21

Я даже зажмуриваюсь в первый момент, до того впечатлилась предположением моего сопровождающего о подводном чудище. Правда, я быстро даю себе мысленную оплеуху, нельзя полагаться на одного Торвальда, в экстремальных условиях все участники экспедиции должны быть на чеку в случае чего. И я открываю глаза, с удивлением обнаруживая, что мы уже поравнялись с серединой озерца. – Если очень страшно, можешь снова закрыть глаза, я выведу нас, – говорит Торвальд. – Нет, я буду страховать, нужно обоим быть на чеку, – возражаю я. – Хорошо, охраняй наши тылы, – в словах мужчины мне слышится веселье, но не злое, доброе. Я решаю не концентрироваться на этом, а всматриваться в окружающее пространство, а то сказала одно, а не выполняю. Впрочем, озерцо почти пройдено нами, я позволяю себе расслабиться, но, как оказывается совсем вскоре, зря. – Ой, – я оступаюсь на чуть–чуть, но моя нога тем не менее успевает соскользнуть и погрузиться в воду, основательно потревожив спокойную гладь той. – Я ловлю, – тут же вытягивает меня Торвальд, – не бойся, я рядом. – Спасибо, – бормочу, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. – Зато мы теперь знаем, что в воде нет никакого чудовища, иначе оно бы уже появилось, – добавляю в попытке разрядить обстановку. Выходит, откровенно говоря, не очень, потому что едва я заканчиваю фразу, вода озерца собирается в воронку, а на ее поверхности мелькает что–то темное… – Бежим! – кричит Торвальд и толкает меня вперед. Теперь он позади, прикрывает меня от непонятного нечто. Пусть он руководствуется заботой обо мне из корыстных побуждений, однако ведет себя как настоящий джентльмен. Я уверена, тот же Кристенсен не стал бы так себя вести, бежал бы впереди. – Свежий воздух, – произношу я, стоит мне вывалиться из ставшего под конец очень низким прохода. Последние метры нам пришлось бежать, сильно пригнувшись, особенно, Торвальду, он ведь выше меня. – Да, мы выбрались, ты умница, – произносит мой сопровождающий, бережно отодвигающий меня подальше от входа в тоннель. – Судя по звездам, уже середина ночи, а мы на улице, на холоде, частично промокшие. Отвратительный из меня ухажер, – он качает головой. – Если ты предложишь вернуться в сухость и относительное тепло пещеры и провести там остаток ночи, я откажусь, так и знай! – Леди Бритта отбросила официальность, снова, – усмехается Торвальд, тоже, как и я, переводя дух. – Да какая из меня леди, изгнанница и пленница разве что. – Такое тоже бывает, особенно на Севере, ничего не поделаешь, – пожимает плечами мой сопровождающий. – Ладно, иди сюда, ко мне, – он раскрывает руки для объятия. – Зачем это? – сразу настораживаюсь я. – Мне и тут нормально стоится. Одно дело прижиматься к нему при угрозе смертельной опасности, инстинкт самосохранения и не на такое натолкнет, лишь бы спасти своего носителя, но совсем другое прикасаться друг к другу вот так, под Луной, в относительно спокойной обстановке. – Иди говорю, не обижу, тебе понравится, – в нетерпении добавляет он. – Речь не о том, о чем ты подумала. – Прилично воспитанные дамы вообще ни о чем таком не думают! – тут же вспыхиваю я. – Тогда тем более иди, не бойся, мне проще сразу на двоих попытаться высушить одежду и согреть, а не по отдельности затрачивать силу. – Вы все–таки колдун? – удивляюсь я, мои брови сами по себе ползут к линии роста волос. – А ты снова стремишься к дистанции, – тяжело вздыхает Торвальд. – Ты идти–то будешь? И я решаюсь, в конце концов, что он мне сделает? Он меня не бросил, рисковал своей жизнью, пусть и из корыстных побуждений, хотя у любой корысти есть предел.