Глава 33

Лиза

— Кир.

Шепчу, когда он толкает меня к кровати. Нетерпеливый, взрывной. Стаскивает одеяло, отправляя то на пол, скидывает туда же свои бумаги. Действует быстро, резко.

Я сама снимаю с себя одежду, опасаясь, что мужчина и с ней расправится жестоко. Кир выглядит так, будто был без женщины годами: взгляд замыленный, горящие глаза, стягивает джинсы вместе с боксерами.

И у него уже так стоит, хотя мы лишь целовались. Смотрю на налившийся член, каплю смазки на головке. Тянусь ладонью, вырывая из мужчины стон. А после прикасаюсь губами.

Мысли путаются, дыхание сгорает огненными вспышками, разрушая мои барьеры. Сейчас мне хочется почувствовать вкус мужчины на языке, терпкий, едва солоноватый.

Обхватываю головку губами, втягиваю полностью. Скольжу языком, чтобы Кир реагировал громче. Со мной творится что-то невообразимое, непонятное. И я этому поддаюсь.

— Бля, Лиз.

Его пальцы зарываются в мои волосы, надавливают, заставляют принять глубже. И несмотря на то, насколько возбужден Кирилл, он не двигается слишком быстро. Медленно входит в мой рот, давит членом на язык.

— Охрененно хорошо. Вот так.

Мне хочется съязвить, но это невозможно, когда уголки губ тянет из-за движений мужчины. Когда всё скручивается тугой нитью, прерывает дыхание. Я делаю минет и при этом сама возбуждаюсь.

Между ног жарко, вязко. Сжимаю бёдра, стараясь удержать возбуждение. Будто так оно не растечется ядом по телу, вызывая неконтролируемую дрожь. Мне и так невыносимо, а судя по взгляду мужчины, будет ещё хуже.

— Иди ко мне, Лиз.

Поднимает с кровати лишь для того, чтобы развернуть и уложить животом. Его ладони гладят плечи и спину, проходятся вместе с мурашками по позвоночнику. Сжимают бёдра, когда член проезжается по лону.

— Такая влажная.

— Кир, — прошу, не в силах терпеть и медлить. Мне нужно, чтобы он действовал так же, как и раздевался. Резко, быстро, хорошо. — Кирилл.

— Сейчас, Лиз, — целует мои плечи, шуршит фольгой. Складок касается тонкий латекс. Надавливает, собирается ворваться внутрь, но вдруг пропадает, а вместо этого появляется вес мужчины, когда меня вдавливают в кровать. — Бля. Прости, Лиз.

— Всё нормально.

Отзываюсь, не понимая, что случилось. За что он просит прощения? Он уже… Уже кончил? Или у него упал? Или вдруг вспомнил, что я девочка по вызову и ему стало противно?

— Лиз, — переворачивает меня обратно на спину, а я чувствую себя куклой в его руках. Которая, по непонятным причинам, влюбилась в своего кукловода. Что может быть печальнее? — Я не так хотел… Бля, по плану была прогулка и ресторан, и разговор.

— Ты много материшься.

— Прости, рядом с тобой немного срывает.

Касается лёгким поцелуем. Рассматривает меня, снова целует. А потом смотрит серьёзнее. На то, как я тяжело дышу, следит за капелькой пота, скатывающейся по телу.

Обхватываю его за шею, глажу по затылку, перебираю короткие тёмные волосы. И делаю то, что когда-то он хотел. Надавливаю пальцами на лопатки, веду по мощной спине, притягивая к себе ближе.

— Я не за этим приехал. Не просто трахнуться. Чёрт, моя привычка не материться при девушках с тобой не работает. Я собираюсь вернуть тебя в Москву, вместе со мной.

— Потом. Кирилл, перед тобой голая возбуждённая девушка, а ты обсуждаешь планы? Что с твоими мозгами?

— Поплыли.

Признаётся так просто и легко, ни капли не смущаясь. Это не признание в любви, но если Вельский потерял свою логику, если сорвался с работы ради поездки — это что-то значит.

И я целую его, впуская жаркия язык в рот. Стону, когда мужчина толкается в меня. Медленно заполняет, так же невыносимо медленно двигается, распирает меня.

Так разительно отличается с тем, как мы входили в номер. Вваливались, безумно целуясь, нетерпеливо и быстро. А сейчас всё плавно и нежно. И это не просто секс, я уверена.

— Кир!

Выгибаюсь ему навстречу, когда мужчина втягивает кожу на ключицах. Ускоряется, вбиваясь в меня. Тянет пальцы к моему клитору, трёт и надавливает, заставляя сжиматься на нём с каждой секундой всё сильнее.

Меня закручивает вихрем, затягивает в водоворот чувств. Желание, страсть, любовь и капелька злости. Что он так долго делал этот шаг, что так долго ехал ко мне. Его не было целую вечность, а я мысленно умирала без него. Каждую секунду порознь.

А теперь он рядом. Можно касаться, целовать, сжимать губами солёную кожу. Стонать, не скрываясь, впиваться пальцами в его руки, обхватывать торс. Давить, направлять, молча просить большего.

Меня сметает оргазмом внезапно и слишком быстро. Медленно скручивает, а после нить рвёт. Обдаёт жаром тело, шпарит между ног, выплескивается моим криком.

