Глава 2

 Я лежала с открытыми глазами и рассматривала знакомый до последней трещинки потолок. Колдун был прав - во время сна ко мне пришли воспоминания этого тела.

Было кое-что, меня сильно смущающее. Лазарус утверждал, что я и есть та самая душа, что когда-то покинула это тело, вот только никакого подтверждения этому я так и не нашла, хотя и вспомнила довольно много.

Конечно, воспоминания о далеком детстве были сильно смазанными, будто бы покрытыми туманом, но кое-что я всё-таки смогла разобрать. Например, я узнала, что действительно принадлежу к народу альваров. В моих воспоминаниях вокруг меня было много высоких - хотя это и понятно, всё же я тогда была совсем ребенком - светловолосых и каких-то прямо-таки нереальных людей.

Я не могу толком вспомнить, что там произошло, просто в какой-то момент воспоминания сменяются дикой скачкой, какими-то криками, вспышками, а после я будто куда-то ныряю. Сильный гул, ощущения упругого воздуха, больше похожего на воду. Следующее, что я вижу - это лицо сильно встревоженного и немного растерянного Лазаруса.

Это были самые первые воспоминания этого тела, которые достались мне. Не знаю, смогу ли я еще что-то вспомнить, но на данный момент из самого раннего больше ничего не было.

Теперь я знаю, что эта девушка - или лучше говорить о ней как о себе? - занималась тем, что собирала всевозможные лекарственные травы для Лазаруса. Вроде бы простая работа, вот только целебные растения порой растут в таких местах, что требуется не только сила, но и ловкость. Селена почти всё своё время проводила в горах, едва не ползая по скалам, доставая самые редкие и оттого очень нужные травы.

Хотя кому они тут нужны, мне лично не очень понятно. Как я поняла, это место давно уже отделено от всего остального мира. Поначалу люди даже обрадовались, но потом стало ясно, что в такой изоляции ничего хорошего нет. Когда-то большая деревня попросту выродилась. Сейчас в ней живёт лишь несколько стариков, доживающих свой век. Самыми молодыми из них были Лазарус и тот, кто держал стадо овец. Хотя, как он говорил сам, держит он его больше для развлечения, чем для пользы. Именно поэтому всё в доме, включая пол, было буквально затянуто шкурами.

Да, в этом месте стареют позже, но пройдёт еще десяток-другой лет - и здесь никого не останется.

Раньше Селена не думала, почему всё так, она вообще мало думала и что-то анализировала. Она слушала рассказы Лазаруса, который, кстати, непонятно как оказался в этом месте, доставала травы, бродила по округе, исследовала горы. Она даже видела край Пояса. Правда, так ни разу и не пересекла черту.

Думаю, именно благодаря такой активности, тело девушки хорошо развито. Лазить по горам не так-то просто.

Ещё я знаю кучу рецептов, которые можно изготовить из трав. Знаю, как убить черного бортора или достать из болота цветущую махилию. Вообще, Лазарус любил рассказывать Селене разные истории, и не только Лазарус, а Селена любила слушать их. Старики пусть и прожили свою жизнь в этом месте, но у них были отцы и деды, так что всяких семейных историй накопилось достаточно. Селену в деревне по-своему любили. Пусть дом у нее на самой окраине, но это только потому, что ей самой так захотелось. И я с ней отчасти согласна. Отсюда действительно хороший вид.

Как бы Лазарус ни утверждал, что она и я - это один и тот же человек, но у меня нет его уверенности. Но, наверное, надо всё-таки думать о жизни Селены как о своей. Просто чтобы не путаться.

Поднявшись, новым взглядом осмотрела комнату, понимая, что теперь она мне не кажется непонятной и чужой. Я точно знаю, что где лежит и как этим пользоваться.

Вздохнула, отбрасывая одеяло. Найдя небольшой гребень, расплела косу, причесалась, а потом умылась холодной водой. Хоть я и проснулась, но небольшая сонливость еще была.

Я так и не поняла, как мне ко всему этому относиться. Честно говоря, немного растерялась. Всё было таким странным и непонятным, что мне хотелось сесть в угол и заплакать. Привычная жизнь в одно мгновение рухнула, даже, скорее, исчезла, словно и не было ничего. Но я ведь помню! Помню, что звали меня не Селена, а Елена Викторовна.

