Глава 28

Я все смотрю вниз на танцпол, и так и тянет меня глаза протереть.

Не верится, но, мать его ети! Движения… я считываю что-то, внутренне напрягаясь.

Нет, не так! У меня буквально все внутри кипит. Зверь рвется в битву. Чувствует…

Достаю из кармана телефон и делаю звонок.

— Ты выяснил?

— Босс. Мои ребята проверяют информацию по вашей новой помощнице. Я все по ней к вам на телефон скинул… — отвечает бодрый голос начальника службы безопасности.

— А есть связь между моей невестой и этой девушкой?

Задаю конкретный вопрос. Как говорится. Делаю контрольный выстрел.

— Выясняем, Руслан Юрьевич… но… дело… щепетильное… могу сказать точно, что Валентина Юрьевна в эскорте никогда не состояла. Мы копаем глубже. Мало ли… чем девки не шутят…

Пускает шутку, а вот я сжимаю челюсти.

Моя невеста досталась мне девственницей. Это я хорошо понял. Причем настоящей девственницей, а не из тех дамочек, которые, чтобы побольше денег получить, по нескольку раз зашиваются и выставляют свою девственность на торги.

В моем мире всякое бывает. Наслышан я достаточно. Многое видел.

— Хорошо. Работайте, — отвечаю спокойно, а сам… сам открываю информацию на гаджете и просматриваю. Ничего примечательного… кроме одной очень яркой детали.

Моя. Помощница. Рыжая!

Именно так…

Правда, личико скрывает за очками с толстыми линзами. Волосы затянуты в тугой жгут, да и снимок, что называется, мышиный, и плохого качества. Но.

Рыжий цвет я выделаю.

— Черт его дери…

Вновь бросаю взгляд на танцпол и подрываюсь. Черноволосая помощница вляпалась. Я это считываю и просто бросаюсь вниз.

Спускаюсь быстро, народ при виде моего бешеного выражения лица расступается, а я тараном на танцпол двигаю, где девица в ботфортах и в мини, кроме того, что всех мужиков заставила на себя слюни пускать, так еще и вляпалась так, что мало не покажется.

Уже почти приближаюсь к парочке, когда слышу отчаянный голос моей помощницы:

— Один мой звонок — и у вас будет проблем с гору, а потом присядете лет на двадцать, так что советую меня отпустить и не нарываться.

— И кому же ты намылилась звонить, крошка?! Удиви меня, — в ответ высокомерный и наглый голос моего конкурента.

— Тому, кто вас в бараний рог согнет не напрягаясь! — отвечает девчонка с такой уверенностью, что я чуть не присвистываю. Это кому же крошка намылилась звонить?

И сразу же в голове щелкает, а что, если девица подсадная?!

Что, если работает на кого-то?!

— Кто же твой покровитель?! — словно мои вопросы озвучивает лысоватый свин и надвигается на мою помощницу, которая не теряется и влепляет звонкую пощечину упырю.

Оказываюсь как можно ближе за считаные мгновения, чувствую тревогу и не ошибаюсь, когда урод заносит руку для удара.

Бешенство застилает взор, и я просто отпускаю тормоза, вмазываю упырю с размаха, а потом еще контрольным добиваю.

Валерка валится как куль и на меня в шоке смотрит, кровь с губы утирая.

Моргает, словно понять не может, что это я его завалил, а я на помощницу свою смотрю, взглядом прохожусь по ее фигурке замершей — и что-то нехорошее в груди моей голову поднимает.

Злость. Ярость. И еще что-то… что-то такое, отчего хочется закинуть девчонку на плечо и хорошенько шлепнуть по заднице, на которую она приключений нашла…

— Невзоров, ты чего творишь?! — вопит Валерка, а я отвечаю правду, как-то само собой получается:

— Защищаю свою собственность.

Мужик дар речи теряет, а я опять на помощницу свою смотрю. Трясется. Губы свои прикусывает, а меня… меня просто сносит.

Я этот жест нетерпеливый уже видел!

Видел!

У меня вообще фотографическая память.

Другое дело, что… не ждал я днем увидеть кое-кого в роли моей помощницы, а сейчас… на брюнетку смотрю и уже во всех позах ее имею, при этом хорошенько хочется надавать за вранье.

Иванов же поднимается. Бычится. Я его, считай, опустил прилюдно.

И щелкает у меня чуть с запозданием.

Этого оскорбления он девчонке не простит.

На меня зубы точить — без них останется, а вот на… Валентине…

Влипла девочка. Влипла.

