22

Чем дольше мы шли, тем сильнее я убеждалась в том, что Аларик с лёгкостью мог спланировать всё это. И аргументов у меня было предостаточно!

Первый.

Мы в очень опасном месте, и никто на нас не нападает. Подозрительно? Ещё как! Как и сам факт того, что мой дражайший супруг шагает с таким видом, будто на нас из тумана вот-вот кто-то кинется! Актёр из него вышел бы прекрасный. Тут поверил бы даже Станиславский!

Но я не верила. И не чувствовала никакой опасности. Абсолютно.

Честное слово, пока мы гуляли в Огненных Пределах, мне было по-настоящему не спокойно. А здесь…

Ну, туман. Ну, не слышно ни звука. Ну, испугалась я, оказавшись здесь. А теперь ничего не чувствовала. Лишь клокотавшую в груди злость на демона, с примесью обиды.

Правда, последнее было с привкусом бессилия. Мне нечем противостоять этому гаду. А жаль. Хотелось бы, как в книге или фильме. Раз! Рукой махнула, и злодей впечатывается в дерево. Два! И я открываю портал домой. Телепортируюсь, или ещё что. Не важно! Три! И вот я, заложив руки за спину, отчитываю скелетов, что не пришли мне на помощь, проигнорировав безголовую смску.

Да… я так живо себе представила, как Сирик закатывает глаза, не впечатлившись моей речью, что даже улыбнулась. Теодор тут же начал бы рассказывать какую-нибудь историю из своей жизни, а Стефан… ну, в худшем случае, ушёл бы выть на болота. К озеру, точнее. Хотя сути это не меняет…

Аргумент второй.

Призрак. Дамочка и её речь, суть которой заключалась в том, что мы с Алариком созданы друг для друга.

И что это, если не план самого Аларика? Как часто он мне говорил, что люди верят в сказки? Да так же часто, как я слышала о том, что демоны не умеет любить.

На что он рассчитывал? Что я с криком: «Вася, я ваша на веки!», кинусь ему на шею и попрошу консумировать наш брак немедленно?

Скорее всего.

Вот только меня смущали слова девушки про Стефана. Было в них что-то… правдивое. Он ведь и правда мог полюбить ту девушку, которую приплели к моей фальшивой родословной. И мог оттягивать подписание договора, не желая ей смерти. Теоретически.

Но здесь снова в моей голове никак не желала складываться общая картинка этого самого проклятия. Маятник, вирус… Да и зачем обрекать на смерть первых жен? Почему не самих демонов? Почему не всех жен?

А демоницы? У них первый муж тоже рога отбрасывает, или как?

Посмотрев, как на мгновение Аларик замер, после чего ускорил шаг, я лишь усмехнулась. Вроде как, он мой первый муж. Живой муж. Значит, у проклятия очень узкая направленность. А жаль.

Единственное, что немного выбивалось из моей теории заговора, было то, как называла меня призрак. Она знала моё имя. Называла Алиной, а не Алланиэль. А ведь тот же Аларик…

— Могли бы… — неожиданно произнёс демон.

— Ты что-то сказал? — переспросила я, не расслышав окончание фразы.

— Вспоминаю имена ювелиров, у которых можно заказать для тебя пояс, — отчеканил он, обернувшись на меня.

— Какой пояс? — не поняла я и чуть не дала себе оплеуху. Точно. Призрачный. — А… этот пояс. Спасибо.

И пусть в голосе демона мне послышалась издёвка, переспрашивать или пытаться вывести его на чистую воду я не стала. Бесполезно. Он всё равно не признается. Больше скажу, даже если у меня получится словесно загнать его в угол, он в ответ сделает то же самое. Загонит в угол меня. И не фигурально.

Передёрнув плечами, отгоняя от себя неприятные ощущения при воспоминании его касаний, я чуть замедлила шаг, увеличивая между нами дистанцию.

— Алланиэль, не отставай, — разумеется, мои действия не остались для Аларика незамеченными. — Это может быть опасно.

Заботливый какой. И наблюдательный. Надо же, не оборачиваясь заметил, что я отстала. Спиной почувствовал? Или рядом с нами бродят его тени? Присматривают за мной из тумана?

Остановившись, я пристально осмотрелась, вглядываясь в туман. И могу поклясться, мне не показалось, что заметила, как нечто скрылось за стволом одного из деревьев.

— Кто бы это мог быть? — с чувством произнесла я, бросившись в ту сторону. — Попался… матерь божья!

— Алланиэль!

Итак, признаю, бросаться с криками за дерево, пытаясь поймать тень, было глупо.

Как глупым было так же резко метнуться обратно, врезавшись в подскочившего ко мне Аларика.

Итог не утешителен. Вместо тени я наткнулась на тянущего в мою сторону полупрозрачные ручонки мужика. Да и сама оказалась в кольце рук совершенно непрозрачного демона.

— Он тебя не тронет, — с нажимом произнёс Аларик, смотря мне за спину. — Но нам лучше ускориться.

— Угу, — я лишь кивнула, позволяя демону взять меня за руку и вести вперёд.

Возможно, однажды настанет тот счастливый день, когда я перестану бояться призраков. Однажды. Но не сегодня.

Честное слово, если бы я не врезалась в Аларика, сейчас бы бежала куда глаза глядят! У меня, кажется, как у собаки Павлова. Выработался определённый рефлекс…

— И откуда здесь эти призраки, — прошептала я, стараясь смотреть себе под ноги.

Увидеть кого-то ещё в тумане мне категорически не хотелось.

— Это их земля, — неожиданно ответил Аларик. — Меня больше удивляет, почему, получив тело с даром некроса, ты не можешь им пользоваться. Либо не хочешь, либо… боишься, — демон даже шаг замедлил, и я почувствовала, как он повернул на меня голову. Смотреть я продолжала исключительно себе под ноги. Во избежание. — Ты их боишься, — повторил он, словно убеждаясь в своём предположении.

— А не стоит? — уточнила, набравшись смелости и подняв на него взгляд.

— Стоит, — не стал отрицать Аларик. — Но… — замолчав, он резко отвернулся, едва слышно выругавшись. — Но тебе лучше держать эмоции под контролем. На сколько это возможно. Ты фонишь некросом, привлекая к нам внимание. Уходим. Быстро.

Чего я никак не ожидала, так это того, что Аларик решит перейти на бег.

Выбора он мне не оставил, продолжая держать за руку. Пришлось перебирать ногами, стараясь не отставать… насколько это было возможно.

Впрочем, что бегун из меня никакой, демон понял довольно быстро.

— Что ты… — взвизгнула я, когда он подхватил меня на руки, продолжая бежать.

Стоило заметить то, что происходило за нашими спинами, я решила не возражать. Больше скажу, я уткнулась носом в грудь Аларика и зажмурилась, выбросив из головы все мысли о сопротивлении.