29.3.

Повозку Дюбуа возили по городу два отменных скакуна, но бедная травница не могла позволить себе такой роскоши. На заднем дворе лавки нашлось рассохшееся от времени корыто и старая кляча. Данталион думал, что лошадь издохнет, как только Ги наденет на неё хомут, но все обошлось.

- Пешком было бы быстрее, - проворчал демон.

- Да, мессир, - покладисто согласился Ги голосом Жизель, - но раз уж мы собрались спасать мадемуазель Дюбуа от жениха, то её нужно где-то прятать. Или вы её сразу в Ад заберете?

Глаза служанки блестели озорными искорками. Она преображалась под контролем слуги. Даже румянец появился и небывалая легкость в движениях. А еще любопытство. Очень много не свойственного вышколенной прислуге любопытства. Но герцог не собирался объяснять, почему хотел спасти ведьму и где будет её прятать, а придумывать правдивую ложь не хватало времени.

- Хорошо, пусть будет повозка, - сдался демон и запрыгнул на козлы рядом с Ги. – Трогай.

Лошадь обиженно заржала после удара кнутом, но копытами застучала. До парка от Тисовой аллеи предстояло проехать три улицы, и герцог переживал, что опоздает. Обиженная Селеста могла назло ему натворить глупостей. Например, рассказать Туссэну Пекару всю историю с Книгой Рода и попросить увезти её из Брамена, тогда демон её не найдет. Договор позволял чувствовать связь, но чтобы приказать Стебельку вернуться, нужно стоять рядом с ней.

- Быстрее, - подстегнул он слугу.

- Я стараюсь, мессир, но Доротея слаба и еле тащится. Будь она бесом или другой живностью из Ада, бежала бы быстрее только, чтобы угодить вам. Но что есть, то есть. Вы не могли бы подержать вожжи? Я хочу нырнуть в память Жизель. Парк большой, где именно она оставила хозяйку?

Слуге подзатыльник полагался за подобную наглость, но герцог Ада молча взял вожжи. Взгляд Жизель потух, и руки безвольно упали на колени. Кукловод отпустил марионетку. Ги от сердца поднялся к голове и жадно пил еще свежие воспоминания. Интересно, он видел другие миры глазами Айгуль? Девочки, попавшей в тело Жизель из Края усопших после ритуала Изабэль. Каким было её утраченное детство? Лучше или хуже судьбы служанки в доме Дюбуа?

- О-о-о, - выдохнул Ги, сложив губы Жизель трубочкой. – А хозяйка превзошла служанку. Третья душа в одном теле. Мадемуазель Дюбуа умерла еще раз, а мать её воскресила. Ох, Изабэль, инквизиция точно будет в восторге. Да она уже. Почти. Мессир, а вы знаете, за кого ваша ведьма хочет замуж?

Ги вернулся, забрал вожжи и сиял от радости ярче пламени Ада. Но Данталион не услышал ничего нового и ответ на вопрос знал:

- Инквизитор.

- Если бы, - хмыкнула Жизель и самодовольно выпятила нижнюю губу. – Если бы дружище Туссэн был простым инквизитором, я бы сейчас бежала впереди повозки и кричала: «Спасайся! Спасайся, хозяйка! Горишь! Жареным запахло!» Но месье Пекар инквизитор крайне непростой. Он легат. Такой же, как я, слуга, только живой и в собственном теле. Доморощенный прихвостень Темных. Религиозный фанатик, если вам будет угодно правдивое объяснение, мессир. Ведьмы Ковена не признали его сразу, так как Туссэн в Святой Инквизиции на особом месте и на особом счету. Сам практически святыня. Все потому что из людей только легаты слышат голоса Темных напрямую, сохранив себя, свою волю и свою свободу. Для инквизиции они – глас небес. Ходячие проводники воли господ. А для Темных колдунов Туссэн – ученик господина До. Понимаете, мессир?

- С трудом, если честно.

Кто такие легаты, Данталион знал. Не понимал стремления людей стать ближе к тем, кто разрушает их мир, но переживать за них не собирался. Туссэн сделал свободный, добровольный выбор в отличие от таких, как Жизель. Но зачем ему белая ведьма?

- Ну как же? – удивился Ги, заставив Жизель округлить глаза и приподнять брови. – Изабэль заключила сделку с господином До. Пообещала отдать ему родную дочь, как только выйдет срок. Это случится следующей весной, но Изабэль уже мертва, и чтобы Селеста не исчезла из-под носа господина До, он и прислал ей жениха. Туссэна.

- Его привел Андрэ, - сказал демон. – Брат Селесты тоже связан с Темными?

- Пьяница Дюбуа? Опомнитесь, мессир. Он был нужен лишь для того, чтобы представить Туссэна семье, как своего друга. Андрэ ничего не знает о сделке матери и будущем сестры. А ей теперь не грозят ни инквизиция, ни происки белых ведьм, ни даже ваши козни. Нет, господин До своего не упустит. Его легат зубами вопьется в девчонку. Можете про неё забыть. Ха-ха. Ой, какое представление было в доме Дюбуа. Глупые ведьмы пытались обмануть Темного колдуна. Выдать Селесту замуж то за человечишку, то за демона. Вот умора!

