Глава 22

Лиза

Я не была фанаткой настольных игр, как-то не было на них времени. Могла в компании иногда сыграть в Эллиас или Дженгу, но редко. Но даже я, с моими минимальными навыками, знала две вещи. Первая — Монополия могла занимать миллионы лет на одну игру, там не так просто закончить, скорее сдаётся кто-то, устав. Вторая заключалась в том, что лажать там просто невозможно.

Это не интеллектуальный опрос, где я могла включать дурочку. Не какие-то стратегии со сложными правилами и действиями. Просто двигайся по полю, покупай улицы. И на этом всё.

А ещё мысли никак не хотели складываться в чёткую картинку после того, что произошло между нами с Кириллом. То есть, Господи, он довёл меня до оргазма уже дважды. Этим утром!

А я не понимала, что со мной происходит. Я не была одной из тех девушек, которой непременно нужен парень. Или секс, куда уж без него. Весь мой опыт заключался в одной ночи с Ником, который особо ничем хорошим отличиться не мог.

И вот, Кир мой второй партнёр, если это так можно назвать. И я с разбега на те же грабли, сильно, ловко. Не разбираюсь, не пытаюсь построить нормальные отношения. Мало ли меня мальчиков звало на свидания?

А нет, мне нужны мудаки. Так, чтобы потом в своей же душе колупаться чайной ложечкой. И корить за то, что поддалась на это безумное влечение. Но когда он касался меня, когда смотрел — что-то во мне ломалось, точно.

Я же для него просто эскортница, шлюха, с которой не надо договариваться. Не хотела говорить правду, а теперь уже и не скажешь. Никаких доказательств, сама с ним переспала.

Ещё и бесплатно, хорошо же.

Господи, какие у меня идиотские мысли.

— Лиз, — виновник моих бед останавливает меня возле выхода из кухни. — Не хочешь поговорить?

— О чём нам с тобой говорить? Нас ждут.

— Ты на меня злишься?

— За твою дурацкую шутку в лесу? Нет, я просто в бешенстве. Поэтому не трогай меня, если не хочешь, чтобы идеальная невеста вернулась. Понял, меня? Кирилл!

Повышаю голос, потому что мужчина не отпускает. Наоборот, тянет за запястья на себя, обнимает за талию. И выглядит слишком решительным для того, чья ложь сейчас может раскрыться.

— Что ты от меня хочешь?

— Разговоров. Или извинений.

— Чего?!

— В плане, моих извинений тебе. Может, в ванной я немного передавил…

— Не может, а точно!

— Да ладно, Лиз, мы же не маленькие. Ты хочешь меня, я хочу тебя. Всё предельно ясно, разве нет?

Кирилл говорит как обычный мужчина. У них всё просто и понятно, никаких лишний мыслей и самобичевания. А мне же крутиться и думать, как выпутаться из паутины своей лжи.

Это ведь ни чем нормальным не закончится. Мы с ним. Ну, переспим пару раз на выходных. Может, потом ещё встретимся, когда Кир захочется секса и заедет ко мне.

Нет, подобное мне точно не нужно.

Как за пару дней можно было так запутаться?!

— Предельно ясно, что ты меня сейчас доводишь, Кир. Или ты всё-таки решил, что свадьба как раз для тебя и хочешь, чтобы я показалась перед твоими родными совсем другой?

— Подставишь саму себя, Лиз.

— Не подставлю. Это тебе разбираться с тем, как объяснять пропажу невесты. А я буду жить как раньше.

Нормально, адекватно, без ненужных приключений в виде всего этого. И Кирилл может хоть в мамин ресторан идти и что-то рассказывать. В крайнем случае, я совру, что это бывший парень-мудак, который недоволен нашим расставанием.

И почему я сразу об этом не подумала? Надо было ещё в прошлую пятницу это сделать и отвадить мужчину. Пускай бы на сайтах дальше себе невесту искал.

— Лиз, если я тебя обидел…

Я сама себя обидела.

— То я этого не хотел. Ладно? Хочешь пообещаю что больше к тебе пальцем не прикоснусь без разрешения?

