Глава 13

Поздно вечером в пятницу, когда я уже собиралась ложиться спать и теперь, укутавшись одеялом по самый нос, читала книгу, ко мне в комнату постучали. Кто мог прийти в такой час? Немного нервничая, я подошла к двери. – Открывайте уже, адептка Лингон, – раздался голос профессора Наэрина с той стороны. – Вы не забыли о моей просьбе? Открыла дверь. Яль-Таэр застыл на пороге, с интересом меня разглядывая. А я смутилась. На мне-то только тоненькая ночнушка была! – Так сейчас же только пятница… – пробормотала я. – И мне надо одеться… Яль-Таэр Наэрин, сделал шаг прямо на меня, и мне не оставалось ничего другого, кроме как попятиться, и впустить его в комнату. – Да. Пятница. И мы уезжаем. Сейчас. Так что да. Одеться надо. Мне, конечно же, все нравится, но все-таки на улице холодно, Сэй. Почти бегом метнулась к креслу, на котором оставался махровый халатик. Закуталась в него, и теперь уже снова повернулась к мужчине. – Вы могли сказать об этом раньше? Говоря о выходных, вы ничего не сказали о том, что я должна буду куда-то с вами поехать в ночь! Я уже спать собиралась! Мужчина усмехнулся. – К сожалению, я и сам узнал о том, что ехать нужно сегодня, только сейчас. В академии повсюду проверки. Я слышал, что на завтра собираются заблокировать возможность перемещений. А тащиться до центрального городского портала у меня нет никакого желания. Так что, будет лучше, если мы переместимся сегодня. Нахмурилась. И все же, было понятно, что выбора у меня нет. Попросив профессора подождать за дверью, я кинулась одеваться. Пэтрис сразу же после моего зачисления прислал какие-то вещи, но больше я ходила в учебной форме. И сейчас вдруг неожиданно выяснилось, что платье для прогулок, которое лежало у меня в шкафу, было мне чудовищно велико. И, конечно же, времени его подшить не было совершенно. Повздыхав, все же его надела, подпоясавшись пояском от формы. Открыла дверь, впуская мужчину в комнату. – Я готова. Яль-Таэр Наэрин кивнул. А после задержался на мне взглядом. – Платье велико? – уточнил он. – Пэтрис опять все напутал… – Пэтрис напутал? – переспросила я, не понимая, о чем говорит профессор, но мужчина лишь махнул рукой. – Пойдем. И так уже времени много. – Подождите, – выдохнула я, не слишком спеша покидать альма-матер. – Куда мы поедем? Вряд ли прямо сейчас нас ждут в гости, верно? – Мы отправимся в мое поместье, адептка Лингон. Вам выделят отдельную комнату, а завтра с утра мы отправимся в модный салон, чтобы подобрать вам платье для мероприятия, – сказал он, а после вдруг вздохнул. – Хватит бояться уже, Сэй. Не съем я тебя. Последние слова прозвучали с какой-то странной теплотой и нежностью. Почему-то я поверила ему. И, кивнув, вложила свою маленькую ладошку в большую его. – Хорошо. Спустя несколько минут я уже с удивлением оглядывалась в просторной прихожей, выполненной в темных шоколадных оттенках шелка и дерева. Сквозь маленькие стеклышки в двустворчатых дверях пробивался свет от ночного фонаря, расположенного неподалеку от входа. Слева от меня стояло большое глубокое кресло и напротив него такая же тахта. Еще были шкаф, комод с большими тикающими часами на нем и статуэткой какой-то танцующей девушки из бронзы. На стенах висели картины. Ничего себе так! Невольно вспомнила нашу с мамой прихожую в махонькой квартирке. Хорошо, хоть там было, куда можно было поставить обувь. И то, она не всегда влезала в наш миниатюрный шкаф. Немного смутило то, что профессор Наэрин помог мне снять пальто. Это было очень необычно для меня, обычной девчонки из двадцать первого века, когда мужчина вдруг проявлял галантность. – С-спасибо, – совершенно по-дурацки заикаясь, ответила я. Яль-Таэр достал тапочки. Себе – строгие и темные, и мне, пушистые и фиолетовые. Невольно