10

Я так сильно задумалась о проблемах порталов со слухом, что на автомате взяла в руки очередную склянку, что подал мне скелет. И так же, не задумываясь над своими действиями, выпила содержимое.

Неладное почувствовала сразу.

— Сон — лучшее лекарство, — было последним, что я услышала, проваливаясь куда-то в темноту.

Правда, в забвении я пробыла недолго. И даже мысленно поблагодарила скелета. С чувством поблагодарила! От души. Но мельком. Ведь всем моим вниманием завладел он…

Нет. Не так.

ОН.

Большими буквами.

Понятия не имею, чем я заслужила такое сновидение, но сейчас, отчетливо понимая, что сплю, я во все глаза смотрела на самого красивого мужчину на свете. И это было не преувеличением.

Серьёзно. В метрах десяти от меня стоял темноволосый идеал всех женских сердечек. Высокий, широкоплечий, с идеальными чертами лица…

Всё было так, словно он только что сошёл с обложки журнала. Прямой нос, идеально очерченные губы, на которых сейчас застыла немного самодовольная усмешка.

А глаза… мамочки! Светло-серые, с тёмным кантиком по краю радужки… грозовое небо. Кажется, так пишут в романах. И сейчас я как никогда понимала это сравнение.

Правда, выражение лица показалось мне несколько надменным.

С другой же стороны, брюнет прекрасно понимал, как он выглядит и какое впечатление производит. Да при одном взгляде на него, все актёры турецких сериалов пойдут прыгать со скалы, ощутив себя страшилами! Взявшись за руки, пойдут. Плача.

Жаль, что мужчина из грёз испортил всё одной единственной фразой, убивая весь мой немой восторг:

— Ко мне.

Да. Приказал, продолжая самодовольно улыбаться.

Наверное, нет ничего удивительного в том, что и я продолжила стоять на месте.

— Ко мне, — повторил мужчина и даже рукой указал на место рядом с собой.

Ну точно. Как собаке.

У меня подруга, Света, долго мечтала о мопсе. А когда мечта осуществилась — то сразу же побежала с пёсиком на курсы по дрессировке. И вот, пару месяцев упорных тренировок со Шнапсом (как окрестили эту храпящую пуколку на ножках), Светлана с гордостью демонстрировала нам всё, что пёсель сумел выучить, хвастаясь не только навыками, но и кличкой питомца.

Да, Свете казалось забавным отвечать на вопросы из серии: «что делаешь», коротким: «Со Шнапсом сижу». «Гуляю со Шнапсом». «Собираюсь ужинать со Шнапсом!».

А кроме юморной хозяйки, у самого Шнапса появился диплом с перечнем выученных трюков.

И команда «к ноге» там тоже была.

И показывала мопсу Света рукой точно так же, как сейчас махал мне мужчина.

Вот только я не собака.

— Я. Сказал. Ко. Мне! — чеканя каждое слово рявкнул он, определённо начиная терять терпение.

Глаза недобро прищурил, обводя взглядом помещение. Так, словно в упор меня не видел.

Камзол расстегнул, открывая вид на не до конца застёгнутую белоснежную рубашку.

Я шумно сглотнула.

Никогда не думала, что меня может бросить в жар от вида полуобнажённой мужской груди. Как будто на пляже никогда не была… а ведь была! И не раз! И чего там только не видела.

— Ко мне! Я приказываю! — прикрикнул брюнет, моментально остужая градус моего восхищения.

— Шнапсу будешь приказывать! — заявила я, разворачиваясь и начиная идти в противоположную сторону. — Приснится же такое, — заявила я потолку комнаты, распахивая глаза.

Я себе так скоро фобию заработаю и стану бояться засыпать.

То маркиза, чтоб её, обманом заманит в другой мир.

То красавчик из грёз перепутает с собакой.

А что дальше?

— Ничего хорошего, — ответила сама себе, приподнимаясь на локтях.

В комнате никого не было. Только полуразвалившаяся мебель и пыль. Лишь огонь в камине указывал на то, что произошедшее мне не причудилось.

— Здравствуйте, — кивнула я замершему на обломленной балке для балдахина пауку, отползая на противоположный край кровати.

Б-р-р. Никогда их не любила.

Да и сомневаюсь, что кто-то любит.

Встав с кровати, я на цыпочках направилась к двери. И не потому, что хотела ступать бесшумно. Нет. Здесь просто было очень грязно.

Взявшись за дверную ручку и потянув, я замерла, с опаской выглянув в коридор. Ничего нового. Тихо. Темно. И наверняка так же грязно.

Шумно выдохнув, я всё же вышла.

