Глава 60. Тюфяк с соломой

Та же ночь:

Злата

Моя кровать, еще недавно казавшаяся вполне удобной, этой ночью напоминает тюфяк, набитый острой соломой. Кручусь и так и сяк, а удобного положения найти не могу.

Он был здесь, он меня ласкал, он чуть не сделал со мной то, к чему, как мне казалось, я еще совсем не готова.

«Не готова?»

Не готова!

Должен же он понять, что слишком гонит коней! Мы и помирились-то совсем недавно, сходили на одно свидание, которое закончилось приличным скандалом и… всё! «Процесс ухаживаний по версии Энгрина» завершен, пора в кровать.

«Ну кто так делает? Кто?!»

Только извращенцы, повернутые на сексе, кем он, собственно, и является. По-другому его и назвать-то никак нельзя.

Что-то мне ну никак не верится, что он изменил ко мне отношение. Раньше вел себя со мной как со шлюхой, и сейчас ровно такое же отношение. Если на то пошло, мог бы хоть как-то попытаться обставить наш повторный первый раз. Хоть бы добавил немного романтики. Свечи, шампанское, красивые слова… ну хоть что-то! Нет же, надо набрасываться на меня прямо на кухне, а потом придавливать собственным весом, чтобы точно не смогла сбежать.

Озабоченный! Неандерталец!

Может быть, он так настойчив, потому что мы уже были вместе? Для него вопрос, буду ли я с ним спать, даже и не вопрос вовсе. В уме он уже давно меня под себя положил и спросить забыл, надо ли оно мне вообще…

«А оно мне надо?»

Тело не против, даже очень. Только ум с телом в корне не согласен.

Для меня Артём — один сплошной ходячий стресс. Иногда мне кажется, что этот человек только и умеет, что командовать, распоряжаться чужими жизнями, моей в частности. Будто бы особое удовольствие от этого испытывает.

Я позволяла ему это, когда мы жили вместе. Но тогда мне казалось, что другого выбора нет. Я плыла по течению и старалась сделать всё, чтобы Артёму было хорошо. Однако если сейчас продолжить в том же духе, рискую прожить жизнь, делая хорошо всем, кроме себя. А как же я? Мне тоже нужно хоть немного хорошего!

Есть и еще кое-что — мне страшно. Очень, очень страшно от того, что стоит мне пустить Энгрина в свою душу и тело, как моя свободная жизнь закончится, даже не успев толком начаться. Он и сейчас не слишком обходителен, а дальше вообще будет со мной разговаривать только приказами. Как говорится, от чего ушла, к тому пришла.

Обиднее всего то, что я теперь, оказывается, себе доверять не могу. Пара поцелуев — и прыгай на меня, дорогой Артём, сколько душе твоей угодно.

«Я еще потерплю…» — вспомнились сказанные им в лифте слова.

Ой, что-то не верю я этому обещанию, совсем не верю…

Хватаю подушку и со всей силы начинаю стучать в нее кулаком.

— Златочка, ты чего там делаешь? — спрашивает из коридора Мария Ивановна.

Наверное, пошла в туалет и услышала, как я тут удар отрабатываю…