Глава 22

В Лиану словно черт вселился. Она начинает брыкаться и материться, царапая меня ногтями и пиная ногами. Блядь, вот ведь юркая девчонка! Я не так уж быстро ее утихомириваю, она успевает заехать мне пяткой по колену, прежде чем я накрываю ее ноги своим бедром, удерживая в мертвой хватке. – Пусти меня, козел! – визжит она. – Перестань визжать, как поросенок. Мне уже уши заложило. – П-поросенок?! – задыхается она от возмущения. – Это ты свинья! Отпусти тебе сказали! – Мало ли что ты говоришь, – кусаю ее за плечо. – А-у-ч! Больно! – Тогда перестань брыкаться и играть на моих нервах. Я отпущу тебя, как только успокоишься. Лиана обиженно пыхтит, бормоча что-то себе под нос, но замирает на месте, расслабляя конечности, однако, я не спешу верить в то, что она так быстро сдалась. Мы лежим, переплетаясь руками и ногами, я полностью окружил собой ее маленькое тело, и то, что она такая мягкая и вкусно пахнущая в моих объятиях, а мой член твердо упирается в ее круглую попку – совсем не помогает. – Между прочим, я чувствую твой стояк попой, – едко говорит она. – Надеюсь, у тебя яйца посинеют и ты будешь страдать всю ночь! Я-то уже ничего не хочу, ты так меня разозлил, что это подействовало не хуже холодного душа. Мучайся в одиночку, мудак! Боже, эта девушка! Я просто не могу, ее язычок острее ножа. Кто бы мог подумать, что она такая забавная? Я вообще в первое время считал ее туповатой хамкой, но Лиана меня удивила. – Я бы наказал тебя за каждое оскорбление и неуважительное слово, но тогда ты снова возбудишься, принцесса, – улыбаюсь ей в макушку. – Не волнуйся, насиловать тебя не собираюсь, – фыркает она. – Очень надо! Ты просто пока мой единственный вариант, не думай, что это личное, Казбек. Я не хочу конкретно тебя, я просто хочу нормального секса и острых ощущений. Меня бесят ее слова, но я не реагирую. Она может утешать себя этой ложью, если ей от этого легче, но мы оба знаем, что она хочет именно меня. К сожалению, я тоже ее хочу, и это только осложняет ситуацию. – Прекрати болтать и спи, – добавляю раздраженные нотки в свой голос. – Достала уже! – Пошел ты! – обиженно шипит она, но замолкает. «Мне ее нельзя», – повторяю про себя, как мантру. Снова и снова. Игнорирую ощущение ее мягких волос на щеке, легкий цветочный аромат, исходящий от ее кожи, то, как хорошо ощущаются наши объятия. Мне нельзя отвлекаться на нее, у меня есть цель. Осталось совсем недолго и я своего добьюсь. Нужно просто держать себя в руках и не поддаваться похоти. *** Я просыпаюсь от того, что чувствую маленькие, непослушные пальчики в своей бороде. Лежу, притворяясь спящим, и Лиана смелеет. Она гладит меня по обеим щекам, приглаживая бороду вниз, потом проводит одним пальцем по брови и действительно удивляет меня, скользя рукой под мою футболку, чтобы пощупать мою грудь. – Что ты делаешь? – спрашиваю, открывая веки. Она замирает, как олень в свете фар, раскрыв рот и с ужасом встречая мой взгляд, но быстро принимает свой обычный, независимый вид. – Щупаю твои волосы, разве непонятно? Вот нахалка, еще и смотрит на меня, как на дурачка! Актриса, блин. – Зачем? – Потому что мне стало интересно. У тебя волосы на голове не такие, как в бороде. Я решила заодно проверить и те, что на груди. – И как ощущения? – приподнимаю бровь. – Может, хочешь еще где-нибудь проверить? – Нет, – морщится она. – Мне хватило. Отпусти, я хочу встать. Но я не хочу ее отпускать. Время на телефоне показывает, что мы уснули всего два часа назад. Не знаю, почему ей не спится в эту ночь, но к черту мое терпение! Я не железный, оно закончилось. Наклонившись, я целую ее в пухлые губы, проникая внутрь, снова поражаясь тому, какая она сладкая и как мне хочется еще больше этой сладости. Лиана пытается оттолкнуть меня сначала, но быстро сдается, когда я засасываю ее язычок и запускаю пятерню ей в волосы, чтобы повернуть ее голову так, как мне удобно, чтобы полностью завладеть ее ртом. Ее вздохи и нетерпеливые хныканья только больше заводят меня. Я не могу оторваться от нее, хотя раньше не считал поцелуи чем-то настолько захватывающим и возбуждающим, но эта малявка что-то сделала со мной. Блядь, я мог бы целовать ее, пока губы не онемеют, но