Тело принадлежит не мне, накрывает дымкой. Ничего не разглядеть, на глазах плотная пелена. Только голубые глаза Кирилла цепляют. Топят лучше любой воды, пока я захлёбываюсь чувствами.

Мужчина кончает следом, замирая во мне. Его плечи дрожат, губы сильнее давят на мои. Я растворяюсь в этом моменте, не желая думать о том, что принесёт нам разговор.

— Мне нужно в душ.

Заявляю, когда возвращается контроль над телом и голосом. Наблюдая, как Кир выбрасывает в урну использованный презерватив, жадно пьёт воду. Потягиваясь, разминаю мышцы. Я двигаюсь к краю кровати, но меня тянут обратно.

— Кирилл! Не наглей.

— Потом, вместе сходим. Сейчас я хочу поговорить.

— Вельский, не знаешь что ли? Это девочки любят болтать после секса, а не мужчины. Не примеряй себе чужие роли.

— И всё равно. Я скажу один раз, а ты выслушаешь. И решишь, что ты там хочешь.

— И это никак не подождёт пять минут, пока я сполоснусь?

— Нет, потому что потом ты отправишь в душ меня. А сама быстро соберешься и сбежишь.

— Не собираюсь я сбегать, так просто ты от меня не избавишься.

Говорю правду, потому что действительно нужно всё расставить по местам. Моя игра слишком затянулась, если я даже не попытаюсь сделать шаг навстречу, то никогда себе не прощу. Это ведь просто.

Просто не творить глупостей и быть честной.

Лежу на спине, пока Кир нависает. Убирает мои волосы, обводит пальцами контур губ. Надавливает, а я чувствую, как возбуждение накатывает новой волной. Слабой, незаметной, но лишь вопрос времени когда мужчина вызовет цунами.

— Ты слушаешь и киваешь, Лиз.

— Звучит угрожающе.

— Так и есть. Ты завязываешь со своей работой, полностью. Я не буду шариться по сайтам, искать анкеты, проверять телефон. Полное доверие, Лиз. Но ты заканчиваешь это всё. Умная же девушка, должна понимать, что ни к чему это не приведёт. Ты — моя девушка, и я не собираюсь ни с кем делить.

— Кир…

— Помолчи, я договорю. Я мудак, признаю. Мне стоило изначально всё обсудить, а не отпускать тебя. Впредь, если я найду какую-то анкету, то поговорим. Но если это будет не фейк, Лиз, если решишь дальше быть в эскорте, то это будет финишем.

— Кир, послушай, я не…

— Лиза! Слушаешь и киваешь, помнишь? — киваю, видимо, это всё, что мне сейчас можно. — Отлично. Я бы предложил тебе переехать ко мне и закрыть вопрос с квартирой, но ты скажешь…

— Притормози, Кир. Мы ещё даже не вместе, а ты уже о переезде?

— Не вместе?

— Ты сам сказал, что ты говоришь, а я потом решаю.

Пытаюсь пожать плечами, но двигаться сложно, когда на тебе лежит взрослый мужчина. Получается лишь дёрнуться, а потом вскрикнуть, когда Кир кусает мою мочку уха.

— А ещё сказал, помолчать. Но да, притормозить. В общем, чтобы ты не крутила глупые мысли и даже не задумывалась вернуться к прошлой работе, я оплачу квартиру до конца года. И остальное…

— Кир, ты сейчас пытаешься дать мне деньги, чтобы я спала исключительно с тобой? Тебе не кажется, что это как-то…

— Лиз, я тебя не пытаюсь купить. Просто привожу выгоду для обеих сторон. Во избежания любых инцидентов. Кстати, брак строится на том же принципе.

— Дурак ты, Вельский.

— Хватит звать меня по фамилии. Кажется, ты прекрасно знаешь моё имя. По-крайне мере, стонешь ты его довольно громко. Так что, Лиз, сейчас время соглашаться и решать. Мы закрываем вопрос с тобой работой и недопонимания, больше не обсуждаем. И мы вместе. Можешь кивнуть.

— Кир.

У меня не получается сдержать радостный смех. Почему-то мне так хорошо на душе, легко. Тяну к себе, прижимаюсь. Скольжу губами по щеке, ощутимо киваю.

Кирилл здесь и его не волнует моё прошлое в эскорте. Пусть я там и не работала, но мужчина не даёт рассказать правду. И ему будто всё равно. Не плевать, это же очевидно, но он закрывает главу, идёт дальше. И готов принять меня любой.

И от этого становится всё проще. Если уж Кирилл закрыл глаза на эскорт, то все мои остальные погрешности пройдут мимо. Его поступок — как доказательство чувств, что не просто на раз.

— Послушай, по поводу моей работы…

— Ничего не слушаю, всё в прошлом.

— Нет, я хотела сказать, что когда мы встретились в ресторане, ты…

— Я не хочу говорить об этом. Закрыли тему, Лиз.

— Я не…

Кир не даёт договорить, утягивает в жаркий поцелуй. А после откидывается на спину и тянет к себе, чтобы оказалась сверху. И чувствую упирающийся в живот член, который доходчиво показывает, что сейчас мужчина хочет.

Невыносимый! Наглый! Не позволяет всё рассказать, когда я только дошла до этой темы. Ладно, не хочет знать, его проблемы. Почему-то понимаю, что объяснить мне не дадут.

Тогда пойдём тяжелой артиллерией.

И познакомим Кира с тем, кого он принял за моего папика.