Глава 63. Дружеское послание или посыл
Через два дня:
Понедельник, 8 октября 2018 года
11:00
Артём
— Звони, падла!
Гипнотизирую лежащий на столе телефон уже десять минут, хотя пора собираться на рабочее совещание. Мои орлы придумывают слоган для нового крупного клиента, и я уже, честно говоря, начинаю жалеть, что мы его взяли. Умудрился взорвать мозг менеджеру, который с ним работает, потом главе отдела и, наконец, мне. Теперь вот лично курирую проект. Но что ни сделаешь для крупного кита, если он щедро оплачивает услуги. Знает, сволочь такая, что терпят его из природной жадности, и не скупится — мотает всей фирме нервы в свое удовольствие. Сильно сочувствую его домочадцам, если таковые имеются, хотя лично я в этом сомневаюсь.
Наконец раздается долгожданный звонок с неизвестного номера. Точнее, мне-то он известен, но записывать в телефонную книгу номер Златиного начальника я не стал.
— Алло! — отвечаю деловито.
— Это какой-то прикол? Шутка? — интересуется тот.
«Я взял тебя за причинное место, приятель, и тут уж не до шуток! Захочу — и оторвать могу!»
— Я не клоун, у меня другая специальность… — тяну нарочито медленно. — Как я уже обозначил в письме, у вас есть все шансы все-таки подписать контракт с Шоповаловым на тех условиях, которые вы согласовали ранее, если мы с вами договоримся по-дружески…
— Что вы хотите? — тут же спрашивает Подольский.
— Сущую малость! У меня один кадровый вопрос…
— Не понял!
— Говорю, один золотой кадровый вопрос… Вы недавно приняли на должность секретаря девушку, которая мне очень дорога…
— Это всё из-за Златы?! — голос оппонента резко грубеет. — Ну дорожишь ты ею, и что с того? Ни я, ни моя фирма не сделали ей ничего плохого!
— Мы на брудершафт не пили, так что переходить со мной на «ты» не стоит! А по поводу плохого… Не сделали, Дмитрий Олегович, и не сделаете! Потому что уже завтра она у вас работать не должна! Вот мое условие!
Подольский пропускает мое замечание по поводу обращения на «ты» мимо ушей.
— Ты хочешь, чтобы я ее уволил? Ты только что сказал, что ею дорожишь!
— Дорожу и делиться ею не собираюсь! Думаешь, я не понимаю, зачем ты ее нанял?! — тоже перехожу на «ты» раз человеку так больше нравится.
— Злата — не плитка шоколада, чтобы ею делиться. Вполне самостоятельная молодая девушка, и ей решать, с кем быть…
— Вот и будет решать вдали от твоей фирмы! У тебя время до вечера, иначе клиент уйдет, и фирма твоя к чертям обанкротится!
С чувством выполненного долга кладу трубку и иду на совещание.
Тогда же:
Злата
— Зайдите ко мне в кабинет! — слышу по громкой связи приказ Подольского.
Какой-то голос у него чересчур строгий.
«Я накосячила? Когда успела?!»
И двух дней не проработала, а на фирме какие-то неприятности, народ ходит как в воду опущенный, босс срывается на всех подряд. На меня, правда, еще не кричал. Но думаю, это только потому, что я новенькая. Наверное, вызывает, чтобы исправить ситуацию.
Боязливо открываю дверь кабинета. Дмитрий Олегович как всегда заседает за столом, уткнувшись в монитор ноутбука.
— Проходите, — рявкает он неожиданно грубо, и мои коленки начинают бодро трястись.
Крохотными шажками дохожу до середины комнаты и вдруг понимаю — дальше ступить не могу. Вот не могу, и всё тут. На пару с коленями начинают дрожать руки и даже, кажется, губы.
— Ну? Чего застряли?
Босс наконец открывает взгляд от монитора и смотрит на меня.
— Я… мне…
Просто цепенею под его взглядом. Выговорить больше ничего не могу, язык будто к нёбу прирастает. Отчего-то в голове раненой птицей бьется мысль, что он сейчас меня уволит.
«Но я ведь ничего плохого не сделала! Выполняла все поручения, варила кофе, раскладывала документы по папочкам…»
— Злата… — голос шефа почему-то хрипнет, он закашливается.
