Глава 22

Макар Матвеевич под взглядами собравшихся домой студентов плавно зарулил на парковку. Максим тоже его заметил. И с каким-то ребяческим упрямством поднял выше букет цветов.

На миг показалось, что этот парень отца дразнит, мстит ему за что-то.

А под раздачу все равно попаду я.

На принятие решения мне всего несколько секунд понадобилось.

Нельзя, чтобы Макар думал, будто его сын таскает мне цветы просто так. Будто невесте.

Распахнула дверь и торопливо выбралась из машины, краем зрения заметила, что и Макар Матвеевич в своих безупречных глянцево блестящих туфлях ступил на асфальт.

Фу, ну и жара, тонкая блузка прилипла к спине, в глухом, не пропускающем воздух пиджаке я варюсь, как в кипятке.

— Добрый день, Эмма Эдуардовна, — Максим с готовностью шагнул навстречу, носом коснулся алых бутонов роз. — Только понюхайте, как пахнет.

Неловко приняла букет, всем телом ощущая на себе пристальный и раздраженный взгляд старшего Шварца.

— Спасибо, — поблагодарила сухо. Отступила от машины и любопытной Дианы, которая навострила уши и высунулась в окно. Услышала ее звонкий кокетливый голос и проклятую фразу.

— Какой сюрприз, Макар Матвеич, здрасьте.

— Здрасьте, — ответом ей послужил низкий, будто простуженный голос, такой холодный, что даже жара, кажется, отступила.

Мужчина приблизился к нам, высокомерно оглядел букет в моих руках и обратился к сыну.

— Максим, мне с твоим преподавателем нужно переговорить пару слов.

— Опять? — Макс усмехнулся. — Вчера после вашего разговора, Макар Матвеевич, она с приема убежала, а сегодня что будет? В универ не вернется? Нет, пап, извини. Ты зачем приехал? Ректорат в здании находится, не здесь.

— Максим, — низко, со свистом, выдохнул он.

— Добрый день, — вклинилась, и Макар перевел тяжелый взгляд на меня. Прижала цветы к груди, как щит. И расправила плечи. — Я как раз хотела поблагодарить Максима за цветы. Знаете, как это бывает, — доверительно понизила голос, — студент плохо успевает и пытается задобрить преподавателя. Я хочу пойти навстречу. Можем позаниматься дополнительно. Три-четыре урока, чтобы на экзамене Максим зачет получил. Можно сегодня. У вас дома.

От последней моей фразы лица Шварцов одинаково удивленно вытянулись. Я и сама поразилась, какой наглостью несет от моего предложения, но слов назад не возьмешь.

И Артур, уверена, сегодня еще будет звонить.

— Я согласен, Эмма Эдуардовна, — первым откликнулся Максим. — Согласен на всё. Даже яд принять из ваших рук готов с улыбкой. А уж заняться…психологией…

— Макс, — рявкнул Шварц, обрывая его. — Оставь нас.

Максим зыркнул на него. Но промолчал, шутовски поклонился. Он попер через парковку, и я с ужасом заметила, что на нашу троицу пялятся даже из окон.

Я ведь еще и недели не отработала, а уже второй раз принимаю подарки от мажора-студента и стою у всех на обозрении с его отцом-спонсором.

— Репетиторство, значит? — Макар посмотрел на цветы в моих руках, на простой серый пиджак, к которому я прижимаю букет и отступил на шаг. — Я как раз еду домой. Садитесь, Эмма Эдуардовна, подвезу.

Он развернулся, не дожидаясь моего согласия, уверенный, что я пойду за ним, двинулся к своей машине.

Покосилась на Диану — у приятельницы такое заинтригованное лицо, она будто жалеет, что поп-корн не захватила, уставилась на меня — и в хитром зеленом взгляде куча вопросов.

— Позвонишь сегодня вечером? Сходим в клуб, — предложила, понимая, что обязана с ней пойти, иначе она потом такие слухи распустит среди преподов, что мне уже будет не отмыться.

Мне и студентов хватает. Которые черте что навоображали.

— Позвоню, конечно, Эмма, — пропела Диана и сложила руки на руле.

Забрала из ее машины тяжелую сумку, повесила на плечо. И с цветами уверенным шагом приблизилась к Мерседесу Макара.

Хотела юркнуть на задние диваны, но мужчина перегнулся через сиденье и открыл дверь впереди.

Смело заняла место рядом с ним.

Увидела, что в машину к Максиму загружается группа гогочущих парней. Макар дождался, когда сын с друзьями скроются за воротами.

И лишь потом плавно тронулся с места.

Салон наполнил невероятный аромат роз. И повисла напряженная тишина.

Мысленно приготовилась давать отпор этому мрачному мужчине и повторять то, что уже сказала — у Максима проблемы с моим предметом, и нужно немного позаниматься перед экзаменом.

Но едва мы выехали за ворота — Макар свернул в один из дворов, зеленый, залитый солнцем, наполненный мамочками с колясками.

Он остановил машину в тени пышного клена, неуловимо быстро нажал какую-то кнопку.

Мое сиденье резко откинулось назад, и я вместе с ним.

— Что вы… — вскрикнула и выпустила из рук цветы. Макар отшвырнул букет в сторону, наклонился, и рывком, за бедра, перевернул меня на живот. — Отпустите!

Завозилась и похолодела, когда он задрал на мне юбку. А потом вскрикнула еще раз, ощутив шлепок по ягодицам…букетом.

Зашуршала упаковочная бумага, на ягодицы обрушились удары, один за другим, нежными бутонами он отхлестал меня с такой силой, что лепестки полетели в стороны, засыпали салон.

— Слушай сюда, училка малолетняя, — за воротник, как котенка, Макар поднял меня и развернул к себе. Немигающим взглядом уставился в глаза. — Ты совсем охренела? Не буду я с тобой играться. Отстань от моего сына, последнее предупреждение. Иначе приеду и трахну так, что встать не сможешь. Поняла? Пошла вон.

Он распахнул дверь.

Схватила сумку и пугливо выскочила из машины, на ходу одергивая юбку.

Дверь захлопнулась, и черный Мерседес, развернувшись и взвизгнув, полетел к выезду со двора.

Дрожащими руками пригладила непослушные волосы, смахнула с головы и одежды алые лепестки роз.

Вокруг ничего не изменилось. Та же детская площадка, и мамочки с колясками мирно прогуливаются на свежем воздухе, дует теплый ласковый ветерок.

Я стою под кленом и слушаю, как в сумке звонит телефон.

Мелодия оборвалась и началась по новой, я вжикнула молнией и достала сотовый. Сглотнула, глядя на экран.

Приняла вызов.

— Да.

— Да — ты уже у Шварцев? — спросил на том конце Артур.

— Нет, не у них и не смогу, — выдохнула и поплелась вдоль гаражей к выходу на проспект, — я пыталась, но приехал Макар и сказал…

— Я не спрашиваю у тебя, что он сказал, — перебил Артур негромким, стальным голосом. — Эмма, плевать, что не нравится Шварцу. Езжай к ним. Сейчас. Вечером буду ждать отчет. Всё, отбой.

Сказал он.

И бросил трубку.