Глава 6: Ошибки исправить можно. Последствия – нет

     Я ждала удара каждый день, каждый час, каждую минуту. От всех – теперь никого не списывала со счетов, ощущая себя настоящим параноиком. Чувствовала, что замкнулась в себе слишком сильно, но пока ничего не могла с собой поделать, как и с ситуацией в целом.

     Несмотря на внушения Рирнара, драконы и не думали успокаиваться. Молодые мужчины оказались изворотливыми, да еще и с фантазией. Те, у кого фантазия отсутствовала, пытались действовать грубой силой, однако за пределы академии их отправляли тут же, как и было обещано.

     Гости же Дарконии после того, как темного эльфа выпроводили за ворота, стали вести себя гораздо аккуратней. Уж не знаю, какие теперь у нас были отношения с родственниками наследника северных лесов, но обвинения Даринтаниэлю предъявили самые настоящие.

     Шутка ли дело – навесили на принцессу любовное проклятье!

     В общем, теперь потенциальные женихи старались действовать осторожнее, кто-то даже вознамерился ухаживать, но спать я все равно продолжала в гробу. От греха подальше, да и звукоизоляция меня там больше устраивала. Бегать по свиданкам у меня просто не было времени, не говоря уже о желании. Каждое свободное мгновение занимала учеба, в которую я погрузилась с головой.

    Так было даже легче.

     Затаившая страшную обиду на Рирнара, я отлично понимала, что неправа, что мне не на что злиться, но все мои эмоции скручивались в ослепляющую ярость, в беспомощную ненависть. Они не оставляли для меня жизни, все быстрее помогая погрузиться в то, что действительно было важно.

     Глупости закончились, но вместе с ними я будто потеряла и себя. Теперь не знала, какая я. Не понимала, чего действительно хочу от этой жизни. Стала замкнутой, тогда как Жержен называла меня не иначе как скучной. А я…

     А я зубрила все, что только можно было выучить, начиная в первую очередь с правил академии и заканчивая всеми действующими законами.

     Устала. Невыносимо устала, но если первые знания давались мне с трудом, то по окончании второй недели я втянулась и ощутила неподдельный интерес. Да и как могут не заинтересовать предметы, напрямую связанные с магией?

     Об этом небольшом, но весомом отличии я просто забыла под гнетом существующих проблем. Но, едва занятия начались, ждала каждое с невероятным предвкушением. Как таковых предметов на первом году обучения было только семь, но каждый из них включал в себя множество ответвлений.

     Так я с удовольствием ходила на «Управление магией». Более того, бежала впереди планеты всей, желая поскорее приступить не только к изучению, но и к практике, которую нам устраивали через день.

     Правда, преподаватель – дакр Ист из рода Красных – невзлюбил меня с первого же занятия, на котором я совершенно случайно взорвала четверть аудитории. Ну кто же знал, что мелкие разноцветные соляные камушки из двух колб ни в коем случае нельзя было перемешивать.

     Пока мужчина рассказывал о том, чем мы будем заниматься в ближайшие дни, я с присущим мне любопытством разглядывала подарочки, лежащие перед каждым учеником.

     Взрыв оказался настолько мощным, что досталось не только мне, сидящей на последнем ряду подальше от всех, но и моим ближайшим соседям, столам, стульям, стенам и потолку. Волосы стояли дыбом, а лица были черными, словно ночь.

     Это еще хорошо, что пол никак не повредился, а иначе малой кровью мы навряд ли бы обошлись. И вот что самое интересное: все вокруг уже через секунду вернулось к первоначальному виду. Мебель будто собралась из щепок, стены и потолок стали вновь белоснежными, даже стул под моей попой материализовался, а мы…

     А мы – нет, продолжая выглядеть так, будто только вылезли из бомбоубежища.

– Адептка Дарини! – раздался громогласный вопль пожилого сухопарого мужчины, лет которому было гораздо больше, чем мне. Насколько больше, даже страшно представить.

– Простите? – неловко улыбнулась я, неуверенно поднимаясь на ноги.

– Смотрите все! Вот к чему приводит появление в академии женщины! – с перекошенным лицом обвинительно припечатал преподаватель, гневно указывая в мою сторону длинным крючковатым пальцем.

     Он разорялся еще некоторое время, а я так и продолжала стоять, потому что сесть мне не разрешали, а быть еще наглее, чем сейчас, казалось попросту невозможным. Суть этой тирады я могла бы уложить всего в несколько слов, но дакру Исту, видимо, нужно было выплеснуть накопившееся недовольство. А недоволен он был тем, что я являлась представительницей женского пола, а значит, заведомо личностью ограниченной и к обучению не способной.

