19

Аларик Дор Рирал, третий мессир и будущий владыка Огненных Пределов

* * *

Наблюдая за тем, как ударившись об камень, бутылка разлетелась на осколки, Аларик медленно обернулся. Монахини оставались на прежнем месте. Максимально удалённом от разгневанного демона.

И причины для подобного настроения у него имелись. Ведь почти две недели прошло с момента чудесного воскрешения его жены, а саму девушку он так и не нашёл.

Призывы не работали.

Даже те, в которых он использовал барона Пьейряка.

Когда провалилась первая попытка выманить маркизу с его помощью, Аларик удивился. Ведь если верить дневнику сестры его дражайшей супруги, именно с этим человеком у Алланиэль была любовная связь. И не простая интрижка, а долгие и серьёзные отношения!

Списав неудачу на ошибку, что допустили его тени, считывая ауру и образ баронского отпрыска, Аларик решил нанести ему личный визит.

Были ли Пьейряки удивлены появлением третьего мессира в гостиной своего дома? Возможно. Будущего владыку Огненных Пределов не интересовали такие мелочи, как задетые чувства людей. Они должны быть благодарны, что остались живы, после его ухода. Такового же внезапного, как и само появление…

Порывшись в памяти возлюбленного своей жены, Аларик почерпнул много интересного. Например, ему стало известно, что маркиза увлекалась магией. Дара у неё не было, так что это увлечение он счел даже забавным. Немного. И глупым. Большей частью. Ведь что может быть неразумнее, чем зря потраченное время на изучение древних фолиантов? Особенно, учитывая сам по себе быстротечный и недолгий срок человеческой жизни и то, что полученные знания ты никогда не сможешь применить на практике? Разве что заслужишь в свете славу начитанной дуры. Да, это было наиболее подходящее определение.

Ещё одно приятное открытие заключалось в том, что Аларик взял из памяти барона достоверный образ своей неуловимой жены. Как он и помнил — она была скучна и… сера. Бледная кожа, мышиного цвета волосы. Блеклые наряды. Ничего примечательно. Абсолютно ничего. И демона бы очень позабавил тот факт, как сильно реальность отличалась от образа, в котором видела маркизу её младшая сестра. Даже в лицо бы ей рассмеялся. Если бы тени нашли девушку.

А они не нашли.

Двое суток Аларик гонял свои тени по всем концам света и ни-че-го.

И это было бы чудесно! Действительно было, если отсутствие результата было связано со смертью носительницы данной внешности. Но девушка была жива.

И раз за разом отказывалась выходить на зов Аларика, в те минуты, когда у него получалось пробиться в её сознание. А это с каждым разом становилось всё труднее, что безмерно злило третьего мессира. Вводило в ярость и зарождало новый виток азарта охоты, что он открыл на собственную супругу.

Иногда ему казалось, что ей лучше умереть до встречи с ним. Это было бы… гуманнее. Своеобразная награда жене за интересный опыт. Некий акт милосердия, если такое понятие применимо к демонам. Возможно, он бы даже убил её не сразу. Вот только у него не было на это времени.

Вернее, ему хотелось как можно быстрее заключить брак с Антеей. Затем отправить её в какое-нибудь удаленное поместье и наконец-то вступить в права владения землями Стефана Дор Майнстера. Вернуть то, что тысячелетиями принадлежало его семье.

— Мессир? — наконец-то среди монахинь появилась настоятельница. — Расступитесь!

Аларик лениво наблюдал за приближением женщины. Она же, в свою очередь, с каждым новым шагом ступала всё медленнее. Осмотрела осколки бутылки, которую демон разбил об саркофаг своей супруги, как только выпил содержимое.

— Мессир… это…

— Я полил цветы, — зло улыбнулся ей демон. — Настоятельница, вы снова научились говорить? Невероятно.

— Я не совсем понимаю… — начала лепетать главная монахиня Обители, но Аларик перебил её.