Поэтому, когда Валерка начинает права качать, я четко линии ставлю, чтобы за них не зашел случайно:

— Надо же… Руслан Юрьевич, не знал, что девка под тобой, иначе бы не было такого недопонимания…

— Подо мной или нет, Валера. Вопрос в том, что негоже на женщин руку поднимать.

Иванов скоро ничем угрожать не сможет. Я решу с ним вопрос.

Отслеживаю краем уха крики вдалеке:

— Пожар! Пожар! Спасайтесь! Все на выход! Пожар!

Понимаю ситуацию и угрозу считываю в первую очередь для моей помощницы, которая в шоке.

Цепляю девчонку. На руки беру. Пищит. Боится. Но жмется…

Ко мне жмется, а я… даже сейчас, в творящемся ужасе, в вакханалии, которая происходит, я… опускаю голову и… принюхиваюсь.

Да, Невзоров. Крыша точняк протекла.

Иначе как это объяснить?!

А еще как объяснить то, что от девчонки несет свежестью и ароматом ванили, цветов и… тем самым мускусом, который я уже однажды чувствовал…

— Твою мать! — рявкаю зло, и девочка на моих руках сжимается сильнее, жмется ко мне как самый настоящий котенок.

Бросаю взгляд на своих ребят, которые помогают в толпе, сходящей с ума, пробиться.

А я… я вместо того чтобы собраться и думать, что и как делать дальше…

Прикрываю веки.

Принюхиваюсь. Отключаю зрение и реагирую иными органами, так сказать…

И…

Ярость голову поднимает.

Потому что… тело не обманешь…

Все понимаю. По щелчку. Если бы не завал в работе, я бы ухватился еще в офисе за то, о чем моя интуиция вопит.

Попала ты.

Тина-Валентина.

Ох как попала…

Одно мгновение, и я из клуба вывожу, в машину заталкиваю и стараюсь на нее не смотреть, потому что… в штанах все колом стоит, скажем так, и бесит меня ее отчаянная игра в непонимание.

Думаю о своем, пытаюсь отдалиться, собраться, чтобы не скрутить моей симпатичной помощнице шею.

Все уходит от прямых ответов. Юлит, а я зверею.

Она меня конкретно за дебила, что ли, принимает, который может не упомнить, с кем именно сексом занимался.

С этим моей Тине-Валентине конкретно не повезло. Я четко знаю, с кем сплю. И память у меня фотографическая.

Другое дело, что Валентина опять влипла. И девчонка совсем не понимает, в какие именно жернова попала. Тот Иванов, которого я размазал…

Решаю поиграть в эту игру. Раз уж моя помощница отчаянно играет в непонимание. Ну что же. Я тоже умею делать ходы.

Правда, забавно наблюдать за тем, как Валентина смотрит в окно, когда понимает, куда именно я ее привез.

Да, дорогая моя. Игра будет идти по моим правилам.

Веду девушку в мой дом, а сам наблюдаю за ней. Красивая. Длинноволосая. Ладненькая…

И глаза… фиолетовые… такой редкий и удивительный цвет…

Бесит! Все в ней бесит. Если эскорт, то с хрена она так трепетно дрожит?!

Если конкуренты подослали, то во что играет моя сбежавшая невеста на замену?!

Щелкаю пальцами и решаю посмотреть на реакции девчонки, которая в моем доме оказалась и явно храбрится, пытаясь не закричать от эмоций, которые ее переполняют.

— Я сказал Иванову, что вы, Валентина Юрьевна, подо мной, — проговариваю четко и смотрю в глаза девушки, вижу, как рот приоткрывает, как вдох делает.

Сочная. Аппетитная. Лживая?!

Неужели можно так играть?!

Думаю, нет.

— Я… не понимаю смысла этого словосочетания, господин Невзоров.

Верю. Вот тут верю. И довожу до сведенья.

— В мире бандита Иванова это обозначает тот факт, что женщина под мужчиной. В прямом смысле этого слова. Это означает, что для Иванова ты моя любовница. А моя любовница не может после клуба вернуться в затхлую коморку, которую снимает. Любовница Невзорова как минимум должна жить в моем пентхаусе, а в идеале…

Губы кусает, бросает на меня такие взгляды, что впору себя монстром почувствовать, а когда довожу до нее смысл, то и вовсе девчонка в обморок падает.

Прикрываю веки. Даю себе время. И… ей время даю.

Очень интересную игру ведет Валентина моя…

Поэтому я отпускаю девочку. А сам… сам отправляюсь в спортзал и принимаюсь выжимать по максимуму из своего тела.

