Глава 49

Я сидела за столом в кабинете мужа и, перебирая свитки, сортировала их по двум корзинам из тонкого серебряного кружева. Развернув один, украшенный алой лентой и круглой печатью из синего кругляша с оттиском пузатой бутылочки, воскликнула:

– Опять?

– Я не сплю! – встрепенулся Демен.

Когда муж уселся на диванчике, на пол с громким стуком упала увесистая книга изменений законов Сорэндо.

– Если не хочешь, чтобы застукали за сладким сном над законами, храпи потише, – рассмеялась я.

– Чем ты так возмущена? – Зевнув, Демен потёр заспанное лицо и поднялся на ноги. – Очередной отказ из Сиола на предложение отменить церемониальную маску при торжественных приёмах? Или землевладельцы сопротивляются новым льготам на ренту для представителей некоторых рас?

– Хуже, – пожаловалась я и показала ему свиток. – Отец Полин снова требует вернуть моего ветреного брата в лоно семьи.

– Куда он сбежал на этот раз? – Демен провёл пятернёй по чёрным волосам, забавно взлохматив их. – Оправился на каменоломни или поспешил поднимать целину на окраине Сорэндо?

Выглядел Крылатый так мило, что я не удержалась и, привстав, чмокнула мужа.

– Или твой брат завёл интрижку? – нахмурился Демен.

– Нет, судя по тому, что ещё жив, – хихикнула я и снова, вскочив, поцеловала эрра. Теперь уже не спешила опускаться обратно в кресло. Призналась с нежностью: – Тебе очень идёт выглядеть заспанным. Ты кажешься уязвимым и домашним…

– Не отвлекайся, – усадил меня Демен. Взяв свиток, пробежался по нему взглядом. – Хм… Боюсь, это дело требует личного присутствия Повелителя и его супруги.

– Уи-и! – восторженно вскрикнула я и обняла мужа. – Я тебя люблю.

– Подожди, – снова отодвинулся он.

Распахнув шкатулочку из чёрного дерева, вынул объёмный свиток серебристого оттенка. Развернув, подхватил перо и педантично произнёс:

– Третье число пятого месяца сто двадцать первого года после великого переселения. Супруга Повелителя призналась в любви без принуждения или шантажа. – Протянул мне перо. – Подпиши.

Я рассмеялась, но всё же поставила свою подпись. В пятьсот двадцать третий раз. Демен заботливо свернул лист и, спрятав его обратно, распахнул объятия.

– Иди ко мне.

Я бросилась к эрру и, погладив его по груди, посмотрела с мольбой.

– Покажешь их?

– Мы вместе не первый год, но тебе не надоедает гладить мои крылья, – озадаченно покачал он головой.

– Я могу предъявить вам похожие претензии, мой Повелитель. – Я многозначительно кивнула на шкатулку.

– Как всегда права, – счастливо вздохнул он и прикрыл веки.

За спиной эрра засеребрилась магия и поплыли тёмные щупальца волшебного тумана. Превращаясь в мягкие пушистые перья, они очерчивали контуры огромных мощных крыльев сильнейшего мага Сорэндо.

– Невероятная красота, – наслаждаясь прикосновениями, прошептала я.

– Я заслужил награду? – выгнул бровь Демен.

– Безусловно.

Он постучал себя по щеке, и я потянулась губами, но Повелитель быстро повернулся и захватил их своими. Углубляя поцелуй, вжал меня в своё тело и…

– Мам, пап, она снова дразнится! – влетел в кабинет наш пятилетний сын.

– Эрр Родон, разве так полагается себя вести наследнику трона? – строго спросил Демен.

Малыш остановился, глянув на меня, подобрался и церемонно поклонился.

– Приветствую, мой Повелитель.

– То-то же, – растаял эрр.

– Пап, она снова меня дразнит! – Забыв про этикет, Родон бросился к отцу.

Демен подхватил сына на руки и сел на диван. В распахнутую дверь заглянула Каллия, виновато вжала вихрастую голову в плечи и исчезла. Я лишь покачала головой, а муж назидательно произнёс:

– Сестра младше тебя на полтора года. Твоя обязанность заботиться о ней и оберегать…

– Знаю, – перебил Родон, и в его голосе появились папины нотки. – Но она совершенно невыносима!

Мы рассмеялись, и я поманила Каллию, которая вновь виновато выглянула из-за двери.

– Что ты сделала, дочь?

– Её лицо менялось так быстро, что мне стало страшно, – пожаловался сын.

– Ты разозлилась, – погладила я Каллию по голове и легонько щёлкнула её по курносому носику. – Брат снова не понял, что ты хотела ему сказать? Поэтому ты вышла из себя и перестала контролировать силу метаморфа?

Она кивнула и показала Родону язык.

– Твоя сестрёнка из тех детей, которые начинают поздно говорить, – терпеливо объяснила я сыну. – Но это временно. Скоро она начнёт общаться как все остальные, и ваши ссоры прекратятся.

– Ваша мама так любит помечтать, – тихо рассмеялся Демен, а я нахмурилась. Он поднял руки, показывая ладони, будто сдавался. – Конечно, Каллия скоро заговорит. И ещё как заговорит! Если вспомнить, кто её мама, то мне становится страшно за всех молодых людей, которых она обведёт вокруг пальца. Я про ссоры! Вряд ли их станет меньше. Но…

Он посмотрел на надувшегося сына и проговорил:

– Пройдут годы, и ты будешь вспоминать общение со своей неугомонной сестрой как самое весёлое и счастливое время в своей жизни. Поверь папе. Общение с метаморфом незабываемо!

– А если не будете ссориться, мы с папой отвезём вас в гости к дяде Риарду и тёте Полин. У неё скоро родится тройня, и повитуха уже предрекла, что все три – девочки. Их строгий дедушка только и успевает, что следить за замком плодовитого метаморфа да пересчитывать своих многочисленных внучек… Ему совершенно некогда ловить сбежавшего от счастья папашу!

– Можно я полечу? – подскочил Родон. – Пап, ну пожалуйста! Я уже хорошо держусь в воздухе.

– Под моим присмотром, – милостиво разрешил Повелитель и подмигнул мне. – А если к нам присоединится и мама, то дяде Риарду не скрыться.

– Па-па! – возмущённо топнула Каллия.

И мы застыли в удивлении.

– Если скажешь это ещё раз, то я посажу тебя себе на шею, – счастливо прошептал Демен.

– Па-па, – старательно выговорила дочь.

Повелитель подхватил Каллию и закружил её по кабинету. Сын со смехом побежал за ними, а я подхватила свиток с просьбой о помощи и кинула взгляд на стеклянный ларец, в котором на алой подушечке уже несколько лет покоилась церемониальная серебряная маска Повелителя Крылатых.

В прошлом было много боли и недопонимания между нашими расами, но стоило нам перестать отгораживаться друг от друга, как мир начал меняться. Да, впереди ещё много работы, но уже никто не обвинит другого в происхождении. Существ судят по их делам.

Мир основан на доверии и любви.

А любовь – это истинная магия.