Глава 27

Как же Олег был зол!

Каким-то образом эта извращенка его переодела, ещё и свет выключила для пущего эффекта, наверно, а теперь смеётся как сумасшедшая.

Вот только Олегу было совсем не до смеха.

Радуется, злопакостная Пятница! Но ничего, он не собирался играть по её правилам! Он знал, что у богатых свои причуды, да и что рыжеволосая с придурью, тоже замечал. Так что винить стоило лишь себя: нечего было оставаться ночевать в её доме!

Орком она его захотела переодеть! От таких дамочек и их фантазий стоит держаться подальше.

Майя всё смеялась. Нервно, как душевно больной человек.

Олег тяжело вздохнул. Махнув на неадекватную рукой, он с трудом поднялся, тело слушалось кое-как. Словно оно не его, а на самом деле некого зеленого страшилы-великана.

Для начала Олег решил найти включатель. Он точно помнил, где тот располагался в гостиной. Вот только очень быстро пришло осознание, что эта комната существенно отличается. И не только потому, что все обычные предметы стали казаться меньше с высоты орочьего роста.

Олег кинул быстрый взгляд в Майю. Девушка уже не смеялась, сидела, обхватив колени руками и чуть раскаиваясь.

Не, такая хрупкая, она точно не смогла бы поднять здоровенного мужика и тем более оттащить его куда-то. Но как знать — может, в её элитном посёлке по первому зову прибегает помощник по хозяйству.

Последние воспоминания до потери сознания были мутными, но Майя определённо что-то делала с ним. Что-то… за гранью нормальности или, ещё хуже, за гранью реальности.

Память Олега яркой вспышкой показала, как он чувствует дикую слабость, а к Майе переходят едва видимые белые потоки.

Что бы это ни было, ему требовалось выслушать версию Майи, чтобы понять, верить ей или нет.

— Рассказывай! — грозно рыкнул он, вновь садясь напротив неё.

Девушка подняла на орка блуждающий рассредоточенный взгляд.

— И что ты хочешь услышать? — затряслась она, но не от страха, от нервов. — Что я энергетический вампир? Или что нас переместило неизвестно куда?

— Скажи ещё, что это ты превратила меня в чудище лесное, — переварив полученную информацию выдавил Олег, а Майя нервно икнула.

— Вполне возможно, — вспомнила она свои недавние мысли, — только не в чудище, а в тролля, точнее в орка.

— Вообще-то они родственники, — сказал Олег так, словно сейчас это было самым первостепенным. — Но откуда ж тебе, писака, знать, — не замедлил подколоть он. — О! — блеснул в полутьме его довольный оскал. — Вы ж в своих романах как раз таких любите, ну помимо блохастых, кровопийц и прочей нечисти. Да? Ну как, таким я тебе больше нравлюсь? — он изобразил заискивающую улыбочку и даже игриво подмигнул.

От этого юмора у Майи и вовсе пропали оставшиеся сомнения: это бесспорно был Олег. Тролль, он и когда орк — все равно тролль. Даже не понимает ещё, как сильно вляпался. Она-то, Майя, куда бы ни попала, осталась собой, а вот он…

— Ты мне вообще не нравишься, — буркнула девушка, — зато теперь твоя внешность соответствует сути, не зря я так на тебя думала, — не замедлила уколоть его в ответ. — А всё остальное, я смотрю, тебя не сильно смущает, — словно заразилась она его язвительностью.

— Ну, что ты вампирша — это даже ожидаемо, — орк издевательски сложил лапищи на могучей груди. — Но, — он чуть призадумался, прислушиваясь к внутренним ощущениям: первый шок прошел, а осознание оказалось не таким уж болезненным: в сверхъестественное Олег верил, а новая сущность орка похоже притупляла лишние переживания, еще бы — он ведь теперь идеальный воин, — да, - согласился с Майей, — не сильно, но смущает. Но вариантов два: или ты незаметно накачала меня наркотой, или мы действительно почему-то попали в другой мир. От обоих вариантов я не в восторге, но пока предпочту второй. А потому, — посерьезнел Олег, — я не против узнать побольше подробностей. Так что, давай, рассказывай уже про все свои темные дела!