– Вам бы к замужеству готовиться, приданое себе собирать, заниматься музицированием. Зачем вам тратить время на академию? – наконец иссяк чужой словесный понос. – В наказание вы будете сидеть на первом ряду! Прямо перед моими глазами! Пересаживайтесь!

     Я выполнила то, что от меня так неосмотрительно требовали. Забрав тетрадь, перо и сумку, неспешно спустилась по деревянным ступеням вниз, размещая свои вещи на столе первого ряда.

     Взгляд чужих глаз прожигал меня насквозь, но я не дрогнула. Даже не просилась выйти, чтобы привести себя в порядок. Представляла, каким чудовищем сейчас выгляжу, но меня это трогало мало. А вот поведение преподавателя я терпеть была не намерена.

– Садитесь! – скомандовал приверженец отсутствия прогресса, явно страстно желающий вернуть то, что давно утратили.

     «А вот в наши времена!» – наверняка вещал он своим внукам, с тоской вспоминая, как драконы жили каждый сам по себе и таскали себе в пещеру все, что плохо лежит, включая девушек различной наружности.

     Садиться я не спешила.

– Садитесь! – повторил дакр Ист еще раз, но слова его действия не возымели.

– Вы задали мне вопрос, и я хотела бы дать на него ответ, – произнесла я спокойным ровным голосом. – Я трачу время на академию, потому что нуждаюсь в знаниях не меньше, чем любой другой дракон, человек, эльф и прочие. Музицирование никак не поможет мне защитить себя.

– Вас защитят мужчины! – перебил меня преподаватель.

– Какие? Вот эти? – оглядела я притихшую аудиторию: расправленные плечи, гордые взгляды, ровные спины… – К сожалению, я не вижу здесь защитников. Как, впрочем, и за пределами академии. Пока не вижу, но, возможно, отбор откроет мне глаза? А до тех пор я предпочитаю защищать себя самостоятельно.

     Именно на том уроке я нажила себе как минимум одного врага в академии в лице преподавателя, но тем не менее ходила на все проводимые им занятия, скрупулезно записывая каждое слово.

     Мне действительно нравился его многогранный, разносторонний предмет, а мое уязвленное самолюбие желало изо всех сил реабилитироваться в его глазах. В чем я, кстати, не преуспела. Но кто сказал, что будет легко?

– Встава-а-ай! Встава-а-ай! Встава-а-ай, встава-а-ай, встава-а-ай! – вещали по ту сторону крышки излишне бодрым голосом.

     И если я думала, что это именно я противно пою, то Жержен переплюнула меня в этом умении по всем фронтам. Даже академический будильник не нервировал меня так сильно, как пение этой клыкастой заразы.

     Крышка гроба привычно распахнулась, а надо мной зависла ее довольная физиономия. Спустя две недели обучения именно я сейчас была похожа на мертвяка – бледная, замученная, с огромными синяками под глазами от недосыпа, тогда как вампирша светилась аки золотой королевский сервиз.

– Оставь меня старуха, я в печали! – простонала я, пытаясь захлопнуть свой домик обратно, но силы наши были неравны.

     Учитывая то, что есть мне в последние дни было попросту некогда.

     Нет, конечно, мимолетом я успевала что-то запихнуть в свой безразмерный желудок, но, спроси у меня кто, когда это радостное для моей пищеварительной системы событие случалось в последний раз, точно ответить я бы не смогла.

– Не могу вас оставить, Ваше Высочество, – притворно вздохнула подруга, стягивая с меня одеяло. – Тебе пришла посылка, и эта посылка жжется, не подпуская меня к себе.

– А я-то тут при чем? Натрави на нее своего демона, – спрятала я голову под подушку.

– Не могу! Если бы ты уделяла больше внимания тому, что я говорю, то еще вчера бы услышала, что я его бросила. Так встаешь или нет? Кажется, сегодня тебе нужно было вернуться во дворец. По крайней мере, приглашение на посещение второго этапа я уже получила…

     Из гроба меня сдуло ветром. Паника – вот что я испытывала сейчас, потому что совершенно забыла о том, что сегодня выходной. Тот самый выходной, когда начинается второй этап этого злосчастного отбора!

     С грацией слона я бегала по комнатам, спотыкаясь то о свою сумку, брошенную по привычке посреди гостиной, то о многочисленную обувь, места для которой так и не нашлось. Доставала одежду из шкафа, гусеничкой заползала под кровать за парадно-выгребными туфлями, наводила красоту в ванной комнате.

     Через четверть часа я более-менее была похожа на человека, а точнее, на очень даже симпатичную драконицу в легком воздушном наряде. Это платье с россыпью цветов на нежно- голубой ткани мне передали из дворца вместе с изящным перстнем, в котором я действительно нуждалась.

