Глава 1. Влад

Настоящее время

— Гад! Сволочь! Какой же ты урод! — кричит мне вслед Анжела… или Вика? А может, Катя?

Да какая собственно разница, как её зовут, если, выйдя за порог гостиничного номера, я вычеркну девчонку из своей жизни?..

Хотя… С ней можно было бы повторить разок-другой… Да и третий тоже… Если бы она только не устраивала вот эти тупые истерики, а теперь она не останется даже воспоминанием о хорошей ночи.

Я застёгиваю рубашку и разминаю шею, наклоняя её из стороны в сторону. Мой стиль жизни омерзителен, предосудителен, вот только мне нравится так жить. И я ничего не собираюсь менять.

А Кристина… Алина… Даша… Они просто очередные надутые дурочки, которые желают добраться до расчётного счёта моего отца, потому что фамилия Коршунов известна всем и каждому, как и наши с ним лица.

Оплатив номер ещё на сутки, на тот случай, если девчонке захочется оторваться на прощание в крутом отеле, ну или проплакать ночку-вторую в подушку, я выхожу на улицу и делаю глоток свежего воздуха. Ощущение свободы бурлит в венах. Я прикрываю глаза и наслаждаюсь звуками ночного города, успокаивающими меня. Я люблю шум, люблю город, люблю движуху. Без движения жизнь кажется до отвращения скучной и постылой. Ненавижу тишину, потому что из-за неё можно сойти с ума.

Пробуждаю с брелка свою тачку и думаю, куда податься дальше: поехать домой или всё-таки погонять по ночному городу?.. Домой не хочу, поэтому решаю покататься немного и, быть может, зарулить в клуб… Я ещё не хочу спать, я трезв и готов зажигать.

Телефон в кармане джинс начинает вибрировать, и я лениво достаю его, глядя на экран.

Батя.

Вполне себе ожидаемо.

Умеет он всю малину испортить, и моё настроение медленно ползёт к нулевой отметке, потому что всё, что я слышу от него — упрёки и возмущения.

— На связи, — отвечаю я и сажусь в салон своей любимой девочки.

Пожалуй, эта девочка — единственная женщина, которую я люблю. Если, конечно, не считать любовь к матери, погибшей десять лет назад. Мама была для меня всем. Я бы многое отдал сейчас, чтобы снова увидеть её… Снова оказаться в её объятиях… В своё время я не понимал, что значат материнские объятия, а когда понял, стало слишком поздно.

— Где ты шляешься, Влад? — зло рычит в трубку отец.

— А разве «Спокойной ночи малыши» уже закончилось?

Я люблю пошутить, ведь юмор помогает сгладить хотя бы немного напряжение, которое обычно возникает между мной и отцом, стоит нам начать разговаривать. Впрочем, мои шутки он ещё ни разу не оценил по достоинству.

— Ты должен был приехать на ужин. Ты обещал.

— Ужин? Упс… Прости. Забыл. А в честь чего ужин?

Нет, я про него не забыл, просто не собирался туда даже ехать. Батя решил познакомить меня с новой «мамой». Вбил себе в голову, что скоро женится, и что я непременно должен увидеть, какую умницу и красавицу он себе выбрал. А мне собственно нет дела до того, с кем он спит, потому что матерью я его избранницу всё равно никогда не назову.

— В честь чего? — удивляется отец. — Я хотел познакомить тебя со своей невестой. Свадьба уже через полтора месяца, а ты до сих пор не знаком с ней.

Свадьба? Кажется, тот момент, когда он говорил о свадьбе, я упустил. Впрочем, даже это не имело высокого значения. Даже если он и решил завести серьёзные отношения, меня это не касалось.

— Я запамятовал. Прости, — выдавливаю я и вставляю ключ в замок зажигания. Машина отзывается приятным урчанием, греющим душу, стоит мне повернуть ключ. — Бать, ну ничего же не стряслось. Какая разница, вообще, познакомлюсь я с ней до свадьбы или нет? Ты ведь уже решил всё! Совет вам да любовь! Моё мнение тебя вряд ли заинтересует… Надеюсь, что она не из силикона на девяносто девять и девять… Ты извини, меня тут ребята зовут. Надо решать важные дела…

— Твои важные дела сводятся к тому, чтобы брать то, что движется и не движется. Мне это начинает надоедать. Ты тоже должен остепениться и жениться, Влад! И… — отец выдерживает многозначительную паузу, а затем добавляет: — Пока ты не познакомишься с Настей, я не разблокирую твои карты!

— Чего? — срывается с моего языка возмущение, но он уже кладёт трубку.

Какого дьявола? Почему он так себя ведёт? Сдалась мне его Настя… Сотканная из несчастья. Я негромко рычу и судорожно пытаюсь проверить свои карты, но каждая из них заблокирована. Отец поработал на славу, ничего не скажешь — перекрыл финансирование, чтобы я на задних лапках прибежал и пал на коленочки перед его невестой.

