24

— Аларик? — снова позвала я, прекрасно понимая, что демон мне не ответит.

Потянув руку к его к спине, я тут же отдёрнула её, растерянно осматривая рванные раны, отстранённо отмечая, что кровь запеклась. Это же хорошо, верно? Было бы хуже, если бы кровотечение не остановилось…

— Да куда уж хуже? — выдохнула, с трудом переведя взгляд на призраков.

Это они сделали. Больше некому, правильно?

В тот момент, когда мы бежали… точнее, когда Аларик спасал нас. Меня. А я ничего не заметила… совершенно ничего!

— Надо что-то делать, — встряхнув головой и пытаясь избавиться от появившегося в горле кома, я сосредоточила внимание на ранах.

Спина была исполосована, как будто об неё поточил когти тигр.

— Перекиси нет, зелёнки тоже, как ты понимаешь, — начала я шептать, пытаясь вернуть себе самообладание. Получалось слабо. — Попробую… перевязать?

Сняв с себя рубашку, я зябко передёрнула плечами. Но не от холода, хотя под ней у меня была лишь тоненькая маечка. Укороченная мной же сорочка, если точнее. Лифчиков в этом мире не было, так что…

— Да что же ты не рвёшься? — рыкнула я, изо всех сил потянув рубашку в разные стороны, пытаясь оторвать рукав.

И пусть какой-то частью ума я понимала всю бессмысленность своих действий, но… казалось, что нужно что-то делать. Хоть что-то, только не бездействовать.

Удивительная штука жизнь, всё же. Час назад я мечтала, чтобы Аларик исчез. Больше скажу, жалела, что первые мужья демониц не умирают от проклятия. А сейчас так же сильно желала, чтобы супруг пришёл в себя.

— Да чтоб тебя! — запыхавшись, я оставила попытки разорвать рубашку на импровизированные бинты и просто накрыла ей спину Аларика.

Из положительного — он дышал. Из остального — на мои действия никак не отреагировал. Не поморщился, не шелохнулся… и я понятия не имела, добрый это знак, или как?

— Температуры вроде нет, — резюмировала я, осторожно прикоснувшись к его лбу. — Это хорошо? Ты ведь… восстановишься, правда?

Подтянув к груди колени, я на автомате продолжала гладить демона по лбу, незаметно переходя к волосам и едва заметно массировала кожу.

— На тебя ведь и первый мессир нападал. Сын его, — уточнила я, стараясь не смотреть в сторону призраков. — И ничего. Потасканным выглядел. Я помню. Но наверняка тогда тебе сильнее досталось, да? А тут… какие-то царапины.

Верила ли я в то, что говорю? Не очень.

Но тишина угнетала. Как и перспектива оказаться здесь совершенно одной.

— Тебе просто надо выспаться, — продолжила я успокаивать больше себя, чем находящегося без сознания демона. — Проснёшься, снова приставать будешь. Извращенец, — выдохнула я, только сейчас осознав, что во время наших импровизированных обнимашек, ему было больно.

Но это не остановило его от посягательств в мою сторону.

Больше скажу, он ещё и иронизировать умудрялся, отчитывая меня!

Правильно говорят, мужики всегда одним местом думают!

— А я вообще сейчас не понятно чем и о чем думаю! — признала я, прокручивая в голове свои скудные медицинские познания.

В голове всплывали кадры из боевиков, где герои сами у себя пули вытаскивают и зашивают раны с помощью подручных средств. Можно сказать, исцеляются при помощи добра и палок, а потом ещё сотню злодеев в честном бою побеждают!

Добра у меня навалом, как и палок вокруг, вот только…

— Нужно найти воду, — пришла мне в голову идея.

Промыть рану — это ведь правильно?

Или дать Аларику попить. Если проснется.

— Не если, а когда! — шикнула сама на себя, осторожно поднимаясь на ноги и осматриваясь.

Единственное, за что можно сказать «спасибо» призракам — это за довольно четкую границу, которую они не могут переступить.

— Должен же здесь быть родничок? Святой источник? Заброшенный фонтан? Колодец? — шептала, медленно ступая вперёд, то и дело оборачиваясь на Аларика.

Как бы мне хотелось, чтобы демон сейчас крикнул: «Куда пошла?». Или просто приподнялся. Пошевелился.

Ускорившись, я перестала приглядываться к мужчине, пристально осматривая всё вокруг.

Туман виднелся далеко впереди, так что, вероятность найти хотя бы лужу, у меня была. Вот только кроме камней и мха, ничего похожего на искомое я не наблюдала.

— Ступеньки, — резюмировала я, заметив нечто похожее, на разрушенную лестницу.

Три прямоугольных каменных блока валялись рядом с чем-то напоминающим ажурные мраморные перила, по которым ударили кувалдой, превращая в груду витиеватых осколков. Зачем я к ним подошла? Сама не знаю. Но быстро поняла, что совершила ошибку. Сразу же, как ступила на покрытую мхом ступень и услышала странный треск под ногами. Секунда и треск сменился нарастающим гулом. А я…

А я даже пискнуть не успела, почувствовав, как земля уходит из-под ног! В прямом смысле этого слова! Мой полёт был не долгим, но весьма фееричным. Да, я всё же заорала. Матом.

— Ох, — с трудом приняв сидячее положение, я закашлялась, запрокинув голову.

К счастью, провалившись вместе со ступенями, я умудрилась отделаться лёгким испугом. Ноги и руки были целыми, головой я тоже не ударилась. На этом плюсы заканчивались.

— Твою мать, — с чувством произнесла я, когда встав на ноги, поняла, что самой мне отсюда не выбраться.

Выход, он же и вход, был в паре метров над моей головой. Сделав попытку допрыгнуть и ухватиться за призывно торчащий корень, я поняла всю безвыходность своего положения. Из этой ямы просто так не вылезти.

— А ямы ли… — прошептала я, когда отступила в сторону с освещённого провалом участка, пытаясь нащупать земляные стены и попробовать вскарабкаться по ним.

Вот только в кромешной темноте я прошла уже шагов десять, а протянутая вперёд ладошка так не во что и не уперлась.

— Эй! — выкрикнула я, тут же вздрогнув от раздавшегося эха. — Ничего себе… — помещение явно было не маленьким. — Понять бы ещё, где я. И как здесь свет включается…

Тут и там тут же начали вспыхивать факелы, заставляя меня завизжать в голос от неожиданности.

И пугаться было чего. Зал был огромен. Я находилась практически в самом центре, осматривая каменные стены, украшенные какой-то лепниной и фрагментами статуй. Двери или арки, ведущей куда-то из этого зала, здесь не было. Кажется, когда-то сюда попадали по той самой лестнице, вместе с которой я провалилась. И выбирались отсюда тоже по ней.

— Что ж, — выдохнув, я медленно обернулась, заметив у одной из стен что-то похожее на раму от большой картины.

Решив подойти к ней поближе, я с каждым шагом ступала всё медленнее. Я угадала, это действительно была рама. Только в ней находилась не живопись, а зеркало. Идеально чистое, несмотря на общее запустение этого места, зеркало.

Зеркало, в котором я, как не старалась, не видела своего отражения.