Мне нужно выбросить лишнюю энергию. Злость, которая затапливает. Пар выпустить.

В идеале я бы сейчас продолжил выпускать пар с Тиной…

Мне понравилось с ней… даже не так… меня тянет… и не просто тянет.

Я не помню, чтобы испытывал такие бурлящие чувства к женщине… обычно разговор короткий, удовлетворяю физические потребности и просто выбрасываю из своей жизни.

Но с Тиной…

Валентиной…

Изначально все не так.

Стоит только подумать о девушке, о том, как двигалась в клубе, как бедрами вела, так сразу нашу ночь вспоминаю…

Ударяю со всей силы по груше, еще и еще, а потом иду в душ и становлюсь под холодные струи.

Стоит только выйти, как телефон пиликает входящим сообщением.

— Девочка чиста… — рапортует начальник службы безопасности.

Ну… ничего неожиданного…

Но мне просто чертовски интересно, как именно Тина оказалась во всем этом замешена, а рассказать свою историю может только она.

Правдиво рассказать, тогда…

— А что тогда, Невзоров?! — задаю вопрос, глядя на себя в зеркале.

Хороший вопрос. Я и сам не знаю. Но колечко, которое Тина оставила, как плевок в меня, я сохранил…

Почему?

Не знаю.

Просто впервые меня почти поимели. И кто?! Девчонка. Пусть ночью имел ее я и она кричала подо мной от наслаждения, но… удрала и… это даже вызывает уважение…

Сам не понимаю, как начинаю улыбаться.

Меня манит моя помощница, осознание, что в моем доме спит такая нежная девочка, чей запах и вкус я запомнил, будоражит…

Прикрываю веки. Делаю глубокий вдох.

И понимаю, что ни хрена я не засну. Поэтому напяливаю первые попавшиеся штаны и спускаюсь на кухню.

Мне нужно подумать, попить чего-нибудь холодненького и выкинуть девчонку из головы…

Иду на кухню, занимаю место за высокой столешницей и гипнотизирую бокал с холодной водой взглядом.

Мне очень хочется подняться и войти в спальню, которую заняла моя помощница. Я хочу ее. Хочу эту девушку. Немного странную. С огромными фиолетовыми глазами.

А еще…

Мне не нравится то, что она перекрасилась. Рыжулей мне Тина нравилась больше. Ее волосы — цвет огня, который живет в этой девочке-зажигалочке…

Еще до того, как Тина выдает свое присутствие, я ощущаю ее взгляд, ощущаю ее запах, у меня все тело напрягается, как если бы я готовился к прыжку.

Оборачиваюсь и чуть с высокого стула не падаю, когда помощницу свою вижу. Босая, в огромном халате, который ей совсем не по размеру, но… взгляд не это цепляет…

Мокрые длинные волосы, которые ниспадают по плечам моей помощницы.

Они уже не черные, а рыжие!

Те самые волосы, которые я наматывал на кулак, пока врывался в это податливое и нежное тело…

Делаю глубокий вдох, а вот моя помощница явно ни черта не понимает!

Но мать его ети, как?! Как она может стать вновь рыжей?! А главное — я просто считываю, что она не понимает, что именно сейчас произошло.

Скорее всего, краска у нее смылась и… она еще не поняла…

Единственное объяснение, кроме того, что, может, у Тины раздвоение личности.

Мало ли. С чем черт не шутит. Но… при одном только взгляде я понимаю, что Тина не поняла, что именно произошло.

А я… я не хочу ее отпускать, поэтому… просто чтобы задержать, заставляю сделать мне кофе, а сам…

Сам рассматриваю свою грациозную нимфу, ее волосы, фигурку, а еще… я залипаю на длинных ногах с очаровательными щиколотками и ступнями…

Я все помню. Каждую деталь на теле своей случайной невесты…

— Значит, Валентина Юрьевна, о невесте моей узнали из телевизора…

— Да, — ее голос едва слышен.

— Знаете, что у меня беда случилась…

— Какая беда?

Разворачивается и вновь смотрит на меня с опаской, в длинных пальчиках чушку кофе сжимает.

— Невеста сбежала…

Забавно краснеет. Отводит взгляд, и на мгновение кажется, что там слезы вспыхивают.

— Я… сожалею… Надеюсь, вы… ее найдете…

Чуть не реву зверем в голос, но вместо этого ловлю свою добычу, прижимаю к себе и выдыхаю ей в губы:

— Уже. Нашел. Тина.