Глава 30. Харитон

Она в шоке. Я и сам не ожидал такого поворота. Но, черт, это же гениально. Она, конечно, будет отнекиваться, но по итогу согласится. Хотя бы потому что для нее важно будущее ее сына, которое я обеспечу. Ее ко мне тянет столь же сильно, как и меня, но становиться просто подстилкой она не собирается. А и не надо. Есть гораздо лучший выход. Я никогда не хотел стать мужем. Никогда не видел ничего хорошего в браке, который мне навязывал отец, или стать банкоматом какой-нибудь жадной до денег суки, но жениться на Еве. Разгадать ее тайны, стать ее владельцем, иметь право прикасаться к этому лицу, когда захочется. Разве может быть что-то лучше?

Она все еще молчит, легонько приоткрыв губы, часто-часто выдыхая горячие, сладкие пары.

— Замуж? — еле выговаривает, хриплый голос током пробегает по венам, а язычок облизывает пересохшие губы, вытворяя с моей выдержкой что-то невообразимое.

— Замуж.

— Замуж?

— Повторяй это снова и снова, мне нравится, как это звучит, — провожу пальцами по прохладной щеке, спускаюсь к подбородку, трогаю часто бьющуюся жилку на шее. Черт, как она прекрасна в своем удивлении.

Она меняется в лице, отодвигает мою руку и хмурится.

— Это не смешно.

— А кто смеется. Если хочешь убедиться, насколько я серьезно, потрогай мой…

— Хватит. Причем тут похоть? Ты… Вы… позвали меня замуж. Как вы вообще это объясните?

— Нужно объяснять?

— Да, хотелось бы, — требует она. — Неужели вы зовете каждую замуж, кого не сумели уложить в постель.

— Не веришь мне, — догадался я. — Но это значит, что замуж ты хочешь, но не доверяешь, что это вообще возможно, я прав?

— Я не… — она поднимается, отворачивается. — Я не знаю.

— Посмотри на меня, — преодолевая боль, сажусь, берусь за ткань юбки и тяну на себя. — Посмотри на меня, Ева!

— Ну что? Как вообще можно быть таким? Как можно предлагать такое и вести себя… Просто потому что я не раздвинула ноги…

— Скорее потому что ты убежала. И попытаешься снова. Тебя пугает то, что происходит между нами, и, поверь, меня тоже. Думаешь, я ожидал, что захочу на тебе жениться? Но знаешь, что?

— Что?

— Помнишь, как в мультике «Кто сказал мяу»? Вместе бояться не так страшно.

— Вы смотрели этот мультик? — улыбнулась она и убрала с моих волос пару листочков. Я всегда ненавидел, когда девушка была сверху, смотрела свысока, но с Евой нет ощущения унижения, наоборот кажется, что она уже подо мной. Уже стонет и просит еще. Даже если стоит сейчас выше.

— Я же не робот. Иногда я тоже смотрю телек. Ева, я хочу тебя, это правда. И если для того, чтобы ты была со мной, нужно жениться, тогда я готов пойти на этот шаг.

— Но… Это так…

— Просто, Ева. Это очень просто.

— Вы обманете, вы поимеете меня и скажите, что свадьба отменяется.

— И я так делал, — признался я, отчего она попыталась отодвинутся. — Делал не раз. Но обычно девки уже после предложения прыгали на меня, но с тобой мы сделаем все по-настоящему. Мы поженимся. Организуем самую лучшую свадьбу. Купим тебе самое красивое платье.

Не знаю почему, но ее начало потряхивать. Она все-таки отодвинулась, отошла и обняла себя руками.

— И вы готовы сидеть на свадьбе в инвалидной коляске?

— А ты готова выйти за меня?

— Не переводите стрелки…

— Я буду стоять на своей свадьбе, если там будешь ты.

Она только открыла рот, чтобы сказать что-то, как раздался голос Гоши, которого я тут же захотел уволить…

— Харитон Геннадьевич, мы сейчас! — кричит он в панике, и они с парнями спускаются в овраг, чтобы помочь мне. Тут же выкатывают наверх коляску и помогают выбраться мне и Еве. — Простите, что мы так долго. Мы переживали.

— Конечно, переживали, какой еще идиот будет столько вам платить, — усаживают меня в коляску, но, когда собираются везти, я откидываю руки Гоши и зову Еву.