Я помнила, что здесь живут три скелета. Удивительно, но меня этот факт совершенно не пугал. Возможно потому, что один из них меня накормил. Может и ещё даст покушать…

Даже стыдно немного стало. Мне домой надо! Мама с ума сходит от волнения! Дочь ушла реснички наращивать и не вернулась…

Я — это ты, а ты — это я… Да, была вероятность, что вместо меня домой вернулась маркиза. А вернулась ли?..

Вопрос остался без ответа, а в животе заурчало.

Проблем выше крыши, а я думаю лишь о том, как набить брюхо! Плохая я дочь. Ужасная просто.

— Куда босиком?! — от неожиданного раздавшегося выкрика в спину, я подпрыгнула и… да. Бросилась вперёд. — Эй! Ты куда?!

Хороший вопрос. И я тоже на него хотела бы знать ответ. Несусь куда-то, забыв о грязи и о том, что не вижу в темноте. Второе сыграло со мной злую шутку. Коридор вильнул, вот только за поворотом оказался не выход. И даже не тупик.

Шкаф.

В который я со всей дури и врезалась, крякнув, подобно какой-то мультяшке. Даже на секунду показались звёздочки. Те самые, крутящиеся…

— Ты на голову хворая, да? — скелет схватил меня за подмышки, поднял на ноги и заботливо отряхнул от пыли. — А я говорил Теодору, что не будут нормальные девки пинаться! «Простудилась! Горячка!», — начал он изображать этого самого Теодора. — Разве в уме кто, сунется сюда?

— Не сунется, — на автомате кивнула я, только сейчас замечая, что скелет светится.

Как ночник. Наверное, когда они играли в карты, я не обратила на это внимание. От шока. Списала всё на свет Луны.

А в комнате свет давал огонь в камине. Вот и…

— Вот! Здравая мысль! — похвалил меня скелет, беря за руку. — Пойдём, дам тебе тапочки. Топы-топы, — как ребёнку начал объяснять скелет. — А то ножки бо-бо. Тьфу. И принесло же нам блаженную… — последняя фраза обращалась не мне.

Но я решила промолчать, потирая ушибленный лоб. Шишка точно будет нехилая.

— Сирик, ты куда тащишь нашу гостью? — а голос этого скелета я сразу узнала. Душнила. — Зачем ты её разбудил? Я же объяснял, что здоровый сон…

— Да, да, да, — отмахнулся тот от него, продолжая меня куда-то тащить. — Она сама встала. И сама куда-то побежала. Кто её знает, может голоса слышит, которые ей приказывают залезть в шкаф. Или того хуже…

— Голоса? — от этой информации Теодор лихо набрал скорость, не только догоняя нас, но и обгоняя. — Скажи мне, милая, чей голос ты слышишь? — заглянув своими глазницами мне в лицо, он пояснил для своего друга: — Галлюцинации, в том числе и слуховые, являются неотъемлемой частью сильнейшей горячки.

— Или сумасшествия, — вставил тот ремарку.

— Или я просто случайно врезалась в шкаф, — решила я заговорить. — Испугалась. Вот и…

— Кого? — хором переспросили скелеты, переглянувшись. — Нас?

— Вас, — кивнула я.

— Говорю же… — покрутив пальцем у виска, тот, кого душнила назвал Сириком. — Сама пришла, сама шарахается…

— Ой, совсем из головы вылетело рассказать, — рассмеялся Теодор. — Она шла не к нам. У девушки проблемы с произношением. На самом деле, такой проблемой страдает более шестидесяти процентов населения нашего мира. И…

— И я тебе сейчас врежу, — хмуро перебил его друг.

— Как грубо, — с чувством произнёс душнила, указав на меня рукой. — Она прошла через портал, неверно указав точку выхода. Разумеется, представить объект было бы надежнее. Об этом написана не одна методичка по соблюдению техники безопасной эксплуатации! Я помню ещё те времена, когда…

— Вернуть бы те времена, когда твою голову ураганом унесло. О, то были прекрасные пять дней тишины, — не дал ему договорить Сирик.

— А потом вы нашли голову? — полюбопытствовала я.

— Искать? Это? — скривился в ответ скелет. — К несчастью, сама приползла. Так, — выдохнул он, чуть склонив черепушку. — Куда, говоришь, целилась порталом?

— К камню судьбы, — ответила я, вызывая у Сирика странные эмоции. — С вами всё в порядке?

— Да. Это я глаза закатываю. Воображаемые, — огрызнулся он, обращаясь к насупившемуся Теодору. — А ты говоришь, не хворает она на голову! Ещё как хворает! Неудивительно, что её к нам забросило! Даже портал, бездушная магическая каменюка, смекнул, что блаженная перед ним. Пожалел!

Я даже рот открыла, чтобы спросить, а что, собственно, не так с этим камнем, но… не успела. Меня перебил раздавшийся на улице вой. И такой сильный, что я даже прикрыла уши ладонями.