ГЛАВА 20

- Молодой человек.

Голос был незнакомым. Ширас обернулся, перед ним стоял пожилой Наг из Синих. Они какое-то время смотрели друг на друга, наконец до Шираса дошло, что Сахин тесть. Он прокашлялся и сказал:

- Здравствуйте.

Неудобно вышло. На самом деле, ему приходилось видеть родителей Наили на семейных праздниках у Черных, просто он  никогда особо не приглядывался и не стремился никого запомнить. Они сливались общей массой Нагов, с которыми принц асуров не планировал общаться в дальнейшем. Сейчас многое изменилось.

Ширас смотрел на мужчину и силился  вспомнить, как его зовут, но, как назло, в голову ничего не приходило. Тот заговорил сам:

- Вы не могли бы уделить мне немного времени?

- Да, конечно.

Пожилой Наг отодвинулся в сторону и показал в сторону внутренней лестницы.

- Это недалеко.

Не хотелось уходить из холла. Здесь назначена была встреча с Вагитом, и если его не окажется на месте вовремя, неизвестно, как потом хвостатый может преподнести это Сахе. А тот опять начнет применять свои дурацкие санкции.

- Не волнуйтесь. Я не задержу вас надолго.

Ширасу не понравилось, что его так легко читают. Он просто кивнул и последовал Сахиным тестем, а тот привел его в небольшую комнату. Не то оранжерея, не то кабинет, не поймешь. Много света, растения, огромная клетка с попугайчиками. Наг показал на диван:

- Присаживайтесь.

А сам сел в кресло напротив, сложил руки на коленях и проговорил:

- Меня зовут Шамиль.

Вот тут Ширасу пришлось покраснеть, потому что имени деда своей бывшей невесты он так и не вспомнил.

- Очень приятно, - заставил он себя выдавить.

И что теперь? Говорить о погоде? О здоровье? К черту.

Повисла пауза.

Разговор как-то не клеился, мужчина отвел взгляд в сторону. Ширас тоже стал разглядывать обстановку, думая, как бы деликатнее отсюда свалить. И вдруг услышал:

- Вы имеете представление, что значит быть мужем ведьмы?

Круто. Просто круто. Ширас резко вскинул на него взгляд.

- Я должен был стать мужем вашей внучки, наверное, имею.

- Нет. Это другое.

Мужчина неожиданно глубоко вздохнул, приложил руку к груди и сказал:

- Она выжжет тебя изнутри и заполнит собой. её кровь будет сильнее твоей настолько, что прежде она родит себе дочь, и только потом, если тебе повезет, она родит тебе сына. её энергия всегда будет опережать твою и брать верх, и ты будешь боготворить её за это.

Внезапная дрожь волной побежала по коже. Ширасу показалось, что он задыхается. А пожилой Наг, глядя ему прямо в глаза, проговорил:

- Ты отдашь ей всего себя, а взамен получишь её любовь.

Еще несколько мгновений звенела тишина.

Странное чувство! Как будто шторм прошелся внутри, всколыхнув все тайные чувства. Горячая нить потянулась из груди, стало жарко, тревожно. Он пытался побороть внутреннюю дрожь, потом сглотнул и перевел взгляд на клетку с попугайчиками. А птички, зеленая и голубая, уставились на него глазками бусинками.

Ему невольно вспомнился день его помолвки. Когда протягивал руку своей невесте, чтобы танцевать с ней брачный танец, чувствовал ли он что-то подобное? Был он готов к этому тогда?

Ему казалось, что он сует голову в петлю.

А сейчас?

- Что ж, молодой человек, - услышал он неожиданно. - Не смею вас больше задерживать. Спасибо, что выслушали старика.

Ширас уставился него, не понимая, что происходит.

Как будто перед ним приоткрыли полог тайны. И... Что, это все? Только что думал, как бы ловчее избежать всего этого, а теперь он готов был на все, лишь бы остаться и узнать секрет, который от него утаили.

