Глава 10

Глава 10

Я стою у окна до тех пор по все трое не заходят в Торнвейл-холл. Пытаюсь осмыслить свои переживания. Не понимаю, почему все внутри будто оборвалось. Глубоких чувств к Рейву я не испытываю. Да, мужчина хоть куда, не считая сшибающей с ног ауры морозилки Бирюса. Нет, дело в другом. Конечно, в другом. Все эти разговоры про истинных, брачный ритуал. Герцог – хоть какая-то моя опора в этом мире. Хоть что-то понятное в этом океане хаоса и сюрреализма. И теперь эта несущая стена дала огромную трещину. Если у него есть женщина и ребенок, где в этом уравнении место для какой-то баристы из другого мира. Я глубоко вздыхаю и чешу свой нос.

— Ну что, довольна своим шпионством? — раздается знакомый до дрожи ворчливый голос откуда-то сбоку.

Я взвизгиваю и резко разворачиваюсь. На подоконнике сидит дед-призрак. Полупрозрачный, с привычно недовольной складкой бровей, в старом камзоле, который в реальности давно бы рассыпался, но в посмертии выглядит неожиданно свежим. Он болтает ногой в пустоте, словно сидит там уже минут десять.

— Дед?! Ты… Ты как сюда…— выдыхаю я.

Призрак вскидывается, недовольно подлетает к потолку и резко спускается вниз.

— Не дед! — вопит он так громко, что чуть не растворяется от возмущения. — Как ты смеешь?! Как вообще в твоей голове ужился этот позорный ярлык?!

— Эм… — осторожно начинаю я. — А как тебя…

Призрак весь выпрямляется, принимая максимально достойную позу и с пафосом, достойным трёх театров сразу, произносит:

— Я – Ламертин фон Торнвейл Третий, первый призванный маг, бывший Главный Архимаг Империи, потомственный советник корон, дважды награждённый Орденом Небесной Печати и хранитель ткани этого мира! — он переводит дух и продолжает. — Хранитель архивов! Победитель в номинации «Самый влиятельный мужчина столетия» по версии журнала «Имперский Голос»! Чародей-дипломат! Дважды в списке…

— Ламертин, — тихо пытаюсь перебить я.

— …и еще трехсот сорока двух титулов, перечислять которые я буду только при хорошем освещении и стоя на постаменте! — гордо заканчивает он.

Я моргнула. Дважды.

— Ламертин, можно…— предпринимаю новую попытку остановить этот бушующий поток.

— Фон Торнвейл Третий , — поправляет призрак ледяным тоном.

— Хорошо… фон… эм… Торнвейл… — я запуталась, — Третий… Вы…

— «Вы»! Прекрасно! Прогресс! — Он хмыкает. — Но забудь слово «дед». Я в лучшем возрасте! Триста сорок семь – пик эфирной формы!

— Простите… — Я честно пытаюсь скрыть улыбку.

— Вот! Уже лучше! — Он гордо вскидывает подбородок. — Теперь к делу. Ты выглядишь так, будто сожрала тухлую сливу. Всё из-за приезда семейства герцога?

— Я просто испугалась, что… — Я прикусываю губу. — Что он не такой, каким казался.

— О, он точно не такой, каким кажется, — мрачно подтверждает призрак. — Но это тема длинная. С эпиграфами. И схемами. Но не сейчас.

Он разворачивается, собираясь продолжить мой допрос, но тут замечает, что я смотрю на него… ну… чуть веселее, чем положено.

— Что? — его глаза настороженно сужаются.

— Просто… вы так эмоционально реагируете…— пытаюсь я сгладить конфликт. На свою голову.

— Я эмоционально?! — взрывается кусок древней эктоплазмы. — Девочка, я столетиями управлял импери…

— Простите. Правда. — Я протягиваю руку и по привычке пытаясь примирительно коснуться его локтя. Затея дурацкая, но рефлексы штука непобедимая — Вы - фон Торнвейл Третий. Но можно я… иногда… в знак того, что мы почти семья… наверно.

—Нельзя . — Он весь вибрирует от негодования, вокруг его фигуры начинает рассыпаться на серебристый туман.— Это непростительно! Это унизительно! Это…

Он поднимается над полом, кружа вокруг меня, как раздражённая чайка вокруг бутерброда.

— …и вообще, вот так меня звать – всё равно что герцогу сказать «эй ты, ледышка с языком»! Кощунство! Оскорбление! Абсолю…

— Фон Торнвейл Третий… пожалуйста. Я устала. Можно без…— взмолилась я, уже не зная, как остановить эту адскую карусель безумия. Но он уже вошёл в раж.

— И я покажу! Я продемонстрирую! Чтобы неповадно было меня так называть! Я устрою тебе маленькую… воспитательную коррекцию!

— Что?.. — Я заморгала.

— Ничего смертельного, — успокаивает он.— Но крайне… запоминающееся.

Он тычет пальцем во флакончики на трюмо, они слегка вздрагивают, издавая жалостливый «дзынь».

— Эм… что вы сделали? — я серьезно напряглась. Тем более, дед начал выглядеть подозрительно довольным и умиротворенным.

Призрак торжествующе улыбнулся, поклонился как актёр после финальной сцены и… исчез. Оставив послевкусие тревоги. Я тяжело вздыхаю и плетусь в свою кровать. Нужно скорее уйти в мир грез, пока еще чего не натворила. Сон накрывает меня как лавина в горах: неумолимо и стремительно.

Разбудили меня колокольчики.

— Госпожа Элира, — радостно сообщает ворвавшаяся в комнату Лина, — герцог ждёт вас в Малой столовой.