     Незамысловатое украшение, нагреваясь, предупреждало меня, если в тарелке или чашке обнаруживались какие-либо дополнительные спецэффекты, способные навредить моему моральному облику. Прежде оно выручало меня уже трижды, а потому расставаться с ним я не желала даже под страхом смерти.

– Ты не будешь пить свое зелье? – придирчиво осмотрела меня Жержен, поправляя складки собственного платья.

– Я устала травиться этой гадостью, – поморщилась, подкалывая локоны заколками. – Да и не вижу смысла в том, чтобы его пить. Каждый дракон Дарконии знает о моем местонахождении. Будет лучше, если они привыкнут к моему запаху.

– Не боишься, что они сойдут с ума?

– Они и без того сходят с ума, будто женщин никогда не видели. Я понимаю, что дело в желании гарантированно получить наследников и захапать в свои лапы власть, но можно же быть несколько… человечнее?

     Вампирша рассмеялась.

     Она всегда смеялась, когда слышала мои размышления. Да, мои мысли и мне иногда казались невыполнимыми мечтами, но надежда во мне еще не умерла.

     Я по-прежнему верила, что драконов можно исправить. Не сейчас, не всех сразу, но с каждым новым поколением жители Дарконии будут все больше подвержены переменам. Конечно, если сейчас кто-то излишне упрямый очень сильно постарается.

     Во дворец я переместилась с помощью кристалла. Портал ярко вспыхнул, ослепляя на доли секунды. Хотела расслабиться, хоть ненадолго присесть и побыть в одиночестве, чтобы наконец перевести дух, но в спальне мгновенно появилась Катина. Моя первая и единственная фрейлина низко присела, встречая меня загадочной улыбкой.

– Все готово, Ваше Высочество! – сладко пропела она, сверкнув хитрым взглядом. – Это будет грандиозно! Все утро во дворец приходят письма с возмущениями!

– С какими возмущениями? – слегка качнулась я, падая в кресло.

     Последние три дня меня то и дело посещала навязчивая мысль, будто я что-то должна была сделать, но совершенно не помнила, что именно.

     Разгадывать эту головоломку у меня абсолютно не было времени, а потому я махнула рукой на собственные игры разума, хоть и по несколько раз проверила, все ли домашние задания сделала.

     Так, например, доклад по «Истории Дарконии» на тему возникновения человеческих королевств я и вовсе проверила десять раз, потому что на следующей неделе он был моим самым важным заданием. Не хотелось упасть в грязь лицом по этому предмету. В конце концов, я же не просто дракон, я наследная принцесса этих самых земель.

– Как же? – смутилась Катина, поглядывая на меня с явным смятением. – Вчера дарая Леонта, как вы и приказали, разослала всем женихам, приславшим вам подарки, встречные презенты. Конечно, ткани на пошив прозрачных костюмов ушло гораздо больше, чем было запланировано казначеем, но Его Величество любезно подписал просьбу о дополнительном финансировании, так что швеи уложились в срок.

     Я ее не слышала.

     Перед моими глазами появлялась картина, которую, как в страшной сказке, пером не описать и краской не замазать. Устало прикрыв веки, я глубоко вдохнула, выдохнула и…

     Натурально взвыла, хватаясь за бедовую голову. Хотелось рвать волосы от бессилия, но желательно не свои, потому что свои было жалко. Хотя…

     Лысая принцесса наверняка имела бы куда меньше воздыхателей.

– Ваше Высочество, что с вами? Позвать целителя? – кинулась ко мне Катина, но я остановила ее жестом.

– Все пропало, милая Кати, – спокойно отозвалась, собираясь с силами, чтобы подняться. – Все пропало.

– Простите, моя дара, но я вас не понимаю. Что именно пропало?

– Сбегай, пожалуйста, до дараи Леонты, – проигнорировала я ее вопрос, не желая тратить драгоценное время, буквально утекающее сквозь пальцы подобно золотому песку. – Пусть выдаст один из прозрачных нарядов, которые надевали невесты. И еще… Во сколько начнется второй этап?

– Через час, – ответила она осторожно.

– Тогда мне нужны все свободные руки во дворце, бумага для писем и писчие принадлежности. Будем исправлять… великую глупость.

     Последнюю фразу я произнесла скорее для себя, чем для Катины, потому что оправдываться за собственные поступки ни перед кем не должна была, но произошедшее действительно являлось глупостью. Теперь я это отчетливо понимала, но изменить приказ под гнетом учебы попросту позабыла.

     «Расоведение» – безумно занимательный предмет. Что-то о наших ближайших и не очень соседях я уже знала от невыносимого черночешуйчатого, что-то почерпнула из книг, которые дарил мне мужчина, другое – из учебников, кои заучивала чуть ли не наизусть, но все самое интересное нам рассказывал именно преподаватель.

