Глава 35

Кирилл

Сразу перебираю в голове миллионы вариантов, как выпроводить незваного мужчину. Или увести Лизу под надуманным предлогом, чтобы они не пересеклись.

Когда я сказал Лизе, что мы закрываем тему эскорта, был уверен, что так действительно и будет. Не учёл, что Москва это маленькая деревня, да и виделась она не с простыми людьми.

Думал, что у меня будет больше времени найти выход из ситуации, что-то обсудить. Если правда всплывёт, то девушка будет нервничать больше всех. Я найду способ заткнуть рты остальным, чтобы никакая информация не стала достоянием общественности.

Но моя семья узнает, и это, на самом деле, ударит больше по Лизе. Она перед сегодняшней встречей нервничала, а потом…

В любом случае, плаща невидимки у меня нет. Кажется, у этого депутатишки была жена. И ему самому не выгодно, чтобы всё всплыло. А если хоть слово попробует сказать — я его закопаю.

— Главное не нервничай, — шепчу на ухо девушки, опускаясь на соседний стул. — Я рядом.

— Да я уже успокоилась, это же твоя…

Давится словами, когда видит мужчину. Крепко сжимает мою ладонь под столом, переводит взгляд с него и на меня, на всех окружающих. И что-то в Лизе меняется.

Выпрямляет спину, вздергивает подбородок. И с такой решительностью в суд не идут, как она кивает депутату. Всё с той же грацией принцессы, которая в ней завораживала.

— Виктор Леонидович, — представляется мужчина, протягивая мне руку. Крепко жму, мысленно посылая сигналы. Только рот открой в сторону моей Лизы. — Ваш дед много рассказывал. Планирую постройку нового дома, хочу чтобы именно Вы курировали весь процесс.

— Не уверен, проектов много. Боюсь, не смогу уделить вам время, — потому что я случайно обрушу потолок. Этот мужик бесит самим фактом своего существования. Что знаком с Лизой, что касался её, а теперь смотрит. — Уверен, другие специалисты фирмы займутся с тем же рвением.

— Кирилл, не говори ерунды, — Иван Васильевич усаживается напротив меня, Виктор — напротив Лизы. — Естественно ты возьмёшь этот проект приоритетным.

Киваю, чтобы не привлекать внимания. И расслабляюсь, видя, что Лиза легко улыбается. Не нервничает, только разворачивается ко мне, будто хочет что-то сказать, но замолкает.

Вот надо было сегодня этому случиться? Когда она впервые действительно хочет понравиться родным, а тут такие гости. Незваные. Крепко сжимаю ладонь Лизы, заказываю нам бутылку вина.

Но Виктор мои надежды оправдывает. Ни словом, ни взглядом не говорит ничего лишнего. Хочется курить, но сдерживаю себя. Разве что утащив девушку вместе с собой.

И шанс предоставляется, когда мужская часть семьи собирается на улицу. Виктор что-то обсуждает с моей матерью, Мари непривычно отмалчивается, хмурясь весь вечер. А я тяну Лизу с собой.

— Курить, Елизавета, вредно, — дед заводит привычную шарманку, поджигая себе сигарету. — Вижу, у вас всё решилось?

— Да. А я на старших равняюсь, — Лиза кивает на сигарету, улыбается. — Пример беру.

— Ну ты ещё с Владислава возьми привычку по ночам не есть.

— Учитывая наш график, — говорю, притягиваю к себе девушку, курю с её рук. Пошловато, не при семье — но так плевать. У меня нервы, мне можно. — Только ночью и есть.

— Да, дурного ничего не исправит. Я думал раз невеста дома, то ты хоть в офисе перестанешь ночевать. А нет, за собой Елизавету утащил.

— Не невеста, — Лиза откидывается на меня, и теперь я уверен, что всё хорошо. — Раз мы расстались на время, то решили не спешить.

Иван Васильевич закатывает глаза, отправляя окурок в урну. И чувствую, что потом всё выслушаю за это «не спешить». Деда ведь не исправить, если почувствовал, что твой человек — нечего медлить. Мы с Артёмом, по меркам семьи, и так знатно затянули.

Мари вот уже сколько времени в статусе невесты ходит, что у меня, что у него. А я с Лизой, пусть отчёт и начался заново с Парижа, две недели непонятно чем занимаюсь. Вместо того чтобы кольцевать.

— Ты напряженный, — Лиза разворачивается в объятиях, когда остальный возвращаются в ресторан. — Кир, послушай, по поводу сегодняшнего гостя…

— Ничего не говори, всё нормально. Он ничего не скажет, а потом я отдам проект кому-то другому.

