Глава 17

— Поторопись ты уже, недотёпа! — фыркнул на меня Бес, притопывая лапкой.

— Сейчас-сейчас, — выдохнула я, закалывая волосы и оглядывая себя в зеркало.

Я была одета в белое пышное платье с длинной юбкой и коротким рукавом. Спина была открыта, на груди — квадратный вырез. Дополняли наряд белоснежные перчатки. Высокая причёска и небольшие локоны, спускающиеся с висков, подчёркивали блеск и сияние моих глаз.

— Да пошли уже! — фыркнул этот обормот.

Кстати, с того самого дня, как Джон сообщил правду о прошлом этого мелкого хулигана, он затребовал у меня обращаться к нему уважительно и обеспечить положенными его статусу драгоценностями.

Сперва хотела метлой его прогнать, чтобы думал, что говорит. А потом сжалилась. Он ведь через многое прошёл. И нет его вины в том, что его лишили заслуженной любви короля и жизни во дворце.

Поэтому, скрипя зубами, своими руками сделала ему амулет в виде небольшой короны, и с тех пор он её не снимает. Так и ходит, задрав голову и хвост.

Обратно во дворец ему всё равно ходу нет. Правитель сменился, поэтому Бес остался жить со мной. Хотя мне сказал, что просто не готов бросить меня одну на произвол судьбы. Хитрый, пройдоха.

Улыбнувшись своему отражению, схватила заколку и, прикрепив в волосах, спустилась вниз.

Верховная ожидала меня у самого входа.

— Аманда, — произнесла она с улыбкой. — Я так рада, что этот день всё же настал. Поздравляю тебя, милая!

— Спасибо большое, Верховная, — сказала я и зарделась.

В воспоминаниях до сих пор её слова о том, что она готова устроить мне «встречу инкогнито», всплывали.

— Поторопись, герцог Тревис ждёт тебя и нервничает.

Улыбнувшись, вышла на улицу и столкнулась взглядом с не находившим себе места от волнения Джоном.

Сегодня он был в серебристом костюме с чёрным отворотом на лацканах.

Ему безумно идёт этот цвет! Он так подчёркивает его красоту, что я обзавидовалась сама себе!

Джон замер на месте, облегчение в его глазах было таким искренним, что от счастья я едва не разрыдалась.

Сделала короткий шаг в его сторону, и он тут же заключил меня в свои медвежьи объятия.

— Хвала Небесам, ты не передумала, — выдохнул он и запечатлел на моих губах поцелуй.

От его слов моё сердечко в очередной раз сделало кульбит и расплавилось.

Если бы я уже не любила этого мужчину, то сейчас, видя его волнение, точно бы не устояла.

— Да хватит вам нежиться! — мяукнул Бес, скользнув по подолу моего платья своим пышным хвостом. — Храмовник уже заждался вас!

И то верно.

Улыбнувшись друг другу, мы забрались в карету и тронулись в сторону храма.

Там нас уже встречали.

Были и мои однокурсницы из академии, и коллеги Джона, и даже многие посетители моего магазинчика!

Когда мы приблизились к алтарю, в храме все замолчали и уставились на нас.

Я была так взволнована, что думала, будто от стен храма отражается грохот моего сердца.

Посмотрела в глаза любимому и потерялась.

Я видела в них столько тепла и нежности, что всё остальное просто отошло на другой план.

Слова храмовника я слышала лишь отдалённо, ведь всё моё внимание было приковано только к нему, к Джону.

Он также не сводил с меня влюблённого взгляда. И я купалась в тепле его глаз.

Не заметила, как на моей руке появился брачный браслет, а сама надевала точно такой же браслет на запястье Джона просто интуитивно.

Я глаз не могла отвести от своего жениха.

Любуясь любимым мужчиной, не заметила даже, как ритуал венчания подошёл к концу и нас стали поздравлять.

За праздничным столом в поместье Джона мы также надолго не задержались.

Всё отсчитывали минуты, когда сможем тайком улизнуть и остаться наедине.

И вот, оказавшись в спальне, я, с заходившимся от счастья сердцем, любовалась на блеск глаз своего мужчины.

Смущалась и краснела, когда он медленно оголял моё плечо, когда платье полетело вниз.

Сходила с ума от сладостных поцелуев и взлетала от удовольствия, которое испытывала впервые в жизни.

