Глава 40. Женская интуиция

Глава 40. Женская интуиция

Хоть приём был назначен и на завтра, одну из гостий Теодор пригласил приехать уже сегодня — Августу. Он обратился к ней с просьбой — помочь навести последние штрихи в новоявленной картинной галерее, чтобы выставка сразила гостей. Однако Николетт догадывалась, что причина, скорее всего, в другом. Кто, как не Матис, который тоже прибыл на приём заранее, поспособствовал, чтобы брат организовал досрочный приезд Августы?

Но каковы бы ни были истинные причины, Николетт и Августа отнеслись к заданию ответственно. Они дотошно проверили, всё ли в порядке в галерее, и долго продумывали, куда бы пристроить неожиданно появившееся в коллекции Теодора новое полотно — сельхозпейзаж в силе упрощенизма. Картина очень выбивалась из общей тематики выставки и в итоге ей отвели место не на стене, а на стенде — прямо посреди галереи.

Матис всё это время лукавым лисом крутился рядом, изображая из себя пылкого любителя изобразительного искусства, и охотно выполнял любую физическую работу, объясняя тем, что все слуги заняты подготовкой к завтрашнему приёму. Наверно надеялся, что такая самоотверженная преданность делу заслужит достойную награду. А именно — прогулку по парку в сопровождении Августы. Но племянница короля приглашение не приняла, и Матису пришлось довольствоваться более скромным поощрением — её лучезарной улыбкой.

Вместо променада на свежем воздухе Августа отправилась в покои Николетт, где та собиралась познакомить её с захватывающей историей любви лорда Фамилиена.

Они уютно устроились на софе и принялись вдвоём изучать бумаги из папки Теодора. Кроме жизнеописания Фамилиена, там имелся ещё один интересный документ. Собственно, именно благодаря этому документу и было известно, что путь к тайнику сокрыт в магической тайнописи на картине.

Это был протокол констебля, в котором упоминалось о краже картины из замка Рош-ди-Вуар. Кража произошла ещё при жизни лорда Фамилиена. Он сам заявил о происшествии. Констебль отразил в протоколе, что картина, на которой изображён замок, имеет достаточно высокую художественную ценность, но не только. Фамилиен считал, что полотно было украдено по другой причине — из-за того, что на нём имелась магическая тайнопись, которая могла привести к тайнику. В тайнике спрятано самое ценное, что было у Фамилиена.

— Интересно, зачем лорд спрятал сокровища в тайнике? — Николетт вопросительно посмотрела на Августу. — Зачем придумал такой сложный способ до них добраться? Ведь считается, что он хотел передать их потомкам.

— Обычно так делают, когда хотят, чтобы наследство досталось кому-то определённому, но не досталось другому.

Николетт догадалась, на что намекает племянница короля.

— Думаешь, кроме законных наследников, у Фамилиена были и незаконные? Думаешь, у него могла быть связь с его экзотической птичкой, которая покорила сердце, и от этой связи появились дети? Это для них он спрятал самое ценное в тайнике?

У Николетт сердце сжалось от догадки. Так хотелось, чтобы судьба оказалась благосклонна к Фамилиену и подарила ему хотя бы немного счастья.

— Полагаю, такое вполне возможно, — согласилась Августа. — Жаль, что картина была украдена, и никто из потомков так и не получил то, что оставил им Фамилиен.

— Всё ещё можно исправить, — улыбнулась Николетт. — Теодор и Матис — ведь тоже потомки. Может, хотя бы они найдут пропавшую картину, а с помощью неё и сокровища Фамилиена?

— Боюсь, что лорд мог перенести тайник в другое место, когда картину украли. Вряд ли он хотел, чтобы похититель воспользовался подсказкой и добрался до тайника. Тогда искать полотно вообще бессмысленно.

— А может, и нет, — Николетт не хотелось терять надежды. — Возможно, Фамилиен не стал переносить тайник, потому что не боялся, что его тайнопись сможет расшифровать посторонний. А значит, до сих пор существует шанс разгадать эту старую загадку.

— Шанс есть всегда, — согласилась Августа. Блеск в глазах и уголок рта, приподнятый в авантюрной улыбке, говорили о том, что она совсем не прочь помочь Николетт в её поисках.

Если бы сгущающиеся сумерки не заглядывали в окно, предупреждая о позднем часе, то Августа и Николетт обязательно бы продолжили изучение документов. Но надвигающаяся ночь заставила их прощаться. Они договорились, что как только у них появится свободное время, снова вернутся к бумагам.

День завтра предстоял насыщенный — приезд Мариэллы, приём, открытие выставки, поэтому Николетт решила отправиться спать пораньше. Ночь ещё не отвоевала свои права у длинного весеннего вечера, а Николетт уже облачилась в кружевную сорочку и легла в кровать. Но сон не шёл. В голове каруселью крутились события сегодняшнего дня. И больше всего не давал покоя, конечно, тяжёлый разговор с генералом Дидье. Всё-таки откуда он узнал о том, что Николетт интересуется старой легендой? Теодор почему-то не поверил, что здесь, в замке, может действовать шпион генерала. А зря. Самой Николетт эта версия казалась вполне правдоподобной.

И чем дольше она над этой версией думала, тем больше находила доказательств в её пользу. В конце концов, Николетт так уверилась в своей правоте, что даже испытала лёгкую досаду на Теодора, что тот не оценил её гениальную догадку.

Воображение Николетт живо рисовало, как шпион рыскает по замку, а потом докладывает генералу все мельчайшие подробности жизни здешних обитателей. Особенно активизируется в вечернее время. Тенью снуёт по коридорам, прислоняя ухо к дверям, чтобы подслушать приватные разговоры.

Фантазия разыгралась настолько сильно, что Николетт начало казаться — она действительно слышит в вечерней тишине какой-то подозрительный шорох. Откуда он доносится? С улицы? Николетт навострила уши и затаилась. Нет, не с улицы. Кто-то стоит прямо под её дверью. Она ощущает его дыхание.

Страх и любопытство сцепились в её душе в непримиримой схватке, заставив потихоньку подняться с кровати и на цыпочках подойти к двери. В коридоре кто-то есть. Теперь она была уверена — отчётливо слышала шорох. Что этот кто-то там делает в такой поздний час? Если пришёл к Николетт, почему не стучится и не заходит? А потому что это соглядатай Дидье, и пришёл он — подслушивать. А Теодор ещё не верит в существование шпиона? И всё потому, что мужчины — упрямы и самоуверенны и недооценивают женскую интуицию и логику.

Коридор освещался тусклым светом ночных настенных светильников, поэтому разглядеть что-либо в замочную скважину было невозможно. Оставалось только слушать. Но и слушать долго не пришлось. Через несколько секунд шпион развернулся и направился по коридору прочь.

Эх! Если бы вычислить, кто это! Вот тогда Теодор бы понял, что женской логике нужно доверять. Николетт метнулась в ванную комнату, накинула на плечи халат и тихонько, не издав ни единого звука, выскользнула в коридор. Сейчас она проследит за тем, кто топтался у неё под дверью — опознает, кто это, убедится, что он действительно шпионит, и сдаст его Теодору.

Первое, что удалось выяснить — это мужчина. Николетт заметила, как мужской силуэт, крадучись, свернул в боковой коридор. Могучие плечи и высокий рост — может быть это Герасим, один из самых крепких слуг Теодора? Однако пока ничего нельзя было утверждать наверняка. Николетт на цыпочках последовала за ним…