Зажмурилась на мгновение. Колкий страх, забравшийся в сердце, скрутил внутренности. Что теперь делать? Искать дорогу назад? Зачем? Конечно, у меня были там люди, к которым я быхотела вернуться. Вот только не ясно, сколько займут поиски пути обратно. Стоит ли вообще тратить на это время? А если я потрачу многие годы, а выход так и не найду? Совсем не хотелось очнуться под старость лет и понять, что потратила жизнь на поиск способа вернуться, а в итоге так и осталась ни с чем.

Ладно, буду жить и попутно поглядывать по сторонам. Получится - отлично! А если нет, то ничего не поделаешь.

Немного подумав, решила, что нужно идти к колдуну и говорить с ним. Оставаться в этой деревне смысла не было. Со стариками, конечно, уютно и хорошо, но это тело молодое, ему необходима совсем другая жизнь. Мне интересно, что там снаружи. Хотелось бы узнать мир поближе, поглядеть на людей. А ведь, говорят, тут живут не только люди. Да и колдовство. Очень уж оно меня заинтересовало.

Не знаю, существуют ли люди, которым было бы неинтересно иметь какие-нибудь способности. Я уж точно не из их числа. Да, тот скачок зрения меня вчера перепугал, но это только от неожиданности.

Надо рассказать колдуну, может, он что-то знает на этот счет. Да и о колдовстве он рассказывал, но все его истории были просто приключениями, без всяких подробностей.

Решив, что первым делом надо поговорить с колдуном, я натянула тулуп, запахнулась и вышла на улицу.

Да, сейчас тут что-то вроде местной зимы. Пусть мы и находимся близко к горам, но холоднее, чем сейчас, бывает очень редко. Обычно можно обойтись и вовсе без верхней одежды. Хотя надо сказать, что и летом тут не жарко. По крайней мере, я помню, что и летом в горах я лазала в тех же штанах, свитере и безрукавке. Здесь, в деревне, штаны меняла на юбку.

Окинув взглядом окрестности, вдохнула полной грудью. Погода стояла пасмурная. Небо серое, холодное, легкий ветер, едва заметная крошка снега, падающая из низких облаков. Из труб в избах шёл дым. Всё правильно, из всех домов только пять осталось жилых, в прочих жить больше некому. Еще немного - и этот небольшой карман, укрытый со всех сторон Хаосом, и вовсе обезлюдеет. Интересно, колдун уйдёт? Всё-таки для человека, способного к колдовству, его возраст небольшой. Он сам говорил, что может прожить еще очень долго.

По моим ощущениям было не больше минус двух-трех градусов. Постояв еще с минуту, пошагала в сторону дома колдуна. В любом случае находиться одной в доме было совершенно скучно. Да и не продуктивно. Нужно что-то делать, узнавать больше, а не сидеть затворницей.

Когда я почти дошла до дома, то ощутила, как что-то внутри меня словно дёрнулось. Я остановилась, прислушиваясь к своему телу. Нахмурилась. Ничего подобного я раньше не ощущала. Ни в этом теле, ни в своей прошлой жизни.

Вот опять!

Было похоже на то, будто некто подцепил что-то у меня в солнечном сплетении и сейчас аккуратно дергает, словно проверяет. Я даже могла безошибочно указать направление, куда тянулась «леска». И оно было противоположным от гор.

Постояв немного, я выдохнула. Вроде прекратилось. И что это такое было?

Рано я расслабилась.

Стоило мне сделать шаг, как меня так дёрнуло, что мне показалось, из груди выдрали кусок мяса. Под рёбрами что-то то ли взорвалось, то ли вспыхнуло. Я вскрикнула, падая на колени. Дрожащими руками распахнула тулуп, готовая увидеть, как свитер пропитывает кровь. Внутри всё жгло и дёргало, но никакой крови я не нашла.

- Что случилось?

Я подняла голову, встречаясь взглядом с черными встревоженными глазами колдуна. Сказать я ничего не могла. Мне казалось, стоит открыть рот, как из него хлынет кровь. Я словно ощущала призрачный вкус железа. Готова поклясться, что даже чувствовала, как рот наполняется кровью.

- Боль... но, - прошептала я, снова с удивлением понимая, что никакой крови во рту нет.

Всё это закончилось так же стремительно, как и началось. Уже спустя пару минут я сидела на земле, глупо хлопая ресницами, и с непониманием смотрела на Лазаруса.

- Прошло... - сказала, ощупывая себя. - Это вы сделали?

- Нет, - колдун выпрямился и покачал головой. Только сейчас заметила, что он без верхней одежды. - Я даже толком не сообразил, отчего тебя лечить. Так что нет, это точно не я. А что с тобой было?