— Ага, только членом?

Кир не сдерживает улыбку, выдавая себя с потрохами. Что за невозможный мужчина! Толкаю его, заставляя отступить, и несусь в гостиную к остальным. Там он не будет вести себя так нагло.

Отец Кирилла и Артём уже сдвинули диваны ближе к журнальному столу, чтобы всем было удобно дотягиваться до игральных фишек. В этот раз Кир занимает кресло, а я подлокотник рядом. Отсядь я на другой конец комнаты — это вызвало бы подозрения. А я всё-таки профессиональная не-эскортница.

— Не получится, Лиз!

Когда мне говорили, что Артём серьёзно относится к играм, я даже не представляла, что настолько. И жульничать мне тоже не даёт, хотя это единственное, что я смогла придумать.

— У тебя не хватает денег, — парень самодовольно улыбается, когда я пытаюсь купить Арбат. — Не лезь к деньгам Кирилла, это не по правилам.

— Он мой жених, всё его становится моим.

— С точки зрения закона, только после свадьбы.

— Объявляю нас мужем и женой. Ты согласен милый? — ловлю ладонь Кирилла, вызывая у того улыбку. — Согласен. А теперь дай мне денег. Я хочу Арбат.

— У тебя все разноцветные улицы.

— Я. Хочу. Тебе жалко что ли? Ты вот совсем меня не ценишь, да?

Кирилл подвигает ко мне свои кучки денег, позволяя взять столько, сколько нужно. Его семья косится, но я получаю то что хочу. И неважно, что у меня все карточки разноцветные, это детали.

— А ты всегда идёшь против правил? — Мари закатывает глаза, накручивая локоны на палец. — Это ты так своё неуважение проявляешь?

— Оу, Маш, ну ты чего. Это просто игра. И желаемого нужно добиваться любыми способами. Просто уйти куда-то, где проще — могут только слабаки, знаешь ли.

Факт, что Мари была невестой Кирилла всплыл на завтраке, до того, как пришел мужчина. И информация легла непонятным и неприятным осадком в душе. Так я здесь для того, чтобы позлить бывшую или для получения фирмы? Что на самом деле нужно мужчине?

— Правила же не просто так придуманы, — Артём хмурится недовольно, потому что сам хотел получить мой Арбат.

— Ой, конечно, поможешь? — подаю ему затертую бумагу с инструкцией. — Покажи, пожалуйста, пункт, где Кириллу запрещено одалживать деньги своей невесте.

— Да ладно, Артём, — Маша качает головой. — Лиза у нас модель, а некоторым сложно запоминать много информации сразу.

— Насколько я помню, ты тоже модель. В прошлом. Не сложилось или просто слабость к статусу «бывшая»? У всех свои слабости. Кто-то плохо играет в Монополию, а кто-то скачет из одной койки в…

— Хватит!

Иван Васильевич не выдерживает, с грохотом опуская чашку с кофе на журнальный столик. Стекло звенит, разрезай нагнетённую атмосферу в комнате. Добавляя острых углов.

— Ревность, Елизавета, проявлять неуместно.

— Что? Кир, а ты так и будешь молчать? Пока меня тут оскорбляют, — меня несёт, потому что самое главное перекрыть слова Ивана Васильевича. Ревностью тут и не пахло. Нет. — Тебе плевать на то, что…

— Тише, Лиз.

Он идиот.

И мудак.

И придурок.

И рушит мой план по тому, как сильнее настроить родных Кирилла против себя. Потому что мужчина тянет меня за руку, вынуждая упасть ему на колени. Прижимает к себе, не давая продолжить поток ссоры.

А мог бы ответить что-то, устроить скандал на глазах у других и всё бы сложилось замечательно. Ещё один повод бросить меня, за что его никто не осудит. А вместо этого он обнимает меня, касается пальцами влажным волос и улыбается.

Ну что за гад?

Пытаюсь незаметно ущипнуть мужчину за бок. Ну что он творит? Прижимает к себе, ещё и влажные волосы ерошит, так, чтобы наверняка убедить родных в том, что он хороший парень и что-то чувствует ко мне.