Майя, чуть призадумалась. Рассказывать абсолютно всё она Олегу не собиралась, но в конце концов решила, что может приоткрыть ему несколько больше нежели кому другому.

— Я не всегда была такой, — проговорила она тихо и отчего-то робко, — разве что еще с самого детства чувствовала небывалый подъем сил, когда кто-то из подруг обижался на меня или радовался вместе со мной. Родители всегда говорили, что я необычная девочка. И что меня ждет великое будущее: я должна, просто обязана выйти в люди и их вытащить из той клоаки, где мы жили: коммуналки, кишащей соседями-алкашами и тараканами, последние даже приятнее были. Но сами родители для улучшения ничего особо не делали. Устраивали склоки меж собой, орали на меня, но чем старше я становилась, тем больше понимала, что от их криков мне не плохо, скорее напротив. А вот они, выплеснув в очередной раз негатив на подростка, заваливались спать без сил. «Ты зло воплоти» — так позже начали кричать они, заметив меня тихо крадущуюся во время их посиделок с соседями. В семнадцать, едва закончив школу, я скорее сбежала в общагу. Знаешь, моя соседка очень часто жаловалась на усталость. А вот мне как раз стало жить довольно легко. К тому времени я уже осознала, что могу различать, улавливать чужие эмоции. Я прочла немало соответствующей литературы, и поняла, что точно не являюсь эмпатом — они перенимают чувства, грубо говоря копируют их, плохо тебе — плохо эмпату. А я поглощала, обращала в свою пользу. Не могу сказать, что это мне прям так нравилось, скорее безысходность за горло хватала. Казалось, другого пути и не найти. Так проще. Так нужно меньше обычной еды, а это минус статья расходов, когда в кармане гуляет ветер. А потом, — Майя отвела взгляд, передернула плечами и на миг прикусила губу, — родители допились, догулялись, на пару с соседями, а на ту скромную грошовую комнатку положили глаз черные риелторы, — Майя зло усмехнулась, — которые и представить не могли, что молоденькая девчонка-студентка сможет дать отпор, помолоть в бюрократической машине, затаскать по судам и так вымотать нервы, что мало не покажется. Вырученные крохи я положила в банк под проценты. И дальше выживала, как могла: учеба, подработки. А на все это нужны были силы. Я искала пути…

— И в поисках дошла до того, что можно продавать любовную дичь. А бонусом выкачивать энергию удалённо, — понял Олег.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответила Майя.

— И почему продолжаешь сейчас? У тебя ведь теперь есть деньги и прочее, — он действительно не понимал её, однако в голосе орка совершенно не было злости.

— Это как зависимость, — Майя обхватила плечи и отвернулась, больше она ему ничего не скажет, и так слишком разоткровенничалась.

Как бы Олег ни хотел, он не мог винить эту девушку в том, что выбиралась из грязи как могла, что родилась такой. И что искала лучшей жизни. В конце концов, в этом они были даже в чем-то похожи: сам Олег предпочел частную практику, да, конечно, и там он продолжал лечить людей и делал это качественно, но все же альтруизма меньше. Но как иначе, когда и родителям помочь надо, и сестре. Воспоминания о Власте сдавили сердце.

— Только твоя зависимость других людей в кому вгоняет, — прошипел он.

— Неправда! — Майя резко повернулась и почти опалила его взглядом. — Да, Олег, — дернулось ее лицо, — я признаю, да, я выкачивала энергию, но не настолько, это просто не в моих силах, максимум, что грозило читателям — легкая головная боль! И да, я хотела выкачать энергию с тебя, потому то ты меня выбесил, — Майя чуть щелкнула зубами, замолкнув.

— Но, по классике жанра, что-то пошло не так, и мы переместились сюда, — фыркнул орк. — Ладно, — поднялся он и махнул лапой, приглашая за собой, — пошли, злосчастная, посмотрим, где мы, что и как. Не прозябать же тут.