Я поднялась, отряхнулась, принимаясь рассказывать о боли, которая недавно меня терзала. Пока шли к дому колдуна, я прислушивалась к себе, боясь повторения. Боли не было, даже её отголоска, вот только я отчетливо ощущала, как что-то меня всё-таки тянет в ту сторону, где сидит «рыболов». Какое-то неясное и почти незаметное томление во всем теле, едва уловимое желание встать и немедленно куда-то пойти. Впрочем, почему куда-то? Я точно знала направление, в котором мне сейчас хотелось двинуться.

Закусила губу, с тревогой посматривая в ту сторону. Странное чувство затопило меня с головой, едва не заставляя заплакать. Такое бывает, когда по кому-то сильно, невыносимо скучаешь. Кого-то ждешь и хочешь немедленно видеть. О ком-то волнуешься и за кого-то боишься.

Я тут же пересказала свои ощущения Лазарусу. Всё-таки он тут единственный «доктор».

- Проходи, - колдун открыл дверь, пропуская меня вперед. Сам, войдя следом, скинул сапоги и прошёл к столу. Оглядевшись, я тоже сняла сапожки, понимая, что пачкать шкуры на полу не хочется. - Ешь, - сказал он, ставя передо мной горшочек с чем-то вроде мясного супа.

Я хотела отказаться, объяснив, что совсем недавно позавтракала, но замолчала на полуслове, понимая, что действительно хочу есть.

Колдун же, пока я ела горячий, невероятно вкусный суп, водил надо мной ладонями, что-то при этом бормотал и с каждым мгновением становился все более хмурым.

Остановившись, он прошёл к громадному сундуку, откинул крышку и принялся в нём рыться. Я с интересом смотрела, как он достает одну за другой какие-то даже на вид старые книги. Я уверена, что любой музей в моей прошлой жизни с радостью бы взял эти книги себе.

Когда горка книг стала внушительной, Лазарус остановился, задумчиво изучая книгу в руках. Я тоже с любопытством оглядела ее. По мне, так она ничем не отличалась от любой другой в этой куче.

Колдун же открыл книгу и быстро пролистал её до самой середины, принимаясь вчитываться в написанные строчки.

Вздохнув, Лазарус подошёл к столу. Убрав пустой горшочек, он положил книгу передо мной и пальцем указал на витиеватые строки, явно написанные от руки.

- Читай.

Читать было сложно. Буквы были затейливые, со всякими завитушками, но понять всё-таки можно. Читать меня учил Лазарус. Собственно, колдун был в этой жизни для Селены, а теперь уже и для меня кем-то вроде учителя, хотя сам он себя так не называл, да и я его тоже. Просто учил, видимо, ему тоже было скучно.

Поначалу я не особо поняла смысл того, что прочитала, так что пришлось перечитывать. А когда и третий раз до меня не вполне дошло, то я подняла тоскливый взгляд на колдуна, всем своим видом показывая, что мне лучше бы своими словами объяснить.

Просто язык был ну совсем уж заковыристый, пока продерешься через не совсем понятные слова, всю голову сломаешь.

Лазарус привычно вздохнул, на мгновение поднимая глаза к небу, будто спрашивая у него, за что ему такое наказание. Я хмыкнула. Надо же, кажется, второй день его знаю, а благодаря воспоминаниям этот жест показался мне привычным и давно уже знакомым.

- Хорошо, - отобрав у меня книгу, колдун сел на стул с другой стороны стола и серьезно посмотрел на меня. - Помнишь, я всегда говорил, что ты тоже колдунья?

Я кивнула, мимолётно вспоминая, что мы действительно о чём-то таком говорили.

- Это точно? Просто я не ощущаю в себе никаких особенных сил, - сказала, вслушиваясь в свой организм. Вроде всё как обычно, кроме едва уловимого желания быть где-то совершенно в другом месте с другим человеком. Но это ощущение я быстро затолкала глубже, стараясь не обращать на него внимания. Потом об этом подумаю.

Лазарус в ответ просто кивнул, словно и не собирался меня убеждать. Я задумалась. А ведь он и правда раньше часто говорил об этом, постоянно рассказывал о колдовстве, заставляя иногда заучивать различные ритуалы и заклинания.

Если так подумать, то теоретически я знаю много, но всё это для меня сейчас просто бессмыслица. Как бы я ни хотела действительно обладать какими-нибудь способностями, но вот относиться серьезно к подобному пока что не могла. Во мне всегда как-то уживалась маленькая девочка, которая верит в волшебство, и скептик, думающий, что ничего похожего попросту не может существовать.