улыбнулась. Почти такие же, как были у меня дома. Вот уж странно. Интересно, кому они принадлежат? – Проходи. Покажу тебе твою комнату, – сказал мужчина, увлекая меня за собой. Я прошла за ним из прихожей к пологой изгибающейся лестнице, подниматься по которой было даже страшно, она скорее напоминала произведение искусства, чем средство для того, чтобы подняться наверх. Каждая балясина была настолько искусно вырезана, а ступенька собрана из мелких кусочков дерева. – Чего замешкалась? – обернулся мужчина уже на самом верху, а я была вынуждена поторопиться, коря себя за свое излишнее любопытство и этот дурацкий щенячий восторг. Уже на втором этаже мужчина провел меня по коридору, больше напоминавшему оранжерею, столько зеленых растений там было, а после остановился у двери. – Твоя комната, – сказал профессор. – Она в полном твоем распоряжении. Служанка подойдет через несколько минут, чтобы узнать, нужна ли тебе какая-нибудь помощь. – Спасибо. Он отдал мне ключ. Небольшой, серебряный с темным камушком-сапфиром. Невольно подумала о том, что точно такой же сапфир украшал его тяжелый браслет на запястье, который он никогда не снимал. Я думала, что Яль-Таэр покажет мне комнату сам, но он, кивнув мне и пожелав доброй ночи, ушел. А я повернула ключ в замке, толкнула дверь и ахнула, понимая, что происходит нечто вообще из ряда вон… – Этого не может быть, – прошептала я. – Кто ты такой, Яль-Таэр Наэрин? Яль-Таэр Весь день Академию трясли проверками. Стражи приходили на лекции, портили аппетит адептам в столовой, с тошнотворной тщательностью собирали в герметичные контейнеры, как им казалось, улики. А еще выедали десертной ложечкой мозг ректору Ширу и целителю, Тайлеру Эльеру, на предмет того, не обращался ли кто за помощью к нему в последнее время. За весьма нестандартной помощью. Увы и ах, здесь их ждало разочарование. Я тоже несколько раз успел пообщаться с достопочтенными господами. Правда, интереса у них не вызвал. Да и чем может быть примечателен скромный учитель рунической магии, пусть даже и вхожий в Высший совет? И все же, они знали, что я – эшти. Потому и разговаривали со мной не один и не два раза. Усмехнулся. Им не меня надо было на разговоры таскать, а Пэтриса. Но к его персоне никто интереса не проявлял. А я еще с утра отправил друга к своим “целителям”, тем, которые лечат немного нелегально, но весьма эффективно. За о-о-очень солидное вознаграждение. Оставаться в Академии дольше у меня не было желания. Поэтому, мучаясь раздумьями, все же решил дернуть Сэй в ночь. Было еще много дел. Платье, легенда нашего с ней знакомства, да даже дать ей время немного привыкнуть ко мне, прежде чем показывать всем этим прожженным светским львицам и львам. Времени было ничтожно мало, и я цеплялся даже за самые его крохи. Когда шел к Линдсэй, думал о том, как она воспримет новость и проговаривал мысленно наши с ней диалоги, стараясь не оплошать, но и подумать не мог, что меня может сбить с толку нечто другое. Сэй была ужасно соблазнительна. Она открыла дверь прямо в этой своей коротенькой ночнушке, и я, будто мальчишка, поплыл! Плевать на то, что я при помощи магии видел ее сотни и тысячи раз и в более откровенных видах… Здесь и сейчас она была передо мной живая. Настоящая. Моя… Почти моя. Когда говорил ей о том, что мы уезжаем, старался, чтобы голос не хрипел от напряжения. Пытался держать самообладание и уверенность. Получалось на мой взгляд скверно, не знаю, догадалась ли Линдсэй о моих чувствах или нет. Впрочем, у меня выдалась короткая передышка, когда девчонка выгнала меня за дверь, сказав, что ей нужно переодеться. А когда открыла вновь, я заметил, что платье, что принес ей Пэтрис – велико. Странно. Я давал ему четко ее размеры. За столько