Но пожилой Наг уже поднялся с места, и ему пришлось уйти.

***

В холле он оставаться не мог. Нужно было выйти, глотнуть воздуха, освежить мысли. Но что-то властное тянуло его внутрь. Требовало.

«Выжжет тебя изнутри и заполнит собой»

Все верно.

Он развернулся обратно и пошел искать Саху. Сам.

Когда они с Сахой Умрановым только познакомились, и потом тоже, он всегда стремился прогнуть под себя необычного Змея. Это был способ самоутвердиться. Потому что слишком наглым и самоуверенным был этот Белый выбрак. Как будто бесстрашно бросал всему миру вызов, превращая тем самым свою ущербность в глазах других в исключительность.

Ширас сам был таким же. Только Белый Наг казался более зрелым. Это вызывало дух соперничества. Жениться на дочери Сахи - это тоже в какой степени значило прогнуть его. Потому Ширас вытерпел все двадцать лет бездарного жениховства. Теперь все было иначе.

Никогда не думал, что сам будет искать хвостатого, что будет в роли просителя перед ним. Но в этот момент все отошло на второй план, главным было - получить согласие.

Но. Но. НО!

У него были обстоятельства непреодолимой силы, он накладывали отпечаток на все.

Много мыслей пронеслось в голове, пока он нашел Белого Нага. Тот не ожидал его увидеть, удивленно вскинул бровь и начал:

- Вагита ищешь?

- Нет, мне нужен ты.

Нейтрального состояния как не бывало. Саха Умранов мгновенно напрягся, взгляд сделался стальным. А Ширас, понимая, что сейчас ступает на зыбкую почву, единым духом выпалил:

- Отдай за меня дочь.

Ну, вот. Слова были сказаны.

Отзвук еще дрожал в воздухе, а Саха странно дернулся и уставился на него пристально. Чееерт! Сказать самое неприятное, раскрыть все карты? Но остановиться он уже не мог.

- Я согласен ждать, сколько нужно. Только пусть обручение пройдет сейчас. Потом я уеду. Может, на месяц, может, на три, точно не знаю. Но не больше. После этого я вернусь и уже не отойду от нее.

Ширас видел, что белобрысый гад хмурится. Хотелось выкрикнуть: «Только посмей мне отказать! Только посмей сказать нет!». А мысли неслись как бешеные. Не зря же Саха приставил к дочери этого Вагита. Наг постоянно будет с ней, девчонка сама не заметит, как влюбится. Еще эта их проклятая змеиная травка ашхи и привязка кровью!

Но он ждал молча.

Секунды текли адски медленно, тяжелые, свинцовые. Падали на грудь, душили его. Наконец Саха проговорил:

- её спросить не хочешь? А то было уже один раз...

Не отказал. Что-то огромное дрогнуло в душе, налилось холодком, а потом пришел огонь. Трудно было сразу осознать, Ширас резко вдохнул, пытаясь успокоить бешено стучавшее сердце и повторил на всякий случай:

- Так ты не против?

А тот пожал плечами и проговорил, глядя в сторону:

- С ведьмами так не прокатывает. Против ты или не против, ведьма будет выбирать сама.

Снова все дрогнуло сомнением. Повисла короткая пауза, потом Саха спросил, искоса на него поглядывая:

- А ехать тебе зачем?

Можно было смолчать, послать белобрысого лесом, в конце концов, это касалось только его и никого больше . Но сейчас Ширас вдруг понял, что важно выказать доверие. И потому...

Но как же трудно было это выговорить!

- Я должен найти отца, - начал он, качнувшись вперед. - Потому что асур я только наполовину. Мой отец феникс.

- Что? - У Сахи вырвался спонтанный жест, он даже присвистнул.

- Тот-то я гляжу, что для асура ты слишком красивый!