     Дакр Айгал говорил о том, о чем никогда не напишут в толстенных талмудах. Он открывал нам всю подноготную представителей других рас, касался не только описаний, но и ярких примеров из жизни, что случались на протяжении многих веков.

     Именно от этого дракона я узнала, как один из орков в свое время нанес непоправимое оскорбление представителям остальных земель. Желая проявить радушие, молодой глава клана подарил им меховые набедренные повязки, которые принесли самые красивые, по мнению орков, орчанки.

     Спорить с орчанками, вооруженными до зубов, было делом гиблым, а потому правителям пришлось примерить презенты тут же. Да только никто их не предупредил, что, как только меховушки прикроют венценосные задницы, шатры откроют, чтобы продемонстрировать всему клану расположенность монархов к орочьей культуре. И да, я бы хотела видеть лица правителей в тот самый момент.

     Скандал вышел знатный. Его итогом стало кровопролитное побоище, длившееся несколько десятков минут. Клан стерли с лица земли, чтобы остальным неповадно было, однако я даже не думала о том, что своим желанием насолить драконам могу нанести кому-то смертельную обиду. Обычную обиду – это да. От уязвленного самолюбия еще никто не умирал, но, как показала практика, прецеденты были.

     Если говорить начистоту, я вообще не думала о политической стороне вопроса, когда затевала второй тур таким, каким он предстанет перед всей Дарконией и представителями пока еще дружественных королевств. Просто не задумывалась, что существуют определенные устои, где человеческие девушки находятся на самой низкой ступени власти.

     Точнее, именно этот момент меня и не устраивал, но взглянуть на ситуацию с другой стороны я не желала. А надо было, потому что нарядить человеческих девушек и драконов в прозрачные наряды – это совсем не одно и то же.

     И если драконы еще могли бы меня простить, потому что их разум и чувство собственного достоинства затмевали жажда наследников и власти, то представители других рас на эту власть, и уж тем более на наследников, не слишком-то и рассчитывали.

     Но ведь подарки-то я получила и от них тоже, а значит, и встречные презенты вчера были разосланы по адресам, что наталкивает меня на очень нехорошие мысли, складывающиеся в одну-единственную фразу: «Все пропало!»

     Единственное, чего я никак не понимала, – как отец допустил, чтобы я своими руками устроила настоящий скандал? Его Величество наверняка понимал, чем обернется подобное распоряжение, но переубедить меня не пытался. Даже не посчитал нужным тонко намекнуть на толстое обстоятельство.

     Причиной тому могло быть чувство вины, которое мужчина испытывал по отношению ко мне. Нет, он не говорил об этом, но на прошлых выходных я и без того видела, как его гложет это мерзкое ощущение. Однако наши отношения никак не должны были влиять на моменты, касающиеся политики.

     Потакать моим прихотям в таких важных вопросах было попросту глупо – это понимала даже я. Не верила, что драконам позволено гораздо больше, чем другим расам, а значит, если не война нагрянет на наши земли, то отношения уж точно испортятся. И только великие знают, чем отцу придется откупаться за мою ошибку.

     За ошибку, которую я, исключительно уповая на чудо, намеревалась превратить в успех.

     Стояла у окна, наблюдая за парком, что был невероятно, удивительно тих в этот час. Зеленые кроны вековых деревьев медленно покачивались под теплыми потоками ветров. Яркая сочная трава устилала все пространство между дорожками, кое-где перекрываемая разноцветными клумбами.

     Сердце билось в груди часто-часто. От волнения мои ногти то и дело превращались в когти, а на коже рук выступали золотистые чешуйки, но только эти трансформации и выдавали мои истинные эмоции, тогда как внешне я старалась выглядеть спокойной, уверенной в себе и невозмутимой. Ежедневные медитации в академии для меня не проходили зря, хотя изначально я даже высмеяла этот предмет, считая его бесполезным. Теперь так не думала.

– Ну наконец-то! – облегченно выдохнула я, заслышав, как открылись створки, ведущие из гостиной в спальню.

– Признаться, совсем не ожидал, что вы будете настолько меня рады видеть… Ваше Высочество, – последнее обращение вошедший в мою спальню не просто прошипел – прорычал, не утаивая собственную ярость.

     Мгновенно обернувшись, я испуганно вскрикнула, но тут же прикрыла ладонью рот. Правда, передумав, сменила место дислокации собственных пальцев, чтобы не видеть чужое обнаженное тело.

     Обнаженное тело, местами прикрытое совершенно бесстыдным прозрачным голубоватым нарядом.

     И да, кажется, меня снова собирались убивать.