Этот самый кашель и уже отлично знакомый тяжелый взгляд внезапно отрезвляют меня. Босс ведь в первую очередь человек — и относиться к нему стоит по-человечески.
— Мне не нравится ваш кашель! — тут же заявляю. — Дмитрий Олегович, я знаю рецепт чудесного лечебного чая… Не бойтесь, ингредиенты строго натуральные, травы можно купить в аптеке. Моя приемная мать очень увлекалась фитотерапией и многому меня научила! Могу приготовить такой укрепляющий чай, что вы про свою простуду и думать забудете…
Он снова кашляет, еще пристальнее меня разглядывает. Будто заново решает, гожусь ли ему в сотрудники. Призываю на помощь всё свое очарование, растягиваю губы от уха до уха.
— Конечно, вам бы еще куриный супчик не помешал, но его в офисе не приготовить…
— Вы еще и готовить умеете? — усмехается он.
— Конечно! Я ведь женщина!
— В наше время половая принадлежность еще ни о чем не говорит…
— Дмитрий Олегович, а я вам спасибо хочу сказать!
— За что? — спрашивает он, щурясь.
— Как за что? Вы же в меня поверили, на работу взяли…
— А-а-а, это… — он поджимает губы, щурится. Видно, о чем-то напряженно думает, потом шумно вздыхает, машет рукой. — Ладно, идите, делайте свой чай!
Мои губы самопроизвольно растягиваются еще шире. Замечаю, что тень улыбки касается и губ шефа тоже.
«Надо же…»
Мне такая его реакция очень по душе.
— А зачем вы меня звали? — спрашиваю, тут же жалею, но слово не воробей.
Подольский смотрит на меня исподлобья, снова хмурится, а потом признается:
— Забыл, представляете? Вылетело из головы, и с концами… Заработался…
В этот же день ближе к вечеру:
Злата
«Делопроизводство, это тебе не просто так… Делопроизводством нужно заниматься!» — всё крутятся в голове слова Эллы, пока пытаюсь разобраться с обилием свалившейся на меня документации. До состояния просветления, когда понятно, что куда относится, мне еще как до Китая пешком, но я полна надежд.
«Бери скорее трубку, бери скорее трубку» — поет голосом Элвиса мой карман.
— Блин…
Пытаюсь быстро выхватить телефон и чуть не роняю его на пол. Надо срочно сменить мелодию звонка на Артёма и вообще ввести в привычку ставить телефон на вибро.
— Алло!
— Привет, моя хорошая, хочу забрать тебя с работы и отвезти домой, разрешишь? Обещаю в машине не приставать! Просто посидим, поболтаем…
— Да! Приезжай в шесть, — отвечаю коротко и убираю трубку в карман под строгим взглядом моей мучительницы, Эллы. Точнее она-то себя считает добрым и понимающим ангелом-хранителем, не меньше.
Мне придется трудиться с ней бок о бок еще две недели, поскольку она учит меня работать с документами. Приемная не настолько большая, чтобы нам обеим было достаточно места, поэтому сидим практически стол к столу.
— Трындеж по личным вопросам в твои рабочие обязанности не входил, Злата! — тут же принимается она меня поучать.
Как я поняла, любит это дело безмерно. Что ж поделаешь, у каждого свое хобби.
Когда бесконечный рабочий день подходит к концу, радостно сбегаю из офиса. Артём ждет меня на стоянке. Ужом заползаю в салон.
— Поцеловать можно? Или примешь за приставание? — спрашивает он с улыбкой.
— Целуй! — подставляю ему левую щеку.
Артём прикасается к ней губами и на некоторое время просто застывает. Потом обнимает меня за плечи, ненадолго стискивает и с видимой неохотой отпускает. Тянется на заднее сидение, достает бумажный пакет, кладет мне на колени.
— Это тебе!
— Договорились же без подарков!
Хоть и бурчу, а любопытство бежит впереди планеты всей. Открываю пакет, а там… кактус! Аккуратно его достаю. Он в небольшом цветочном горшке. Весь такой игольчато-пушистый, а сбоку крупный белый цветок. Он удивительный, этот цветок, какой-то неземной, завораживающий. Хочется смотреть на него не отрываясь.