Или это его новый план? Показать себя ещё лучше, влюблённым, а я на его фоне буду выглядеть законченной стервой. Неплохая идея, но почему тогда он мне ничего не сказал?

Верчусь, потому что даже с настоящим парнем не позволила бы себе подобного. Такое открытое проявление чувств неприлично! Так можно сидеть наедине, прижиматься и даже не спорить, когда большой палец поглаживает выемку за ухом.

Но точно не при всех!

И не с Кириллом, конечно же.

— Нет, — мама Кирилла громко возмущается, и я понимаю, что игра продолжается. — У нас был уговор, что если ты попадаешь в тюрьму, то…

— Пусти, — шепчу, пока все отвлеклись на спор. — Что ты делаешь?

— Я? Успокаиваю свою ревнивую невесту, — мужчина прижимается губами к моему уху, шепчет, чтобы никто не услышал. Только у меня в месте, где он касается, можно почувствовать зашкаливающий пульс. Бьётся по всему телу, мешая соображать. — Чтобы она не натворила дел.

— Кажется, Кир, у тебя проблемы с памятью.

— Нет, но ты переигрываешь. Я бы оборвал такой шум, что я и сделал. Так что, просто сиди тихо и не вертись.

— А то что?

— А то сидеть станет твёрдо и неудобно.

Не понимаю о чём говорит Кирилл, пока тот не вжимается меня сильнее в себе. Проезжаюсь ягодицами по его паху и начинаю догадываться, чем именно угрожает мужчина.

— Маловата угроза будет, — шиплю, потому что последнее слово должно быть за мной. — Ну что, мой ход или как?

— Или, — Артём качает головой, подобно Кириллу успокаивая свою невесту. До банальной драки я бы не опукстилась, хотя пару прядей у неё лишние. — Мама всё ещё спорит с дедом за тюрьму. Это надолго.

— И глупо. Это просто игра.

Удар приходится в нужное место, брат Кира хмурится и явно недоволен моими словами. Я бы тоже отреагировала, если бы кто-то сказал что-то за сферу моды. Чувствую себя немного погано, переводя взгляд на Мари. Вот перед ней мне точно не стыдно. Сама начинает.

Как в детском саду, да. Но когда я встречаюсь с высокомерными людьми, которые во всём стараются задеть — любые оправдания подходят. И то, что она бывшая невеста Мари, только добавляет розжига в костёр.

— Дай ей передышку, — Кирилл улыбается, чувствую это, когда его губы ползут по шее. — Мари не привыкла к таким атакам.

— К мыслительным процессам она тоже не привыкла, да?

— Я сейчас правда решу, что ты ревнуешь, Лиз. Хотя мне это даже нравится.

— Перенравится. Было бы кого ревновать, прости Господи. Кир, милый. Меня волнует исключительно твои деньги и поскорее оказаться дома. Всё остальное — оставь при себе.

— Мне казалось, после оргазма ты должна быть ласковее.

— Кир!

Всё-таки изворачиваюсь, попадая локтем в бок мужчины. Тот тихо матерится, а после крепче прижимает к себе. Так, чтобы я совсем не могла пошевелить руками. Оказываюсь в коконе его тела и ничего не могу сделать.

Прекращаю тратить силы зря, прислоняюсь головой к его плечу. Ладно, пока нет других вариантов, это нужно принять. И он мягкий. И приятный запах парфюма. Вот сам мудак, но тело неплохое.

— Мой ход! — выкрикиваю, когда Кирилл собирается бросать кубики за меня. — Не смей, ты мой гениальный план сломаешь!

— Потратить все наши деньги? Ты мне ещё должна за Арбат.

— Дорогой, что я тебе должна — я же тебе и прощаю. Черт, — отвлекаюсь на звонок от Ярослава. — Играй, я вернусь скоро. Работа, понимаешь же. Явно важнее ваших… игрулек.

Ладно, если Артём проклянет меня к концу дня, то это точно будет заслужено. Даже злиться не буду. Выскакиваю на улицу, стягивая с вешалки чью-то кофту на молнии.

