощными щитами.

Изгнание призрака заняло несколько часов, а дом после нашего визита нуждался в капитальном ремонте. А ведь это был лишь один дух! О том, какой бедлам могут устроить десятки или сотни полтергейстов, страшно и думать.

– Иллюзии Трорина – это прекрасный шанс дезориентировать тварь и одним махом решить несколько проблем, – продолжила наставница, – но у нас нет права на ошибку. Если упустим кицунэ, она заляжет на дно, сменит тело, и нам придётся начинать всё заново.

– А если проверить всех подозреваемых с помощью иллюзий? – предложила я. – Изучим биографию каждой леди, найдём что-нибудь…

– Исключено! – воскликнула ректор. – Мы себя с головой выдадим.

– Почему? – удивилась Беата.

– Воспоминания ослабят клона лишь на пару секунд, – пояснила наставница, поэтому у нас не будет времени на сканирование и проверку догадок. Только на удар.

– И нам нельзя ошибиться, – прошептала я, – иначе погибнет невиновный…

– Верно, – кивнула наставница, – потому и говорю, что план безумно рисковый. Для начала нужно вычислить лису.

Ректор хотела ещё что-то добавить, но в центре гостиной взвился золотистый вихрь и из портала выскочил улыбающийся Ингвард.

– Осталось трое! – вместо приветствия выпалил некромант. – Последняя храмовница немного шепелявит. Это не критично для обычного мага…

– Но катастрофа для шамана, – хмыкнула ректор, – в орочьих заклинаниях куча шипящих.

– И часто встречается буква «р», – напомнил некромант, – думаю, это ещё одна причина, почему кукловод выбрал для прыжка именно леди Марион, а не одну из её сокурсниц.

– Про Дар провидца тоже не стоит забывать, – добавила Элисандра, – но в целом ты прав. Я не сразу сообразила, что леди с такими недостатками не смогут прочитать ни единого шаманского заклинания! А это важнейший нюанс.

– Одного не понимаю: почему сами девушки не избавились от дефектов речи? – удивилась Лесли. – Это же так просто!

– Катари Делакриз и Тами Леокка гарпии, – пояснил Ингвард, – подобные нарушения речи для них в порядке вещей. К тому же дефекты некритичные и не мешают использовать обычные заклинания и плетения.

Я бы даже сказала, очень полезные дефекты! Ведь именно они спасли девушек от страшной участи.

– Что ж, список потихоньку сужается, – усмехнулась ректор.

– Не только, – подмигнул нам некромант, – случилось ещё кое-что интересное.

– Мы тебя внимательно слушаем, – мурлыкнула Элисандра, устраиваясь в кресле поудобнее.

– Помните нашего василиска и ошейник, с помощью которого он покидал пределы дворца и шпионил за жертвами? – спросил Ингвард.

– Конечно! – воскликнула я. – Мы ещё хотели обыскать логово твари и найти какую-то ящерку…

– Верно, – перебил меня некромант, – баронесса Тьяур приехала на бал с экзотической альварской ящерицей. А один из помощников кукловода убил несчастную тварюшку и нацепил зачарованный ошейник на василиска, чтобы тот мог спокойно перемещаться по замку, используя гостевой допуск.

– И ты нашёл труп ящерицы? – восхитилась ректор.

– Да. «Питомец» баронессы пропал несколько дней назад. Леди Тьяур думала, что ящерица гуляет по замку. Она не раз сбегала, но всегда возвращалась, поэтому леди не стала сразу подключать к поискам стражу.

– А сегодня не выдержала и объявила питомицу в розыск? – догадалась наставница.

– И отдала начальнику охраны тот самый ошейник, – усмехнулся некромант, – ну а я нашёл по нему труп ящерки и смог не только воскресить её, но и привести в приличный вид.

– А зачем? – настороженно поинтересовалась я.

– Затем, что на её шкуре обнаружились отпечатки «мёртвой» магии. И я хочу выяснить, убил ли ящерицу уже известный нам лич, или у кукловода есть ещё один помощник.

– Это не может быть ловушкой? – насторожилась Лесли. – Как-то слишком просто выходит…

– Просто?!

Некромант возмущённо зашипел и, щёлкнув пальцами, выудил из портала здоровенное чучело, удивительно похожее на таксу переростка.

– Вы даже не представляете, чего мне стоило привести это тело в нормальный вид, – в голосе Ингварда проскользнула лёгкая укоризна, – мы с Аббасом почти час клеили шерсть и мастерили съёмные уши и новый хвост.

Некромант говорил абсолютно серьёзно, а я едва сдерживала смех, глядя на результат их работы. Чтобы скрыть следы воскрешения и превратить это чудовище в таксу, мужчины нарядили её в модный цветастый комбинезончик, а шипы на голове скрыли изящной шляпкой с розовым бантом. Если не присматриваться – выглядело вполне прилично, но стоило представить, как два сильнейших мага империи наряжали дохлую ящерку…

– Хочу напомнить, что это была ваша идея, – сказал Ингвард, заметив мою судорожную улыбку.

– Моя?!

– Вы предлагали выгулять по саду личеловку, но я решил усовершенствовать идею, – пояснил некромант, – так что, как только Аббас дошьёт второй костюмчик, сможем проверить подозреваемых и остальных гостей на предмет подселённой нечисти. А ещё выяснить, кто убил ящерицу баронессы.

– Жаль, что с мёртвым храмовником этот номер не сработает, – с тоской протянула Лесли.

– Грега убили по всем правилам, – вздохнул Ингвард, – ни единого следа. А ящерица… здесь враг знатно прокололся. Видимо, лич даже в кошмарном сне не мог представить, что найдётся сумасшедший, способный воскресить и допросить рептилию!

– Ну… я тоже до последнего сомневалась, что тебе удастся сие провернуть, – призналась ректор, – хотя и надеялась. Кстати, а как вышло, что после смерти василиска ошейник вернулся к баронессе?

– Он мешал василиску, – пояснил некромант, – поэтому по дворцу тварь перемещалась без него.

– Хочешь сказать, кукловод надевал на своего шпиона ошейник только перед вылазками в город? – уточнила наставница. – Чтобы тот мог спокойно пересечь защитный купол?

– Именно, – кивнул Ингвард. – Перед каждой вылазкой тварь приносила ошейник хозяину, а после – стаскивала и прятала под кроватью баронессы. Именно оттуда василиск и нырял в своё теневое логово. Аббас и полковник всё проверили, поэтому здесь мы больше ничего не найдём.

Эх… жаль. Я надеялась, что логово василиска выведет нас на лисоньку, но…

– Прогулка состоится через час, – сказал Ингвард, – я буду притворяться слугой, а вы – наблюдать и следить из Изнанки, чтобы мне и моим гх-м… питомцам никто не помешал.