не факт, что даже тогда мне будет достаточно. – Казбек! – жалобно стонет Лиана, пытаясь увернуться, но кто бы ей разрешил. Я давлю любой протест своим ртом, умудряясь стянуть с ее бедер шорты вместе с трусами почти до колен, а потом накрывая теплую, текущую на мои пальцы, пизду рукой. Маленькая дразнилка промокла насквозь! Мой палец с хлюпаньем входит в узкую дырочку и Лиана так сильно сжимает его своими тугими стенками, что я стону в ее рот, желая войти туда не только пальцем. В голове вовсю гуляют фантазии о том, как она так же сжимает мой язык, катаясь на моем лице и заливая меня своим соком, пока я не захлебнусь в ее вкусе. Пиздец! Я не даю себе времени на сомнения, прежде чем отрываюсь от ее верхних губ, чтобы сразу наклониться и накрыть своим ртом нижние. – Казбек! – взвизгивает она от шока, дергая меня за волосы, но я игнорирую ее. Мой нос упирается в ее клитор, пока я лижу истекающий смазкой вход, а потом ввожу язык в тугое отверстие, получая еще больше терпкой сладости. Лиана громко стонет, сжимая мой язык в идеальном давлении, ее руки все еще в моих волосах, пытаются направить меня куда ей нужно, но я слишком сосредоточен на том, чтобы как следует распробовать ее. Поиграться с ее клитором я всегда успею, а сейчас мне слишком нравится то, как мой язык трахается с ее пиздой. – Ох, пожалуйста! Я не могу, Казбек, это больно! – умоляет она, выгибая бедра, и каждый раз, когда она зовет меня по имени этим нуждающимся голосом, мой член болезненно дергается. Я чувствую, как влага стекает по кончику, понимая, что завелся, как подросток. Если не трахну ее, то кончу в штаны. Но я еще не закончил есть ее, так что нет, придется потерпеть. Как я и представлял, Лиана катается на моем лице, гоняясь за оргазмом, вскрикивая каждый раз, когда удается случайно потереться своим изнывающим клитором о мой нос или любую другую доступную часть лица, но я не даю ей кончить, потому что хочу ощутить, как она сокращается на моем члене. Встав на колени, я вытираю ладонью мокрый рот и бороду, а потом окончательно срываю с нее шорты и устраиваю стройные ноги на своих плечах, пока она не оказывается максимально раздвинута и раскрыта для меня. Широко открытые, бирюзовые глаза Лианы смотрят прямо на меня, пока я расстегиваю и приспускаю штаны, вытаскивая напряженный член и пару раз грубо надрачивая его кулаком. Она тяжело дышит, сжимая в руках простыню под собой, и когда я вдавливаю головку члена в мокрую дырочку, плавно вставляя его внутрь и задвигая до конца, ее припухшие губы раскрываются в немом крике, образуя самую эротичную картинку на моей памяти. Охуеть, до чего же туго! Лиана хнычет, крепко сжимая мой член упругими стенками, а я как зачарованный пялюсь на то место, где основание моего члена широко растягивает ее маленькое отверстие, расширяя его и подстраивая под свои размеры. Я готов обкончаться от одного только вида, но требовательная пизденка моей принцессы крепко сжимается на мне, покрывая соками, буквально утапливая в них, и мне не остается ничего другого, кроме как удовлетворить ее. Обхватив ее за бедра, я выхожу и с рычанием вдалбливаюсь обратно, жестко и глубоко, потому что у меня нет контроля над собой, чтобы действовать медленно и подольше насладиться процессом. Лиана кричит и извивается, как дикая фурия, пока я втрахиваю ее в матрас сильными толчками. Ее щеки красные, глаза блестят от слез, а рот широко раскрыт. Такая красивая… И вся моя, в моей полной власти, чтобы делать с ней все, что захочу! И я делаю. Трахаю ее, словно голодное животное, едва ли не сгибая пополам и безжалостно долбясь в узкую киску, даже когда она кончает, пытаясь выдоить из меня сперму и тихо скуля, когда я продолжаю всаживать ей, пока она не кончает снова, захлебываясь криком и купая мой член в водопаде своего сока, едва не теряя сознание от интенсивности кайфа. Мои яйца поджимаются, я чувствую приближение собственного оргазма, больше всего желая обкончать ее всю изнутри, но мой мозг еще не окончательно отключился, так что я все же выхожу из нее, сжимая себя в кулаке и жестко дроча, пока не покрываю спермой ее сливочные бедра с красными отпечатками моих пальцев, которые скоро потемнеют, превращаясь в синяки.