Он еле сдержался, чтобы не послать белобрысого. Но тот как-то разом подобрался, становясь серьезным, и перестал стебаться. Сказал:

- Подожди пока, попробую выяснить. Но ничего тебе не обещаю.

И вышел.

***

Ширас остался один, отошел к окну и встал, заложив руки в карманы. Смотрел на парк перед главной резиденцией Черных Нагов. Хвостатых в парке было полно, охрана стояла по периметру. В оцеплении не только Наги, но и асуры.

Наверное, он должен быть благодарен Гадесу за все.

Но он сейчас как будто завис в пространстве. Его просто не хватало на остальные чувства. Горячая нить тянулась из груди, и из-за этой неопределенности ждать было особенно тяжело.

Неожиданно дверь за спиной скрипнула.

Он резко обернулся на скрип и увидел, как в полуоткрытую дверь проскользнула дымчатая кошка.  Разочарование поднялось душной волной, совсем не этого он ожидал. Ширас мысленно чертыхнулся и хотел уже снова отвернуться к окну, потом вдруг понял, что уже видел эту кошку однажды. На  свадьбе Сахи.

Даже нет, еще раньше.

В том месте, под огромной транспортной развязкой, где Гаруда Амара связали клятвой. Кошка посеменила по комнате, прошлась с ним рядом, а потом запрыгнула на столик и устроилась рядом с большой клеткой с попугайчиками. И уставилась на него. Как будто ему мало было птичек.

Ширас нервно сглотнул и принялся мерить шагами комнату.

Он не сразу заметил, что  в комнате кто-то есть, потому что в этот раз дверь отрылась бесшумно. Отреагировал, только когда краем глаза заметил движение. И замер на месте, понял, что слишком резко  дернулся, женщина подалась назад, прижав руку к груди.

Ему стало неловко.

- Извините.

- Ничего, - проговорила она. - Вас ждут. Пойдемте со мной.

Все это напоминало какую странную игру, когда барана водят по кругу. И все же он кивнул и пошел следом.

***

Так плохо Амре было, когда она в первый раз случайно умертвила хомяка. Она так плакала тогда. Сейчас Амра не могла себе этого позволить. Сидела в своей комнате, глядя в одну точку и сжав холодные ладони.

Вдруг дверь открылась.

Диля.

Амра отвернулась, не хотела её видеть. А та присела на кровать рядом и тронула её за руку. Вот этого не надо сейчас! Амра отняла руку.

- Слушай... - начала та.

Неужели не все еще сказала? Очень хотелось спросить: «Думаешь, весь мир должен крутиться только вокруг тебя, а мне даже объедки не положены?!». Но это было слишком ущербно, сказать такое, расписаться в собственном ничтожестве.

- Я... Мммм! - Диля хрипловато застонала, как будто ей больно.

- Я не знала! Прости меня, Ёжик!

Наверное, если бы небо рухнуло вдруг на землю, Амра удивилась бы меньше. Диля извинилась? Она уставилась на сестру с удивлением.

- Слушай, я не знала, правда! Мне мама сказала только что. Я думала они просто... Прости.

Она махнула рукой и провела по глазам, стирая выступившие слезы:

- Ты знай, что я всех порву за тебя, сестренка! - и совсем расплакалась, а потом сердито фыркнула.

- Гормоны. Еще и Гадес не позвонил.

Все это было так неожиданно. От жарких чувств жгло в груди, на глаза полезли слезы. Диля хлюпнула носом:

- Ну что, мир?

- Мир, - буркнула Амра, утыкаясь лбом в плечо сестры.

Как в детстве.

Потом, когда Диля ушла, она все не могла понять, что чувствует. Странно так. На душе - как после грозы, солнце. Что думать, чего ждать...

Внезапно в комнату вошла мама, серьезная, руки скрещены на груди.

Амра занервничала:

- Случилось что-то?

- Не знаю, это ты мне скажи.

Что сказать? Она понятия не имела. И вдруг услышала:

- Ширас просил у отца твоей руки.