— Кир, ты…

Затыкаю поцелуем, потому что самый действенный способ. Последние дни Лиза уже всё поняла, не открывала тему, но теперь вот снова завелась. Может, мне надо было выслушать, раз её это волнует, не игнорировать прошлое.

Но бля… Даже к прошлому её невыносимо ревновал, вообще не хотел знать о том, что у неё кто-то был. И понимал, что веду себя как мудак, но остановиться не мог. Мари никогда так не волновала, но с Лизой…

— Кир, ты меня послушай, хорошо? — упирается ладошками в плечи, поднимается на носочки. — Вот просто послушай, чтобы не психовать лишний раз.

— Дома, Лиз. Кстати, по поводу того, чтобы не психовать — ты так и не сказала, что переезжаешь ко мне.

— А ты не объяснил зачем. Мы встречаемся от силы две недели.

— Ровно две, как раз.

— Хорошо, ровно две недели. Кир, ты со всеми так своими девушками съезжаешься?

— Нет, но блин, Лиз, у нас с тобой график адский. У меня работа, дополнительные проекты нарисовали. У тебя: учёба, блог, встречи ради бренда. И если будем жить вместе, то сможем часто видеться. Я не обещаю, что буду приезжать домой вовремя или все выходные проводить с тобой. Но так четыре часа лучше чем ноль?

— Ну не знаю, — ведёт пальчиком по моей руке, улыбается довольно. — Смотря как ты за эти четыре часа меня убедишь.

Лиза вперемешку со смехом выпускает последнюю струйку дыма, поправляет платье. Смотрит на меня весело, легко. Расслабилась от того, что всем плевать на её перемены в поведении.

— Закажешь мне кофе? С молоком. Я ещё немного постою тут, там душно совсем.

Киваю, кофе с молоком, не проблема. Себе бы коньяк плеснул, но на машине. Специально взял, чтобы не пить ничего. Завтра первый нормальный выходной, не собираюсь даже секунду мучаться с похмельем.

Так-с, а кофе миндальное или кокосовое? Она и то, и то любит. Кокосовое вроде больше, но когда заказывал с миндальным — не спорила. Попал ты, Вельский, если о таких мелочах переживаешь.

Но торможу, иду к ней обратно. И слышу разговор:

— И как ты долго с ним встречаешься? — строгий голос, злой. Не на повышенных тонах, но на грани. — Отвечай, Лиз.

— Давно. Недавно. Вчера. Какая разница?

— Мне знать не надо?!

— Ну, я не знала, когда ты жену себе брал.

— Лиза! Не шути мне тут этим. Я в курсе должен быть. Вчера звонил, почему не сказала?

Вчера? Вчера, блядь? И как часто она с бывшими клиентами говорит?

Я прогоняю в памяти всё, что мне говорила Лиза вчера. О звонках точно не упоминала. А до этого? Тоже созванивались? И как часто? Ревностью жутко кроет.

Понимать начинаю, почему и дед, и отец бегом тащили под венец девушек. Так больше шансов, что не уведут. Потому что бить депутата — последнее дело, завтра проверки повалят, подкинут что-то. Но ради Лизы не страшно, если ей самой оно надо.

Не понимаю, вообще нихера не понимаю. Такой ступор был только когда впервые смету увидел, не понимал что к чему. И вот теперь с Лизой. Потому что с ней ещё сложнее разобраться, чем с чертежами.

Не выглядела она как та, кто отказалась от лёгких денег. Не вздрагивала от звонков, не спешила куда-то. Даже изначально, когда фальшивой невестой представлял — жаловалась на график, упрекала, но не срывалась с места просто так. Блин, я бы решил, что тут что-то не чисто, не похожа она на классическую девочку по вызову.

Но Лиза сама всё подтвердила, не раз. Сильнее только запутывала меня.

— Не надо, — уклоняется от руки Виктора, хмурится. — Ты знал, что я тут буду?

— Знал. Решил, что пора этот фарс заканчивать уже. Ты ведь взрослая девка уже, а так себя ведёшь. Лиз, я не шарю, что с тобой происходит, но надо взрослеть. И поговорить нормально.

— Я тебе всё сказала, когда ты свою мымру замуж взял. Прости, что не подстроилась под твою новую жизнь.

А в голосе такая обида, что мне дурно становится. Нехорошо подслушивать, надо выйти и всё по местам расставить. Чтобы к моей Лизе не лез и сваливал.

Но стою истуканом. Не думал, что может так под дых ударить от мысли, что девушка что-то чувствует к этому хрычу. Может, в ней ревность сыграла, что на другой женился, а я под руку попал?

Херня, сразу отметаю.

— Лиз, ну хватит тебе дуться, в жизни так бывает.

— Я всё могу понять. А измену — нет, ты уж прости. Так бывает.