— Да, Ярослав Сергеевич, — нервничаю, кручу шнурки на капюшоне.

— Я говорил называть меня на «ты», просто Ярослав. Я не такой уж старый. Я хотел обсудить заказ, если удобно. Прости, что в выходной, но в понедельник будет мой представитель на фабрике.

— Конечно.

Отхожу к краю террасы, облокачиваясь на деревянные поручни. Дерево мокрое от моросящего дождя, в воздухе пахнет пылью.

Ярослав, владелец того самого шоу-рума, с которым я договаривалась на днях, удивительно толковый и сдержанный. Объясняет мне те нюансы работы с китайцами, до которых я бы не додумалась сама.

Почему в нашем мире нельзя просто заниматься любимым делом? Проектировать одежду, максимум, задумываться о моделях, на которых его демонстрировать. Нет же, нужно быть и директором, и пиарщиком, и швеей, и уборщицей тоже.

Обсуждаем с мужчиной замену цвета платья в случае чего, возможные варианты с материалом. Сейчас я погружаюсь в свою привычную среду, без ненужных игр и Кира под боком. Ничего лишнего, только я и моё любимое занятие.

— Спасибо большое, Ярослав, тогда буду ждать звоночка. До встречи.

Мы договариваемся встретиться на неделе, чтобы я могла просмотреть образцы и внести правки. Сама бы я никогда не смогла добиться ответа от китайский фабрик, не отправляясь в чужую страну с поездкой. А через посредника всё удивительно легко.

— Мы предпочитаем откладывать рабочие моменты до понедельника, — Иван Васильевич останавливается рядом, поджигая полусигару. — Куришь, Елизавета?

— Балуюсь, иногда.

— Осуждаю. Надо либо вообще не лезть, либо серьёзно ко всему относиться. Баловство должно было закончиться в детском саду.

— Это вы о курении или о Кире?

Иван Васильевич усмехается на имени внука, качает головой. И ничего не отвечает, протягивая мне лишнюю сигарету. Не отказываюсь, пускай думает, что хочет. У меня и так тут репутация уничтожена, не о чем переживать.

— Я обо всём. Ваше поколение любит мчаться за минутным удовольствием. И политика твоя — удобно — это бзик. В наше время вещи чинили, а не выбрасывали.

— А если я могу позволить себе купить новую, так зачем терпеть дырявый зонтик? Комфорт важен, как и внешняя красота.

— А что будет с красотой через сорок лет? Чай не обивка машины, не поменяешь. И можно купить новую, конечно. Но что если это коснётся тебя? Если кто-то решит, что ты износилась и надо другую?

— Ну вот пусть Кир и ищет себе другую. Мне брачный контракт не даст загрустить.

— Что ж это за отношения, где уже сразу настроены на развод? В нашей семье разводиться не принято.

— Я люблю нововведения, — улыбка получается слишком мягкой для той роли, которую я пыталась играть. — А если бы Кир застукал Мари с Артёмом после свадьбы? Тоже никаких разводов? Прикольно.

Затягиваюсь тяжелой сигарой, закашливаюсь и отгоняю дым от лица. С моим образом дурочки отлично вяжется. Только горло першит, слёзы накатывают.

— Деда, пытаешься мою невесту угробить? — Кир отбирает у меня полусигару, легко затягивается. — Так о чём болтали?

— Да вот, решали, если ты рухлядь — тебя на СТО или в утиль?

Иван Васильевич смеётся над выражением лица внука, направляясь подальше от нас. Отлично, может я ему намекнула уже, что Кир со мной будет не счастлив. И интересуют меня только деньги. И вообще не подхожу.

Чем быстрее семья мужчины это поймёт, тем быстрее я окажусь дома. С блокнотом для рисования, кофе с миндальным молоком и полной тишиной. А главное — никакого Кира рядом.

Который улыбается и толкает меня к перилам. С крыши срывается капля, затекая за воротник. Вздрагиваю, сильнее впечатываясь в крепкую мужскую грудь. Вздыхаю, понимая, что этот день длится мучительно долго.

— Я так полагаю, мне нужно доказывать, что я ещё не рухлядь?