15. Жар, лед и время (1)

Иона

Алеш продолжал держать меня в объятьях, и смотрел прямо и совершенно серьезно. Отшучиваться неуместно и глупо, да и смелости по его взглядом и нежностью хватит только на правду.

— Князь… — Я опустила взгляд, а затем тоже посмотрела прямо ему в глаза. — Алеш… Ты мне нравишься, у меня дух захватывает, когда ты рядом. Но мы знаем друг друга чуть больше недели. Это слишком мало для таких судьбоносных решений.

Я помолчала, а потом добавила:

— Еще твои каменные девушки живут не больше года. И ты все еще женат на Амалии. Все слишком непросто для свадьбы.

Он шумно выдохул.

— А еще ты из другого мира.

— И это тоже. Если я решу остаться, то я хочу быть уверена в своем решении. Понимаешь? Или останусь с тобой, или оставлю тебя. Но не хочу жалеть и сомневаться потом.

Алеш обводил пальцем по кругу турмалин на моем запястье.

— Я понимаю. Когда мы вернемся, я припру Матея к стенке, пусть объясняет нормально, что он удумал такого.

Мне вспомнился Штефан, который говорил про Амалию. Интересно, кто действительно знает правду и что произошло два с половиной века назад? Я сейчас слышала только историю Матея. И почему-то так легко, как он говорил, магия не сработала.

— Хорошо, Алеш.

Я согрелась в его объятьях, и меня начинало клонить в сон. Не в легкую дрему, а в то состояние, когда после усталости и холода в тепле глаза сами закрываются.

— Послушай… — он говорил тихо, будто уже и не надеясь, что я отвечу, — почему ты назвалась Душой Гор?

— Потому что я не их Дочь… Сходу ничего не придумала похожего. А это так правильно прозвучало…

Князь усмехнулся и крепче сжал меня в объятьях.

— Скажи, Алеш, — прошептала я.

— Что сказать, милая?

— Скажи мне спать… Пожалуйста.

Наверное, я казалась наивной дурочкой, но мне очень хотелось услышать низкое и нежное:

— Спи, Иона.

Я проснулась от того, что меня знобило. В пещере не стало холодней, нет. Князь по-прежнему меня обнимал. Вот только меня охватывал знакомый любому человеку озноб — предвестник высокой температуры.

На лбу выступили капельки пота, начинала болеть голова. Ну а что? Это князь бессмертный, а я — обычная девушка.

— У тебя жар, — произнес он, проснувшись от моих движений. — Пойдем, надо возвращаться в замок.

Наши плащи все еще были слегка влажными, но мы накинули их и пошли к выходу. Гора расступилась, открыв нам сугробы и вой ветра. Мело не так сильно, как вчера, но все же снег не останавливался.

— Выдержишь? — Алеш взял меня за руку.

— А у меня есть выбор? — моя попытка говорить бодро и смело прозвучала вяло, судя по лицу мужчины. Он усадил меня на коня и уселся сам, и погнал гнедого сквозь снежный воздух.

Я плохо помню, как мы приехали в замок. Помню, что до боли в пальцах держалась за луку седла чтобы не упасть. Еще я дошла до спальни сама. А вот кто раздевала ли меня Симона или я делала это сама — я не помню.

Помню только голос Алеша, который снова и снова повторял, что в дороге, что уже в замке:

— Только не спи, Иона! Отвечай мне!

— Я не сплю… — бормотала я, и снова и снова уплывала в бредовые образы, которые подкидывал перегретый мозг. В видениях Амалия шла по снежной поляне, а я стояла в подвале. Нет, я играла свадьбу с Алешем осенью. Какая-то блондинка посмеивалась в деревянной усадьбе. Войт разговаривал С Теодорой Тейтаной. Симка что-то беспокойно твердила своей сестре…

Кто-то то и дело менял ледяной компресс у меня на лбу, отчего мне становилось легче.

— Мы еще поговорим, Душа Гор, — шептал князь. — И ты ответишь мне «да»