— Иди сюда.

Часть парней идут впереди, другие сзади, как будто конвоируют нас. Но меня сейчас волнует только то, что Ева еще здесь. Значит, всерьез обдумывает мое предложение.

— Наверняка ты когда-нибудь мечтала о свадьбе, — поднимаю я голову и вижу, как сведены губы Евы, как напряжены мышцы лица. Она бросает на меня взгляд, но снова его отводит, продолжая толкать

коляску, механизм которой после падения вышел из строя.

— Мечтала.

— Не сложилось?

— Я думала, вы сами должны рассказать мою историю после того, как соберете все части пазла.

— Расскажу. Но разве мешает это нам пожениться.

— Очевидно, нет. Но это и не отменяет того, что вы ублюдок, который использует всех в своих целях…

— И тебя?

— И меня, только цель пока непонятна. Ну, кроме самого очевидного.

— Никаких подводных камней, Ева. Я просто хочу быть с тобой. На любых твоих условиях. Ведь мы оба понимаем, что ты влюблена в меня.

— Настолько самоуверенны?

— Скорее просто наблюдательный, — мы тормозим возле дома, и я разгоняю всех, чтобы остаться с Евой наедине. — Ты мне нравишься.

Она улыбается и наклоняется ниже. Еще ниже, так, чтобы наши губы оказались на одном уровне. Моя рука тут же потянулась к ее филейной части, что отлично выпирала сейчас.

— Когда-то мне было этого достаточно, — таинственно заявляет она и почти касается моих губ. — Но сейчас я хочу, чтобы вы меня полюбили.

— Жадная моя девочка. Я не уверен, что знаю, что такое любовь, но уверен, что без тебя я снова закроюсь в своем гробу и буду себя жалеть. Неужели ты это допустишь?

— Нет, я не могу отказать себе в удовольствии помучить тебя подольше, но свадьба тебе влетит в копеечку.

— Повтори, — внутри все сжалось от ее простого «тебя». — Повтори это, Ева.

— Что?

— Ты перешла на «ты».

— Перешла.

— Значит, организуем свадьбу века? Станешь моей женой?

— Я очень хочу эту свадьбу. Всегда мечтала о такой.

— И я исполню твои мечты.

— И встанешь на ноги…

— Это даже не обсуждается, — целую ее как можно глубже, притягивая к себе на ноющие ноги. Но сейчас не боль заполняет мой разум, а удовольствие от обладания той, кого давно хотел. Пусть пока такое невинное. И задумываться о причинах того, почему она все — таки согласилась, я не хотел, как и о том, какой скандал устроит мне сестра.

— Твоя сестра…

— Сделает все, чтобы помешать этой свадьбе, но не сделает ничего сверхъестественного, потому что иначе я просто лишу ее содержания.

— Ты можешь это?

— Я все могу, — хочу снова ее поцеловать, но она вскакивает. — Что?

— Тебе нужен укол? Помнишь?

— А еще мне нужен новый повар. Найдешь?

— Я могу и сама, — помогает она мне докатиться до спальни, в которой странно пахнет. — О, как все чисто.

— Это точно моя комната?

— Пахнет хлоркой, — сморщил я нос, а Ева рассмеялась и пошла готовить шприц с нужным раствором, довольно ловко это делая.

— Очевидно, что иначе твою спальню было не оттереть от грязи.

— Скоро это будет нашей спальней, — играю я бровями, а Ева прячет улыбку. — Можем опробовать кровать прямо сейчас.

— Обязательно. Ты ляжешь, а я вставлю в твой упругий зад, — она поднимет руку со шприцом, — вот эту иглу.

— Да ты, смотрю, озорница, — делаю, как она говорит, и оголяю задницу, потом буквально через секунду она смачивает кожу спиртом, ставит укол и снова протирает. — А говорила, что не умеешь.

— Я не так говорила, — улыбается она и собирается уйти, а я напоминаю о ее решении. О нашем решении.

— Ева, завтра мы едем в ЗАГС.

— Что? Так скоро?

— А чего тянуть? Или ты надеялась, что все это шутка?

— Мы поедем в ЗАГС только посте твоей тренировки.

— Договорились, — улыбаюсь я, остаюсь один, чувствуя, как меня потряхивает от возбуждения и предвкушения. Иду в душ, туда, где в скором времени меня будет омывать самая притягательная девушка.