— Лиза!

— Лиз, — зову её, потому что хрен там позволю кому-то повышать голос на свою девушку. — Проблемы?

— Нет, Кир, всё хорошо.

Она заметно расслабляется, заметив меня. Опускает плечи, прекращает заламывать пальцы. Улыбается и делает шаг, но замирает. Вижу, какие мысли мечутся у неё в голове.

Да, Лиза говорила, что первый шаг делать не будет. Я не гордый, сам тяну её к себе. Обнимаю за талию, с вызовом смотрю на Виктора. Ну, что он теперь скажет? Дальше будет продолжать гнуть свою линию, расскажет мне о прошлом девушки или смолчит?

— Нас уже заждались в ресторане. Пойдём?

— Нет, подожди, я поговорить хотела…

— Пойдём, — тяну её, потому что точно не готов сейчас слушать обо всём. Может когда-то никогда. — Давай, Лиз.

— Грабли убрал! — Виктор хмурится. — Она тебе сказала, что никуда не пойдёт.

— Вы ещё кулаками помашите. Тебе может не нравится мой выбор, — явно передразнивает, но говорит серьёзно. И прижимается, ко мне ближе, успокаивая. — И мне плавать. Не потому, что ты не слушал меня. Просто я с Киром, всё. Вы можете хоть ненавидеть друг друга, пожалуйста. Но я сейчас вас правильно представлю друг другу, вы пожмёте руки и сделает вид, что подружились.

— Лиза!

— Всё, я сказала. Это Кирилл, мой парень. Кир, это Самойлов Виктор Леонидович, мой папа. Теперь пожмите руки.

Под давлением жму, что-то говорю. Но в мысля бардак конкретный, ничего не соображаю. Обтекаю, пока в висках бьется «отец». Мелодичным голоском Лизы, чтобы мне легче не было.

Девушка выпроваживает отца — отца, охренеть! — и разворачивается ко мне. Мягко сжимает ладони, откидывается на деревянные перила. Внимательно смотрит, но молчит.

— Я пыталась сказать, но ты вечно перебиваешь.

— Вот теперь — слушаю. Что за…

— Это мой отец. Ты был прав, когда сказал, что видел меня с папиком. Ну, в плане, с папой. Ты меня выбесил тогда, а деньги были нужны. Так что…

— Отец. Ты мне сейчас хочешь сказать, что конкретно тот случай был ошибкой? Или вообще не работала в эскорте?

— Вообще? — спрашивает неуверенно, опуская взгляд. А потом вскидывается в привычном жесте самозащиты. — Прости, Кир, разбиваю твой розовый мир, что исправил потерянную девушку, вернул её к жизни и всё такое.

— Лиз, меня другое волнует.

— Это что-то меняет? То, что я не была девушкой по вызову — меняет твоё отношение ко мне?

Чувствую себя дебилом. Стою, молчу, потому что нечего сказать. Только кроет злостью на самого себя. Что не увидел сразу, не понял. Лиза ведь, на самом деле, не похожа на прожженных девиц, которые гоняются за деньгами. Если её с Мари сопоставить, то тут уж бывшая невеста скорее подойдёт на роль.

Но я готов был принять Лизу и с грязным прошлым. У всех есть бывшие, просто у неё было их чуть больше. Не так волновало, на самом деле. Просто чуть больше ревности.

— Я поняла, Вельский. Мне пора, сам сказал, что нас ждут.

— Подожди ты.

Прижимаю, целую. Не знаю, как всё ей объяснить. Потому что конечно меняет. И не меняет одновременно. В голове каша, даром, что собираюсь фирмой управлять. Тут не так просто разобраться, признаться в собственных ошибках.

— Меняет. И даже в худшую сторону, — хмурится, не реагирует на короткие поцелуи. — Моё мнение о самом себе. Я знал, что мудак. Знал, что могу обидеть какой-то фразой, о которой не задумывался. Но где-то была мысль, что ты простишь. Закрыли глаза на прошлое, всё по новой.

— А теперь?

— А теперь я думаю, что простить ты меня не сможешь. За то, что дебил такой. Но, Лиз, зачем было врать?

— Ты принял меня за девочку по вызову. Я подыграла. Ну и была мысль, что ты перестанешь лезть к эскортнице. Глупая затея, признаю. Потом я злилась на нас двоих, что ты вроде как смирился, а потом с Ромчиком… А дальше ты мне не давал даже слова сказать. Я думала познакомить тебя с отцом завтра, чтобы ты сам всё понял. Чуток ускорились события.

— Значит, — усмехаюсь, опуская ладони на её задницу. — Пыталась отшить меня так? Попала ты, Лиз. Потому что от меня теперь никак не отделаешься.