лет, что я тихонько за ней присматривал, я выучил их наизусть. Но мой друг, похоже, опять все напутал. Когда мы переместились, заметил, с каким восторгом Сэй оглядывает мой дом. Я знал, что это потому, что девушка всю жизнь жила более, чем скромно. И все же мне было чертовски приятно. Хотя бы потому, что ей нравилось место, где я живу. Место, где я представлял наше с ней будущее. Доведя ее до комнаты, поспешил уйти. Внутри был сюрприз. Знаю, что, возможно, преждевременный, но… Я давно готовил это место для нее. И не представлял, что поселю сейчас куда-то еще. Линдсэй Лингон Три года назад Осень. Та самая теплая осень с запахом прелых листьев и увядающих бархатцев. Чудесное время. Благосклонное к творчеству. Я сидела, вычерчивая на листе бумаге мечту. – Что делаешь, Линда? – мама принесла мне теплый чай с клюквой и медом. Я немного простыла и теперь мучилась больным горлом. Она беспокоилась. Ее забота была приятной и родной. – Рисую. – Рисуешь? Не похоже на новые наброски… М-м-м… Тут что-то иное… Она отобрала у меня лист, вглядываясь в то, что там было изображено простым карандашом. – Это комната, – со вздохом призналась я. – Комната? – Комната мечты, – пояснила я. – Понимаю, что у нас никогда не будет денег на такую, но… Просто захотелось ее представить. Она серебряная… Почти невесомая тюль, арочные окна, звездочки… Хочу, чтобы мерцали и переливались на потолке. – У стены много резных тяжелых стеллажей, а шкаф для одежды всего один, – заметила мама. – Это для книг, – с улыбкой пояснила я. – Еще хочу кровать. С балдахином, и тоже со звездочками. – Словно для малышки, еще не выросла совсем… – Просто хочется, – пояснила я. Мы вместе долго тогда смеялись и все это обсуждали. Очень теплый и сокровенный был момент. Поэтому я совершенно не понимала, как, каким образом, я вдруг очутилась сейчас в этой комнате моей мечты. Потому что совпадало все! Все, даже люстра в виде свисающих на тросах хрустального солнца и луны! – Я в сказке? Или это нелепая шутка? – прошептала я, проходя по комнате и подходя к окну. Коснулась рукой очень легкой ткани тюли. Поджала губы и шмыгнула носом. Жаль, мамы нет со мной рядом. Вот уж она бы удивилась! Мне бы хотя бы с ней поговорить, хоть немного… Не выдержав эмоций, я все же села на ту самую кровать под балдахином, и почему-то расплакалась. Когда услышала стук в дверь, то почти сразу же вытерла слезы ладонями, отчаянно надеясь, что мое лицо не слишком опухло, и не будет заметно, что я плакала. – Да? Кто там? – Это Джекки, ваша служанка. Лорд Наэрин отправил меня к вам. – Войдите, – сказала я. Дверь открылась. На пороге замерла милая девушка, блондинка. На вид она была на несколько лет старше меня. – Меня Линда зовут. То есть… Сэй, – представилась я. – Знаю, леди. Но нам не положено обращаться к знатным господам по имени, так что я буду звать вас леди Лингон. – Хорошо, – ответила я. – Я зашла узнать, не нужно ли вам чего? Я пожала плечами. Ночнушку я прихватила с собой. Пушистые тапочки ждали у кровати. Я не была особенно притязательна, а потому поблагодарила девушку, и сказала, что у меня все есть. – Может быть тогда теплого молока на ночь с медом? Молоко с медом… Это была наша с мамой тайна. Мы обе были страшные любительницы этого напитка перед сном. Вот только с попаданием в академию эта привычка немножко забылась. А сейчас мне как будто бы кто-то напомнил о доме. Так странно! – Да, пожалуйста. Девушка улыбнулась и ушла, а я задумчиво огляделась вокруг. Почему-то происходящее стало казаться мне каким-то кино. Вдруг меня просто разыгрывают? Усмехнулась. Да нет. Не кино, магию же подделать нельзя было собственную. Но если нет, то почему это все происходит со мной? И какую роль в этом всем играет Яль-Таэр Наэрин?