Глава 12

Через пару дней… Свадьба будет через пару дней. Коршунов так сказал. И я уверена, что он своё обещание непременно воплотит в жизнь. Как мужчина планирует организовать столь масштабное торжество в такие кратчайшие сроки, меня мало волнует. Меня волнует, как мне избежать участи стать его добычей. Он же на меня едва слюной не капает, дикое животное. И эти укусы в шею, от которых хочется кричать. Причём совершенно не из-за боли. Потому что мне не больно. Мне… Нет, такое я даже себе в мыслях сказать не могу. Сижу на кровати и думаю, что дальше делать. Илья ушёл. Спасибо, не стал меня ещё больше смущать. Он всё время подходит к грани, но в последний момент будто чувствует, что перегибает и останавливается. Здесь отличная звукоизоляция, поэтому я могла бы даже поплакать о своём незавидном будущем, но вместо этого я прислушиваюсь. Мне послышалось, или снизу донёсся женский развязный смех? Мгновенно подскакиваю на ноги, причём сама не до конца понимаю, почему так переполошилась. Наверное, мне просто непривычно слышать кого-то ещё, кроме Ильи, в этом доме. На цыпочках выбираюсь из комнаты. – А-ха, – снова доносится снизу так громко, будто та, которая сейчас смеётся, пытается привлечь как можно больше внимания. Только концерт на одного зрителя рассчитан, ведь кроме Ильи никого в доме нет. Я не в счёт. Подхожу к лестнице, спускаюсь на несколько ступенек вниз, но так, чтобы меня из гостиной не было видно. – Илья, ты такой душка, – томно вздыхает грудастая блондинка. На шпильках она почти одного роста с Коршуновым, в то время, как я ему до груди едва достаю. Конечно, он будет со мной, как с букашкой безмолвной и не имеющей право голоса обращаться. Я и есть в его глазах букашка. – Присаживайся, – судя по всему, предлагает мужчина. Его почти не слышно, но по поведению парочки не сложно додумать. Они рассаживаются в креслах, Илья со столика подаёт девице бокал с красным содержимым. Блонда перекидывает ногу на ногу, как бы невзначай демонстрируя край чулок. Я не вижу сверху подробностей, но почему-то уверена, что подобная фифа только с такой целью и может ногами размахивать. Лишь бы побольше внимания привлечь. И меня это почему-то дико злит. Раз уж решил жениться на мне, какого всяких в дом водит? Пусть я не хочу этого брака, но делать из себя посмешище не позволю. Уверенно и решительно спускаюсь по ступенькам вниз. И плевать, что на мне лишь футболка сейчас, причём я не могу понять, почему именно это мужская футболка. Илья купил для меня вещи, мог ведь одеть во что-то женское, что за бред? Но об этом я спрашивать не стану. Скажет: давай сниму, если тебе не нравится. Он может, с него станется. Да и блонда эта пусть видит, что у нас более чем близкие отношения. На последней ступеньке неожиданно возникшая боль в повреждённой ноге вдруг напоминает о себе. Я запинаюсь, тихонько взвизгнув, чем привлекаю к себе внимание. И Илья, и эта его фифа, как по заказу, поворачивают ко мне головы. Девушка окидывает оценивающим взглядом. А Коршунов… В его глазах читается явное недоумение. – Добрый вечер, – натянуто улыбаюсь, перебирая пальчиками в воздухе. – Точнее, ночь, – мой голос стухает. Вмиг понимаю, как глупо сейчас выгляжу. Как ревнивая баба, не иначе. Ясно же, что по рабочим или каким-либо другим вопросам ночью домой к мужчине не являются. А значит, эта фифа пришла с одной конкретной целью. Дать мужчине то, что я дать не в состоянии. Хочется снова оказаться в комнате, которую по неизвестно откуда взявшейся привычке называю своей. Запереться изнутри и сидеть там тихой мышкой. Но обратной дороги нет, я спустилась вниз, и убежать будет ещё большей глупостью. Окончательным фиаско. Коршунов хмурится, вместо того, чтобы представить меня своей гостью. То есть, я для него пустое место, очевидно же. А зачем жениться тогда собрался? Несёт чушь про месть, а сам под юбку пытается залезть. Мне кажется, так нельзя, если нет никаких чувств к человеку. Но у мужчин, вероятно, своя взгляд на жизнь в общем. И на близость в частности. Собрав в кулак остатки силы воли, я с гордым видом собственницы выпрямляюсь и дефилирую к креслу, на котором сидит Илья. Робко опускаю ладонь на спинку массивной кожаной мебели. Раз уж затеяла эту игру, теперь придётся идти до конца. Открываю рот, чтобы представиться, но ни слова сказать не успеваю. Коршунов делает это за меня. – Знакомься, Анжела. Это Эвелина, моя невеста, – не без гордости в голосе произносит мужчина. Девушка напротив морщится, будто что-то кислое проглотила. Снова оценивающе меня осматривает и отставляет бокал с напитком, который только успела пригубить, обратно на столик. – Ой, – бросает выразительный взгляд на старинные настенные часы. Меня раздражает, что она знает, где находятся часы. Не замешкалась, не полезла в сумочку за телефоном. Она посмотрела точно в том направлении, где у Ильи в гостиной висят часы. Была тут не раз, значит. – Мне пора уже, – поёт елейным голосом. – Не провожай, – поднимается и сама выходит в прихожую. Чуть позже раздаётся хлопок тяжёлой входной двери, и мы с Коршуновым остаётся одни. – Кажется, я испортила тебе вечер, – мой голос буквально сочится ехидством. – Забей, – сурово цедит мужчина. – Мне так неловко, – не знаю, зачем подначиваю Илью, но мне доставляет некоторое удовольствие хоть в чём-то его обойти, задеть. И уже спустя пару секунд я понимаю, что зря. Я снова поступила, как дура. – Ты легко можешь исправить свою ошибку, – неожиданно впивается в мою ладонь сильными пальцами, поднимается выше, хватает за локоть, дёргает на себя и ловко усаживает на колени. Его лицо застывает от моих губ в непростительной близости…