Джон был невероятно нежным, а когда он понял, что стал моим первым мужчиной, и вовсе боялся причинить мне боль.

Я смотрела в глаза любимому, и моё сердце пело и разрывалось от счастья. А когда магия вырвалась наружу, срывая не только мою печать, но и проклятье, которым я наградила Джона, все краски этого мира стали сиять по-новому.

Магия рвалась наружу, и Джон умело спелёнывал её, заключая в кокон, а потом с каждым движением возвращал её мне.

Я впервые поняла, как много потеряла, отказываясь от ритуала соединения, но в то же время была счастлива оттого, что отдала свою невинность именно ему, самому любимому мужчине на свете.

И я плыла по морю невиданного счастья в объятиях самого лучшего мужчины на земле…

Семь лет спустя…

— Хельга! Хельга, а ну оставь брата в покое! — крикнула я, отрываясь от своей работы. — Ему не нужно знать, каким заклинанием чистить организм! И как из лягушачьей слюны зелье невидимости готовить, ему тоже не нужно знать!

— Вся в мать пошла, — заявил Бес, лёжа на подоконнике и приобнимая пушистым хвостом белоснежную кошечку. — Совсем не сидится на попе спокойно.

— Лучше бы своими малышами занялся, — фыркнула я, указывая на то, как трое белоснежных и двое чёрненьких котят норовят залезть на шкаф с зельем.

— А чего за ними следить? Они просто любознательны! Это нормально в их возрасте! — заявил Бес, приоткрыв один глаз и тут же закрыв.

Да уж, после свадьбы я думала, что этот мелкий хулиган даст мне хоть немного вздохнуть спокойно, так нет же, он ещё и кошечку свою привёл со словами: «Ами, это Розетта, и теперь она будет жить с нами!»

И я, конечно, была рада. Ведь теперь он всё своё внимание готов был отдавать этой белокурой красавице. Но вот когда появились котята, я только и успевала, что прятать от них зелья и порошки. Потому что они каждый раз норовили воспользоваться ими и «помагичить», как Бес раньше.

— Устала? — за спиной раздался голос Джона. Приблизившись, он обнял меня за талию и коснулся губами моего виска.

— Очень, — выдохнула я, переводя взгляд на любимого. — Дети меня совершенно не слушаются.

— Им просто всё интересно, — улыбнулся Джон, бросая взгляд за окно.

К играм Хельги и двухгодовалого Саймона присоединились и трое взрослых котов.

Да, у Беса вырастает уже третий выводок котят, и все они поселились в нашем поместье.

— Я переживаю, Джон, — сказала, глядя на мужа. — Скоро Хельга отправится в академию, и у неё начнётся другая жизнь.

— Не волнуйся, милая, — сказал он, нежно касаясь моего ушка губами. — Ты сможешь видеть её каждый день.

— Знаю, — кивнула я. — А ещё потом буду преподавать ей науку магического искусства.

— Ты всё же приняла предложение Верховной?

— Да, приняла, — кивнула я. — Но сказала, что приступлю к работе не сразу.

— Почему? — удивился любимый, проводя рукой по моей спине и ниже.

Он так и не может оставить меня надолго. Каждый день бежит с управления по несколько раз на дню, чтобы обнять и поцеловать. Говорит, что не может иначе. На душе тяжело, если хотя бы несколько часов проведёт вдали от меня.

Наверное, это действие моего проклятья так на нём сказалось, хотя оно разрушилось в нашу брачную ночь.

— Кхм, — прочистила я горло. — Джон…

— М-м-м, — протянул он, проводя губами по моему виску, и я забыла, как дышать.

— Джон, остановись, — выдохнула кое-как.

— Что такое? — спросил он, нахмурившись.

— Джон, у нас скоро снова появится малыш, — сказала и затаила дыхание.

Он замер на мгновенье, а потом, когда осознал смысл сказанного, его глаза заискрились истинным счастьем, а в небе стали взрываться фейерверки. Снова его магия шалит.

— Ами, — выдохнул Джон. — Ами, это правда?

— Да! — усмехнулась я, глядя в его глаза.

Подхватив на руки, Джон закружил меня по комнате. Он смеялся, обнимал меня и целовал, а потом, заглянув в глаза, прошептал:

— Спасибо тебе, любимая!