— Где. Моя. Жена, — сухо отчеканил он. А стоило женщине открыть рот, как он рыкнул, на какую-то долю секунды меняя ипостась: — Видят предки, настоятельница, если я ещё хоть раз от вас услышу: «Авэ, Цезарь, моритури тэ салютант!», я не оставлю здесь и камня! Вы, как и все монахини, исчезните и останетесь в памяти народа как героини дешевых песен, что бездарно исполняют голодранцы в кабаках!

В подтверждении его слов стены Обители Молчания содрогнулись. Местами начала сыпаться каменная крошка, гулко стуча об пол. Несколько монахинь пронзительно завизжали… и кажется именно это заставило их предводительницу изменить своей стратегии и прекратить изображать из себя душевнобольную.

— Но Обитель и её обитательницы неприкосновенны… — испуганно выдохнула настоятельница, с замершим в глазах ужасом смотря на мессира.

Во взгляде же самого Аларика появилось ликование. Он сожалел лишь об одном. Что сразу не припугнул здесь всех как следует.

Да, Обитель неприкосновенна. И даже за эту маленькую шалость с крошечным камнепадом… ему придётся несладко. Но это будет позже.

— Повторяю в последний раз свой вопрос, матушка, — с долей издёвки протянул демон. — Куда делась моя жена?

— Я же всё сделала согласно вашим инструкциям! — пропищала настоятельница, преданно заглядывая в лицо демону. — Всё, как вы просили.

— Когда просил? — сухо уточнил он. — Кого?

— Леди Алланиэль Кернос Дор Рирал, — настоятельница заморгала, прогоняя возникшие на глазах слёзы. Только истерики Аларику сейчас не хватало. — В письме.

Он прекрасно помнил, что отправлял письмо в Обитель вместе с телом своей супруги. Как и то, что эта традиция — бессмысленная трата времени. Это он, собственно, и написал.

Но…

— Вы читали моё письмо? — уточнил Аларик у Настоятельницы.

— Мессир! Помилуйте! — женщина даже задыхаться начала от абсурдности такого предположения. — Леди Алланиэль лично его прочитала, в присутствии одной из младших монахинь. Ей она озвучила лишь несколько фраз оттуда. Мне… рассказала чуть больше.

— И что же она вам рассказала? — поинтересовался мессир, внимательно слушая путаную речь настоятельницы.

И чем дольше слушал, тем больше смешанных эмоций и желаний испытывал. От неуместного смеха, до абсурдного поцелуя руки маркизы.

Непонятно как умудрилась выжить, так ещё и переиграла монахинь, воспользовавшись традициями и фактом, что письмо уничтожило себя после прочтения.

Долго изучала написанные его рукой три слова, создавая иллюзию «инструкций от мужа». Просчитала даже то, что саркофаг нельзя оставлять пустым. Придумала фразу, внушив настоятельницы важность и тайный смысл… даже обоснование нашла тому, как Аларик будет себя вести! Проверка…

Изящно. С виду мышь, а когти почти как у настоящей демоницы.

Почти, — напомнил себе Аларик. Не стоит восхищаться тем, кто всё равно скоро умрёт.

— Значит, Камень Судьбы, — оскалился в улыбке третий мессир, уже готовясь переместиться туда и брать дальнейший след.

Но вовремя услышал слова настоятельницы и остановил перемещение.

— Надеюсь, бедняжка вспомнила всё. Да хранят её…

— Вспомнила? — уточнил демон. — А она что-то забыла?

— Всё, — растерянно отозвалась монахиня. — Не удивительно, после такого… она не понимала, где находится и…

— И? — поторопил Аларик с ответом.

— И что замужем, — прошептала настоятельница, отведя взгляд в сторону. — Попросила лишь прикрыть срам, перед тем как убежала к статуе Скорбящей…

— Что, простите, сделать?

— Принести ей исподнее, — выпалила женщина, краснея до корней волос.

— Принесли? — уточнил демон, вспоминая в эту секунду перебинтованного дракона.

И стража, что обвинял во всём группу монахинь, что сговорившись, целенаправленно бросались в него своим нижним бельём.