Глава 12

– Договор? – отпрянув, смотрю во все глаза на мужа. – Отлично. Я согласна, – цепляюсь за эту идею, как за спасительную соломинку.

Придумаю такие пункты и правила, что Жданов ко мне больше на пушечный выстрел не приблизится. Я заставлю этого оболтуса держать дистанцию, пусть даже между нами всё уже было.

И всё-таки, да или нет?

– Серьёзно? – округляет глаза в удивлении. – Неожиданно…

– Только я не буду подписывать то, что ты придумал, у меня тоже будут условия, – вскидываю подбородок.

– Мм, контролировать хочешь? Может, не стоит? У тебя это плохо получается, – хмыкает с недовольством.

– Что это значит? – спрашиваю хмуро. – Ты намекаешь на то, что я зря поехала в клуб? – будто я сама об этом не знаю – думаю про себя.

– Если бы только клуб, – укоризненно качает головой. – Ты даже за тем, что пьёшь, уследить не можешь.

– В смысле? – уточню настороженно.

Не совсем понимаю, что Стефан имеет в виду.

Я была уверена, что это он меня чем-то напоил, но в таком случае, зачем упрекать меня этим?

Странно…

– Скажи, ты совсем ничего не помнишь? – неожиданно уводит тему от договора совершенно в другую сторону. – Что было, когда ты ушла с Димкой?

– С кем? – выдыхаю в растерянности.

Во рту мгновенно пересыхает, а память услужливо рисует образ того парня, который увязался за мной в клубе и вежливо предложил мне воду, когда я хотела запить таблетку от головной боли.

Ой, дура…

Помню, как жарко мне стало уже через несколько минут, как я хотела выйти на воздух, но тот самый Дима повел меня совершенно в другом направлении.

А потом пришёл Стефан и увёл меня, но почему обо всём об этом я не вспомнила утром?

И муж, выходит, не виноват.

Ну, почти…

Потому что мне не мешало бы вспомнить и то, что было ночью.

– Я что-то помню… – облизываю пересохшие губы, отхожу от парня и опускаюсь на стул.

Мне не по себе от того, что мы всё это вот так обсуждаем. Но другого пути нет, мне нужно знать, что со мной произошло вчера, чтобы понимать, как действовать дальше.

– Прости, я, кажется, обвинила тебя зря… Это тот парень виноват, – закрываю покрасневшее лицо ладонями. – И я тоже виновата, – добавляю, подняв на парня виноватый взгляд.

– Обвинила? Аха, то есть ты решила, что я напоил тебя тем чудодейственным средством? – усмехнувшись, прислоняется пятой точкой к краю стола.

Складывает руки на широкой груди, слегка наклоняет голову и пристально смотрит на меня в ожидании ответа.

– Я не помнила ничего, или не хотела вспоминать, – развожу руками, – поэтому решила, что ты подлил мне что-то и потом… – плотно сжимаю губы, боясь вслух озвучить свои предположения.

– А потом трахнул тебя? Круто, чё, – вспыхнув, отталкивается от стола и отходит к противоположной стене.

«А разве нет?» – хочется спросить, но я благоразумно прикусываю свой болтливый язык.

А то со стороны скоро будет казаться, будто я и в самом деле мечтала о том, чтобы между нами что-то произошло.

– Ты знаешь, – Жданов резко разворачивается и упирается в меня недовольным взглядом. – А я не скажу тебе, что было вчера, мучайся от неизвестности и вспоминай сама.

– Но как… – я даже не нахожу в себе сил наорать на парня, потому что понимаю: отчасти он прав.

Не его вина, что я по глупости выпила непонятно что, а теперь ещё и «тут помню, тут не помню».

– Ладно, – выдавливаю, переступая через себя. – Пусть будет так, – отвечаю с напускным равнодушием.

Ну, не амнезия же у меня, в конце концов, раз вспомнила Диму, значит, и всё остальное постепенно вспомню.

– В общем, вечером обсудим договор, – бросает мне Стефан и, не прощаясь, уходит.

А я принимаюсь гуглить информацию на тему ощущений после первой близости. Читаю какие-то статьи, форумы, взрывая мозг противоречивой информацией. Кто-то говорит, что может нестерпимо болеть, другие утверждают, что при достаточном возбуждении вообще нет боли, и кому верить?

– Бред, – закрываю страницу и убираю телефон.

Уже пора открывать салон, а я тут ерундой занимаюсь.

И тут меня осеняет: про Димку я вспомнила почти без проблем, а что если остальное я не могу вспомнить, потому что ничего остального и не было?

Вполне может быть, ведь если бы Стефан добился своего, вряд ли стал бы это скрывать. Не упустил бы возможности похвастаться – это уж точно.

Так, убедив и успокоив себя немного, весь оставшийся день посвящаю работе. В обед звоню в клинику по поводу папы, а ближе к закрытию получаю сообщение от фиктивного мужа.

«Нас на ужин приглашали, ты помнишь? На свадьбе».

«Было что-то, помню смутно», – пишу и тут же стираю, заменяя сложное предложение лаконичным «да». А то подумает Жданов, что у меня постоянные проблемы с памятью.

«Отлично, нас ждут через неделю. Тебя нужно будет купить приличное платье», – шлёт очередную инструкцию, будто мы не сможем обсудить это позже.

– Да пошёл ты! – выплёвываю экрану телефона, но в ответ посылаю совершенно другое.

«Как скажешь», – ехидно скалюсь, выбиваю буквы на клавиатуре.

Я теперь тоже буду хитрить, как и Стеф. Ну, что ему стоило сказать мне правду? Ведь чем дальше, тем очевиднее факт, что между нами ничего не было.

Я чувствую себя хорошо, если не считать головной боли, которая преследовала меня в первой половине дня. Да и память моя благополучно восстановила картину вчерашнего вечера, ну, а провал в ночном промежутке ни что иное, как сон, уверена.

Но Жданову надо было потрепать мне нервы. Заставить маяться весь день от неизвестности, вспоминая и по крупицам собирая детальки пазла.

Думает, не смогу ответить ему тем же?

Смогу. Отвечу. Уже сегодня.

Ведь мы же будем вечером обсуждать условия нашего договора?

Я ему такие пункты придумаю – замучается соблюдать!