Тьфу…

Всю ночь я катаюсь по ночному городу, наслаждаясь переливами ярких огней, пока стрелка в бензобаке не падает до нулевой отметки, а лампочка не начинает мигать каждую секунду. Уже на рассвете подруливаю к дому и долго сижу в машине, не решаясь выйти. Мы редко пересекаемся с отцом, и всё обоих устраивало до того момента, пока в его жизни не появилась эта… Настя. Почему-то её имя отпечаталось в голове, и теперь пульсирует там, разливается ядом по венам. Настя… Девочка-несчастье. Из-за неё я не потусил сегодня в клубе. Что же, придётся познакомиться со своей мачехой. Я рассчитываю, что на этот раз батя оказался благоразумнее и привёл в дом не модель из рекламы нижнего белья, а зрелую женщину, которая на самом деле сможет стать его женой. Нормальной женой, раз уж ему так захотелось завести семью.

Выхожу из тачки и медленно бреду в дом. Делаю круговые движения плечами, чтобы размять их, втягиваю носом аромат мяты, растущей в клумбе рядом с домом. С утра все запахи ощущаются более остро, насыщенно, а этот даже освежает. Мама любила делать чай с мятой, потому и посадила её перед домом, а я терпеть не мог мяту, из-за чего мы время от времени ругались… Отмахиваюсь от воспоминаний, тронувших душу, открываю дверь и вхожу внутрь с надеждой на то, что батя не поймает меня в коридоре и не начнёт отчитывать.

В доме стоит запах чего-то аппетитного, и у меня начинают течь слюни. Я сжёг сегодня немало калорий, надо бы немного пополнить их запас. Иду на кухню и вижу батю: уже одетый в костюм он сидит, потягивает кофе и завтракает. Ладно… Ради вкусной еды я готов потерпеть даже его причитания и упрёки.

— Доброе утро! — сдержанным голосом произносит отец, не оборачиваясь в мою сторону.

Он меня на расстоянии чувствует? Я вхожу на кухню и залипаю взглядом на домработнице с округлыми сочными формами, которая крутится у мойки.

— Доброе, — отвечаю загадочным голосом, а сам уже представляю, как здорово мы повеселимся с ней, когда отец уедет в офис.

— Познакомься, сынок, со своей мачехой. Настенька, вот и мой оболтус пришёл. Знакомьтесь. Это Влад.

Незнакомка выключает воду, вытирает руки полотенцем и медленно поворачивается в мою сторону. Она улыбается, а у меня весь воздух из лёгких выбивают одним махом. Он это серьёзно? Знакомит меня с мачехой? Да она же моложе меня самого. Ей хоть есть восемнадцать?

Я негромко посмеиваюсь и перевожу взгляд на отца.

— Шутку я твою понял. Молодец. А где же твоя Настенька? Или она соткана из невидимых материалов?

— Это я Настя. Приятно познакомиться с вами, Влад! — произносит девушка хрустальным голосом. Ни с чем иным я не могу сравнить его, только с дорогим хрусталём, звонким, переливающимся… раздражающим.

Я смотрю на неё несколько секунд, испепеляя своим взглядом, и она начинает тушеваться: отводит свой взор, покусывает нижнюю губу… Заправляет за ухо локон волос цвета пряного шоколада, выбившийся на лицо, и смотрит на моего отца.

— Роман Николаевич, если позволите, я пойду в свою комнату.

— Да, Настенька. И ни в чём себе не отказывай, на твоей карте достаточно средств для того, чтобы побаловать себя дорогими подарками.

— Спасибо, — отвечает она вкрадчивым голосом и проходит мимо меня, оставляя после себя тонкий цветочный аромат, а я смотрю на отца и не решаюсь раскрыть рот какое-то время.

— Настенька? Серьёзно? Она хотя бы школу окончить успела? — срывается с языка, а отец поднимает на меня взгляд и улыбается.

— Завидовать нужно молча, мой дорогой. Насте уже двадцать… И я рад, что вы познакомились. Со вчерашнего дня она живёт в нашем доме, и если, не дай бог, узнаю, что ты её обидел, я тебе голову оторву.

Отец бросает вилку на тарелку, поднимается на ноги и пристально смотрит мне в глаза, а я не могу найтись со словами, потому что все они застревают где-то в горле.

«Насте уже двадцать»…

Звучит так, словно она уже опытная женщина, повидавшая жизнь. Она ведь младше меня. На три, мать его, года… У отца совсем не осталось понятия святого или его активно потянуло на экзотику? Я сглатываю тугой ком, застрявший в горле, и отец уходит, оставляя меня одного.

Вот тебе и Настенька…

Не такой я её себе представлял… Совсем не такой… И мне даже становится стыдно из-за того, что успел придумать, в каких позах мы с ней будем веселиться. Стыдно и одновременно противно. По жилам разливается нечто тёмное, и я начинаю ненавидеть эту девчонку. Потому что она просто охотница за богатствами, такая же, как и все остальные. И я докажу это отцу, даже если после моих попыток он возненавидит меня.