Когда мои подружки в училище бегали гадать на святки, то я лишь качала головой. С одной стороны, мне и самой хотелось к ним присоединиться, а с другой, я понимала, что это ерунда.

Вот и сейчас возникла сходная ситуация. Боюсь, пока я не попробую и не увижу, что хоть что-то из моих знаний реально работает, так и не поверю.

- Ты помнишь, я тебе рассказывал, что колдун не имеет собственной силы, он просто берет её извне и творит колдовство? Из-за этого возможности его весьма ограничены, так как нужно много тренироваться, чтобы научиться пропускать через себя как можно больше силы. Все колдуны делают именно так. Все учения построены на этом принципе. Но! В старых писаниях есть упоминания о людях, способных хранить силу внутри себя. Когда-то давно существовали колдуны, внутри которых имелась собственная сила, благодаря чему они могли пропускать через себя громадный объем внешней силы. В тех текстах я часто находил упоминания слова «мана». Именно так они называли эту внутреннюю силу. Я сейчас проверил тебя и могу сказать, что вот здесь, - Лазарус ткнул пальцем мне прямо в солнечное сплетение, - внутри тебя находится подобный огню шар, от которого веет большой силой.

Я нахмурилась. Слово «мана» мне было знакомо. Принципы местной магии я отлично помню. Как и сказал Лазарус, местные колдуны не способны удерживать в себе силу, они лишь могут ею воспользоваться.

Их тело испещрено мелкими силовыми каналами, с помощью которых они вытягивают силу извне. Чем больше колдун тренируется, тем сильнее расширяются эти каналы и тем большим объемом силы может оперировать колдун.

Втянутая сила внутри тела колдуна меняется нужным ему образом, а затем выпускается. Для ритуалов нужна одна сила, для заклинаний другая, а для варки колдовских лекарств совершенно иная. Вернее, сила одна и та же, но вот её направленность разная.

Именно поэтому чем старше колдун, тем он сильнее. Ребенок, пусть и наделенный силой колдовать, никогда не будет сильнее столетнего старца.

- Что вы еще знаете об этом? - спросила, неосознанно обхватывая себя руками.

Мне это совсем не нравилось. Увы, я в курсе того, что люди обычно очень не любят тех, кто от них отличается. А если еще вспомнить, кто у меня родственники. Боюсь, подобное нужно держать в секрете. А может, все альвары, скажем так, немного не такие, как остальные местные колдуны? Да, буду надеяться, что так.

Пока что я не понимаю, в чем может быть плюс моей инаковости. Если только колдовать быстрее научусь. Но тут, опять же, надо будет перебороть своё восприятие. Хотя об этом пока не стоит.

Лазарус пожал плечами, устало прикрывая глаза.

- Я особо не интересовался этой темой. Ничто не стоит на месте, всё меняется. На смену одного приходит другое. Я тогда подумал, что это было, видимо, чем-то неудобно и природа решила всё изменить. Ей виднее. Вот в этой книге, например, - он снова кивнул на открытый фолиант, - написано как раз о тех колдунах. Здесь говорится о том, что были среди них способные создать настолько много маны, что удержать её в себе было почти невозможно. К сожалению, больше ничего.

Колдун замер, невидяще глядя перед собой. Такое бывает, когда человек неожиданно вспоминает о чём-то, но до конца не может уложить в голове.

- Что-то не так? - спросила, снова подвигая книгу ближе в желании прочесть более внимательно.

- Да, - колдун кивнул, как-то взволнованно потеребив при этом один из своих амулетов. - Я раньше не обращал внимания, но сейчас подумал, что такие вот непонятные вставки - а ведь этот абзац автор добавил сюда неизвестно зачем - есть во многих книгах. Ну-ка, поглядим.

Лазарус подскочил и принялся рыться в своих книгах, откладывая одну за другой. Судя по тому, как он спешно и сноровисто это делал, старик знал их все наизусть.

Спустя некоторое время Лазарус устало сел на стул, поглядывая в сторону кучки из десяти книг.

- Только в них? - вкрадчиво поинтересовалась я, протягивая руку к самой верхней. - Существует ли какая-то система? Ну, то есть, такие вставки бывают в определенных местах или же как попало?

- В определенных, - кивнул колдун. - Отсчитай три темы, а в четвертой в самом конце будет обязательно.

Лазарус не соврал - в конце четвертой темы (что-то вроде глав) действительно был небольшой абзац, посвящённый древним колдунам.