Да уж, представление, достойное театра Владыки. С герцогом Ада в одной из ролей. Данталион думал, что Темные охотятся за заклинанием воскрешения, но на самом деле им нужна была дочь ведьмы с силой Ада. С рождения за ней не присматривали, конечно. Опека появилась после смерти настоящей Жизель и появления в её теле Айгуль. Сарай Изабэль превратили в постоянный портал. Через него Темный колдун приходил из своего мира в Брамен и следил за Селестой. Жениха ей нашел, хотел подселить слугу в тело Филиппа, чтобы тот наверняка дал согласие на свадьбу, но демон помешал. Тогда на сцене появился Андрэ. Но где же сам колдун? Белидна обещала сдать его Данталиону в обмен на помощь с Книгой Рода, но демон нашел травницу Эмму гораздо раньше.

- Ги, - обернулся Данталион к Жизель. – Кто такой господин До в Брамене? Как он выглядит?

- Как человек, - усмехнулся слуга. – Как еще ему выглядеть? Есть особый артефакт, стирающий следы любой магии. Вы можете хоть целый день курить трубку, разбрасывать зерна овса, призывать силу Ада, а ничего не заметите.

Как в фамильном склепе Изабэль над её саркофагом, как в доме Дюбуа, где непостижимым образом исчезли защитные купола, а Аморет не чувствовала запаха демона от Селесты. Темный колдун выглядел, как человек. Все время ходил рядом, а татуировки прятал под одеждой. Не Филипп и не Андрэ. Кто же?

- Святые угодники! – присвистнула Жизель и ткнула пальцем в небо.

Демон тоже увидел столб света, бьющий в облака. Возникни он ночью, вызвал бы больший переполох, но и днем смотрелся впечатляюще.

- Что это?

- Ритуал вызова, - скривилась служанка. – Прямой, простой и очень мощный. В Брамене только один собор, где есть алтарь и можно прочитать молитву. Туссэн, что ли, господина До вызвал? Покрасоваться решил, идиот? Сила, есть, ума не надо? Чистой энергией жахнул, словно из Источника зачерпнул.

Данталион все-таки опоздал, Темные прибрали к рукам добычу. Селеста достанется колдуну, род Дюбуа уничтожит инквизиция, а у Ковена будет новая Верховная ведьма. Но Ги не радовался за успех хозяина.

- Нет, нет, нет! – запричитала Жизель и натянула вожжи, заставив повозку остановиться, не доехав до ворот парка совсем чуть-чуть. – Он сошел с ума! Где ведьма? Куда он её дел? Мессир, нам нужно её найти. Туссэн не мог притащить её в собор! Нет!

Служанка спрыгнула на землю и побежала в парк, не заботясь, отправился демон за ней или нет. Металась по аллеям, как безумная, и звала хозяйку недавно обретенным голосом:

- Мадемуазель Дюбуа! Селеста! Отзовитесь!

Что-то пошло не так, и Данталион только на бегу понял, что именно. Сделка колдуна Герассу отложена по времени. Селесту можно выдать замуж, увезти в поместье Пекар, но до следующей весны в неё нельзя подселить слугу и объявить собственностью Темных. Нельзя. Пока Стебельку не исполниться восемнадцать лет, она – белая ведьма с порченной кровью. Дитя демона, подлежащее уничтожению.

- Где она? – кричал Ги, ныряя в кусты и раздвигая ветки руками. – Где? Он не мог взять её в собор! Под нос к инквизиторам! Тайна! Идиот Туссэн забыл, что такое тайна?

- Стой, - рыкнул демон, хватая Жизель за шиворот. Еще одна догадка блеснула молнией. – Твой господин действовал в обход инквизиции?

- Даже в обход клана Герассу, - оскалился Ги, обезобразив лицо служанки, и демон её отпустил.

Последняя деталь мозаики встала на место. Темные одобряли такие эксперименты с силой Ада и Белой магией, какой задумал колдун, но не для клана целителей. Их удел – лечить. Демонами занимались совсем другие кланы. Инквизиция и вовсе не допустила бы того, чтобы Селеста осталась жива. Даже со слугой Темных внутри. Вся надежда господина До была на сделку с Изабэль. Но пока она не совершена, колдун Герассу – вовсе не хозяин положения, каким пытался представить его Ги, а всего лишь еще один претендент на ведьму. Причем в очереди он стоял далеко не первым.

- Святые угодники, что нашло на Туссэна? – захныкала служанка. Женская сущность реагировала на острые эмоции Ги привычными для неё слезами. – Умный ведь был, осторожный. Лишнее слово из него не вытянуть. А тут как с цепи сорвался. Забыл, сколько господин До для него сделал? Предал его! Угробил ведьму. Подставил господина под расправу. Тоже мне легат. Идиот последний.

Жизель села на траву и разрыдалась. Сама. Ги отвлекся на раздумья и немного отпустил тело. Если Туссэна найдут в соборе вместе с Селестой, то пострадают все, кто был замешен в истории Изабэль. Слуга только что обрел свободу и не хотел её потерять. Чтобы жить в новом теле, ему нужно оставаться незаметным. А это невозможно, если в Брамен нагрянет половина клана Герассу для переговоров с Инквизицией из-за поступков их колдуна.

Но Данталиона проблемы Темных уже не волновали. Он думал, как забрать Селесту из собора. Защиты там столько, что ни один демон близко не сможет подойти. А разрушить купола герцогу Ада в человеческом теле сил не хватит. Впору садиться рядом с Жизель и выть от бессилия. Но Темные еще не все сказали и сделали.

- Ой, - подняла голову Жизель, – господин До идет.

По аллее парка не шел, а бежал к столбу света в соборе кучер семейства Дюбуа. Оноре.