— Почему ты решил подарить мне кактус?
— Ну… Я бы подарил тебе розы, но ты же запретила тратиться… А мне хотелось презентовать тебе цветок. Кактус я не покупал, этот товарищ жил в моем кабинете около полугода. Я его каждый день поливал, можно сказать, подарок хенд-мейд!
Он говорит это с таким апломбом и уверенностью… Если бы я не знала, что говорит совершенную чушь, непременно поверила бы.
— Прямо каждый день как ни приду в офис, так давай этого малыша поливать, чтобы поскорее зацвел… — с самой серьезной миной продолжает он.
Тут не выдерживаю, прыскаю смехом:
— Кактусы нельзя поливать каждый день! Они от этого умирают!
— Э-э-э… — Энгрин на какую-то секунду теряется, но быстро находится с ответом: — Ладно, поливал не я, но он действительно долго жил в моем офисе. Считай, почти член рабочей семьи, к тому же есть подозрение, что приносит удачу в бизнесе. Храни его!
— Спасибо, буду! — отвечаю с улыбкой.
Глядя на меня, Артем ненадолго застывает, прямо как мой босс сегодня днем. Есть в их взглядах что-то похожее, только не могу определить, что именно.
— Обожаю, когда ты вот так изнутри светишься… Ты — батарейка счастья… — вдруг говорит он и на этот раз целует меня в губы.
Этот его поцелуй невероятно нежный и вкусный. Я почти разочарована, когда он от меня отрывается.
— Ладно, поехали.
До дома добираемся до обидного быстро. Еще некоторое время просто сидим, болтаем, он держит меня за руку, и мне от его прикосновений хорошо и приятно. Даже кажется, что ему действительно интересен мой рассказ про секретарские будни. Просит рассказать о моей работе в подробностях.
— Наверняка у тебя день прошел интересней моего, — смеюсь.
— Ты что… Делопроизводство — это же круто! Это, можно сказать, соль жизни!
— Точно соль! От пота и слёз… пока этому делу учишься…
После получаса трепа ни о чем, он вдруг говорит:
— Я бы тебя на ужин пригласил, но ты ж запретила тратить на тебя деньги, так что… Пока, мое золотое солнышко!
Наклоняется ко мне, быстро целует в губы и открывает дверь.
— Пока! — шепчу в ответ, а сама еле заставляю себя выбраться из теплого, уютного салона.
Тогда же:
Артём
Да, это совсем не то, чего я ожидал. Моя золотая продолжает светиться счастьем и щебетать о замечательной фирме Fortune, что доказывает, что она до сих пор там работает. А это значит, кое-кто не выполнил своего обещания… И сейчас этот кое-кто получит по полной программе.
Звоню Подольскому раз, другой, третий. Он не берет трубку. Потом догадываюсь проверить почту и нахожу письмо от этого сморчка:
«Доброго времени суток!
Вынужден отказать вам в вашей просьбе, поскольку считаю ее неправомерной. Играть в вашу игру у меня нет никакого желания. Я вылез из песочницы лет двадцать пять назад, чего и вам советую.
С уважением,
Дмитрий Подольский»
— Ах ты упырь… — шиплю на телефон.
Из песочницы он вылез, видите ли. Бизнес — та же песочница, только играют здесь не игрушечными ведрами и лопатками. Здесь вполне реально могут закопать.
Тут же набираю номер одного нужного человечка из директорского состава фирмы, которую настроил против сотрудничества с Fortune. Но слышу то, чего совсем не ожидал:
— Сожалею, Артём Артёмович, но господин Подольский сегодня лично встретился с нашим шефом, и они пришли к консенсусу…
— Как?!
— Он дал скидку…
— Скидку?!
— Очень хорошую скидку… Сами понимаете, наш шеф — человек экономный…
Дальше уже не слушаю, нажимаю на отбой.
«Он, мать его так, дал очень хорошую скидку!»
Истинный смысл фразы меня не на шутку тревожит. Подольский предпочел серьезно урезать доход фирмы, но не увольнять мою Златку. Девчонка дорого ему обошлась, причем в буквальном смысле. Похоже, дела гораздо хуже, чем я думал, и тут совсем не мимолетный интерес…