- Но если всё так прозрачно, то почему вы раньше не обращали внимания на нечто подобное? - спросила, морщась. Ох уж эти древние писания. Написано так, что ни одну букву толком не разберешь. Наверное, здесь нужна привычка, всё-таки пусть я и помню, как это всё читается, но мой мозг пока что не привык к совершенно чужой письменности.

- Я уверен, что на эти строки было наложено колдовское заклинание.

- Что-то вроде «не обращай внимания, это тебе всё равно не пригодится»? - поинтересовалась, задумчиво поглаживая витиеватые буквы. От фолианта исходил едва уловимый запах старых чернил, кожи и пыли. Надо же, книге столько лет, а запах еще остался.

- Думаю, что-то вроде, - кивнул Лазарус. - Вот послушай. Он глянул на меня, убеждаясь, что я вся внимание, и зачитал короткий отрывок: - «Мана с каждым днём накапливается, и каждый...». Тут несколько слов совершенно непонятны. Ладно, по смыслу похоже на колдуна. Пусть будет пока что так. «Мана с каждым днём накапливается, и каждый колдун должен делиться ею с другим колдуном. Этим он усиливает выбранного, выполняя тем самым древние заветы. Если же рядом никого нет, то можно выплеснуть ману вовне, но не стоит забывать, что такой способ противоестественен и крайне болезнен, а то и смертелен».

Мы переглянулись. Оставшиеся книги были тщательным образом прочитаны и проверены на такие вот неожиданности. Даже те, что Лазарус не выбрал изначально, мы пролистали, боясь что-нибудь упустить.

- Что мы имеем в итоге? - устало спросила, наблюдая, как последняя книга прячется в сундуке.

Не удивлюсь, если сейчас глубокая ночь. Всё болело от усталости. И пусть мы всего лишь просматривали книги, но моё тело требовало больше активности, явно соскучившись по более серьезным физическим упражнениям, нежели сидение на одном месте и листание древних фолиантов.

Лазарус поморщился, потирая лоб. Кажется, он тоже изрядно устал. Неудивительно. Колдун так заинтересовался новой задачей, что ему, похоже, мало найденных нами крохотных отрывков. Удивительно, а ведь раньше его это, казалось, совершенно не интересует.

- Когда-то давно жили колдуны, которые могли создавать силу, или, как они её называли, ману. Она «рождалась» внутри них. Этой маной они могли и должны были делиться с другими, пусть будет пока что колдунами. Не совсем ясно, с каким-то определенным колдуном или же можно было поделиться с любым. Если поделиться было в силу каких-либо обстоятельств невозможно, то её можно было выплеснуть наружу. Делать это было нежелательно, да и больно, а чаще всего попросту смертельно опасно. Но и удержать в себе переизбыток колдун не мог, так что, так или иначе, но ему необходимо было избавляться от излишков. Еще мы нашли описание тренировок, которые помогали молодым колдунам прошлого увеличивать свой объем маны. Не понимаю, если с ним столько проблем, то зачем они хотели еще больше увеличить свой ресурс? Хотя если это делало их сильнее, то потерпеть некоторые неудобства вполне можно. Мы сейчас тоже ограничены. Сила каждого колдуна исчисляется годами и временем, которое он потратит на разработку своих каналов.

Колдун замолчал, я же продолжала размышлять. Во всем этом было что-то неправильное. Та пара слов, которые мы так и не смогли расшифровать, могла бы дополнить картину, но ни Лазарус, ни тем более я не понимали их значения.

По мне, так всё было несколько иначе. Некто создавал ману, а потом сливал её кому-то совершенно иному, не колдуну точно. Этим он усиливал этого кого-то. Что имел с этого сам некто, неизвестно, но явно что-то имел. Просто так в природе ничего не делается.

А еще кроме всего прочего мы нашли небольшой отрывок, смахивающий на часть легенды. В нем говорилось, что когда-то давно жили те, кто способен был держать в своих руках величественные воды некоей реки. И река эта, сильная и полноводная, дарила жизнь этому миру. Но потом погибли все, державшие реку, и ушла она глубоко под землю. И в тот же момент в мир пришёл Хаос, опоясов мир подобно громадному поясу. И с каждым годом пояс тот все расширялся, так как Хаос продолжал поступать в этот мир.

Как я понимаю, этот самый Хаос до сих пор властвует почти над всеми землями. Я сама видела границу Пояса. Я закрыла глаза и почти в тот же момент ощутила легкий рывок. Вздохнула. «Леска» тянула куда-то в сторону Пояса. А может быть, даже за его пределы.