Глава 31

Глаза существа были огромными и сияли. В прямом смысле – они излучали мягкий приятный свет. Стало ясно, кто именно был «лампочкой» и что я не единственная пленница в этой тюрьме.

Я потянулась к очаровательному дракончику, но тот, прижав маленькие ушки, заметно задрожал. А потом и вовсе зажмурился, из-за чего стало темно. И жутковато. Стараясь не поддаваться панике, я прошептала:

– Привет…

Он приоткрыл один глаз, и я выдохнула с облегчением. Рассматривая существо, как можно ласковее представилась:

– Моё имя Росинка. А твоё?

Ушки дракончика встали торчком, хвостик покачнулся, а мордочка сделалась умильно-удивлённой.

– Ты куара?! – шёпотом поинтересовался он.

Из глаз существа полился яркий свет, и чёрные чешуйки заблестели сильнее, напоминая драгоценные камни. Сердце сжималось при виде робкой надежды дракончика. Будто ему пришлось испытать немало боли, и поэтому верить в хорошее было страшно.

– Да, – призналась я и, отряхнув матрац от камушков, присела рядом с существом. – Так как тебя зовут?

– Догги.

Он несмело потянулся ко мне и ткнулся носом в плечо, будто проверяя, реальная ли перед ним куара. Я погладила дракончика по голове, и он зажмурился от удовольствия. Снова стало темно, но в этот раз паника прошла стороной.

Я точно знала, что Догги вот-вот откроет свои удивительные глаза и посмотрит на меня, наполнив всё вокруг приятным золотистым светом. Так и произошло. Дракончик уже не боялся, он жадно изучал меня. Я отвечала тем же.

Конечно, я догадалась, что передо мной питомец Адия, о котором другие дракончики давным-давно не получали вестей. И теперь было ясно почему. Но как мог хозяин так жестоко поступить с Догги? Замуровать в стену! Мне было очень интересно, почему илфекиир так сделал, но задавать вопросы я не спешила. Во-первых, это могло быть болезненным воспоминанием для малыша, а во-вторых, у меня были более насущные проблемы.

– Ты знаешь, как отсюда выбраться? – с надеждой поинтересовалась я.

Он переступил лапками и уныло помотал головой. Скрыв разочарование, я продолжила допытываться:

– Может, в замке есть тайные ходы? Подвалы?

Дракончик вздохнул, крылья его дрогнули.

– То есть ты не знаешь, как выбраться, – подытожила я.

– Ты можешь позвать хэиана! – встрепенулся Догги. – Ты же куара!

– Ой, не надо, – вздрогнула я. – Адий и без зова явится, к сожалению.

– Но он не твой хэиан, – заявил дракончик.

– Как ты догадался? – насторожилась я.

– Иначе ты бы не хотела сбежать, – рассудительно пояснил он.

– Твоя правда, – невольно улыбнулась я и нахмурилась. – А как позвать?

Внезапно догадавшись, о чём он, обрадовалась:

– Ты намекаешь на древний язык илфекииров, с помощью которого вы общаетесь между собой? Я не умею… Но ты же другое дело. Сделай это, пожалуйста!

– Не могу. – Он снова прижал ушки. – Хозяин оборвал мою связь с Илтаз.

– Хм, – огорчилась я и задумалась. – То есть загадочная магия источника Эвенвуда пронизывает всех драконов и соединяет их между собой? Но если ты отрезан, то мысленно поговорить с кем-то невозможно?

Он молча кивнул.

«Как интернет, – невольно сравнила я. – Нет его – и чаты не работают».

Выходит, через Догги мне с Иммитом не связаться, но отчаиваться я не собиралась. Снова обратилась к питомцу:

– А ты можешь научить меня этому языку?

– Не знаю, – растерянно моргнул он. – Никогда никого не учил.

– Но ты же не откажешься попробовать? – погладила его.

– Счастлив служить куаре, – зажмурившись от удовольствия, промурлыкало существо.

Я предполагала, что дракончик будет произносить слова и их значение, поэтому была обескуражена, когда Догги попросил закрыть глаза.

– Зачем? – недоумевала я. – Не думаю, что так будет быстрее. Язык, конечно, сложный. Но слова куара, хэиан и илфекиир я сразу запомнила!

– И что? – шевельнул ушками Догги. – Ты произносишь их неправильно.

– Да? – удивилась я. – У меня сильный акцент? Подскажи, где я ошибаюсь. И я выучу…

– Простое заучивание тут не поможет, – нетерпеливо прервал меня дракончик. – Нужно прочувствовать каждое слово, ощутить самую его суть. И тогда у тебя получится с его помощью прикоснуться к источнику!

– Ого, – потрясённо протянула я. – Вот оно что! Получается, что древний язык илфекииров – это способ общаться с Илтаз?

– Ты правильно поняла, – гордо отозвался мой маленький учитель и дал первое задание: – Начни с тех слов, которые ты уже знаешь. Но в этот раз, когда их произносишь, подключи сердце!

– Попробую, – в лёгкой растерянности пообещала я, хотя понятия не имела, как это претворить в жизнь.

Единственное, что приходило в голову, – молитва. Как в нашем мире обращаются к богу, так и в Эвенвуде с помощью древнего языка илфекииров взывают к Илтаз. Я считала себя верующей и, хотя в церковь ходила редко, каждый вечер со всей душой возносила молитву за родителей. Только так я могла ощутить себя не такой одинокой.

Сейчас, закрыв глаза, я сосредоточилась на теплоте, которая жила в моём сердце. Она была успокаивающей, как объятия мамы, и надёжной, как забота папы. Я постаралась освободиться от колючей обиды на Злату и от упрямого недовольства Иммитом, который перенёс меня в этот мир без моего согласия.

Осталась лишь любовь.

Пульсирующая, горячая и чистая, как источник жизни.

Как Илтаз…

Не размыкая век, я прошептала:

– Хэиан.