Ох, прекрасно. С трудом отрываю себя от подушки, поднимаюсь и тут опять слышу : дзынь. Резко оборачиваюсь в поисках звука: дзынь-дзынь. Я осторожно шагаю к зеркалу и вижу: Воздушный колокольчик размером с кулак висит над моей головой… и следует за мной. Каждый шаг - дзынь. Попытка отойти – ускоренное дзыньдзыньдзынь.

— О нет, — шепчу в полном ужасе. — Дед!!!

Судя по тому, что колокольчик начинает звенеть с усиленным энтузиазмом, призрак где-то рядом остервенело мстит. Лина широко распахивает глаза и прикладывает обе ладошки ко рту. Очевидно, чтобы не расхохотаться. Я метнула на нее предупреждающий взгляд. Сборы на завтрак проходят в полном молчании. Но под аккомпанемент мелодичного позвякивания.

И вот она я - вышагиваю к столовой под бодрое дзынь-дзынь. И где-то глубоко в душе даже благодарна вредному дедуле. Очень глубоко. Из-за этой звенящей нелепости над головой все мои мысли были заняты придумыванием ругательств в адрес призрачного предка, так что на тревогу и переживания места не остается. Сама не замечаю, как оказываюсь около двери.

Двери в малую столовую распахиваются. Малая столовая герцогского замка ослепительно прекрасна – не парадной, показной красотой, а спокойной, уверенной роскошью дома, где каждая деталь стоит на своём месте уже много поколений. Высокие, стрельчатые окна занимают почти всю стену, превращая зал в прозрачную шкатулку света. Под сводчатым потолком висит массивная хрустальная люстра. Она сверкает сотней огоньков, ловя каждый луч и разбрасывая по стенам солнечные искры. В центре стоит небольшой стол из тёмного полированного дерева, сияющий так, будто его натирали в предвкушении празднества. На нём уже стоит сервировка для завтрака: тарелки с фруктами, запечёнными пирогами, золотистым мёдом, небольшие блюда с сыром и свежим хлебом. А за столом сидят трое. Герцог – спокойный, собранный. Статная женщина в возрасте, с мягкими глазами, но стальной осанкой. Мальчик лет девяти, темноволосый, с непослушными вихрами и живыми глазами, которые бегают по комнате быстрее мысли.

Дзынь. Оповестил мое пришествие колокольчик. Дзынь-дзынь по инерции я сделала пару шагов вперед, пока не додумалась замереть на месте.

В столовой воцаряется тишина. Впрочем, длится она недолго – мальчик начинает хлопать в ладоши и хохотать:

— Огооо! Вот это магия! Можно мне такое же?! Мам? — поворачивается он к женщине строя умильную мордашку — Меня будут выгонять со всех занятий и я смогу весь день гулять! — кажется пацан заигрался и неосторожно выдал все свои коварные планы.

Женщина смотрит на меня открытым, дружелюбным взглядом, в ее глазах пляшут смешинки. Кажется, она едва сдерживается чтобы не захохотать. После реплики мальчика, ее лицо приобретает более сдержанное выражение.

— Лисандр, тебе нельзя такой колокольчик — говорит она мягко, но сдержанно. Пацан сразу приуныл — Впрочем — она поворачивается ко мне — надеюсь, эта очаровательна леди тоже скоро от него избавится.

Герцог во время этого небольшого диалога сверлит меня ошеломленным взглядом.

— Леди Элира — наконец нашелся он — меня не было всего два дня. Что здесь произошло?

— Понимаете, я…

Дзынь. Я забылась и подалась вперед, чем привела в действие адский колокол. Раздраженно вдыхаю поглубже, чтобы не заорать.

— Я непочтительно обратись к вашему предку — медленно говорю я, стараясь контролировать каждую мышцу в теле, чтобы ни дай бог не спровоцировать новые «дзынь».

— И как же вы к нему обратились? — герцог вскидывает бровь.

— Я назвала его дедом — признаюсь трагичным полушепотом.

Раздался хохот Лисандра и сдержанный хмык его матери. Герцог встал с места и подошел ко мне, начал обходить меня по кругу рассматривая произведение призрачной мести, горделиво висящее над моей головой.

— Я так понимаю принимать еду вам будет проблематично? — осторожно заключает герцог.

— Почему же? — я удивленно мотаю головой. Дзыньдзыньдзынь. Рейв морщится — Совсем не проблематично — медленно поправляю я, вновь следя за каждым движением — скорее, очень громко.

— Рейв, милый — подает голос женщина — почему бы тебе самому не покормить леди Элиру? Раз уж она твоя избранная и обряд уже пройден, не вижу в этом проблемы. — я стою лицом к Рейву и звенеть мне больше не хочется. Потому лица женщины я не вижу, но в голосе явно звучит провокационная насмешка.

— Мама! — воскликнул герцог на секунду потеряв контроль — я не думаю, что это удачная идея.

Я задумалась. Получается это его мать и родной брат? Этим и объясняются их нежные отношения и внешнее сходство. Смешно, кажется единственными, кто может вывести герцога из замороженного состояния, являются его родственники. Что сварливый предок, что мать со специфическим чувством юмора. Я хмыкаю. Тяжела судьба бедного проклятого герцога.

—Элира, я хотел представить вас друг другу как подобает. Но теперь придется сделать это в ускоренном режиме — герцог смотрит на меня, а затем указывает на своих гостей — Это моя мать Марена и мой младший брат Лисандр — дзыньдзыньдзынь. Я поворачиваюсь к дорогим гостям и пытаюсь изобразить реверанс. Герцог снова морщится от звуков — А это Элира, вероятно моя истинная. — заканчивает герцог.

Марена с Лисандром тепло улыбаются.

—Я думаю наилучшим решением для вас было бы позавтракать в покоях — спокойно продолжает герцог — а потом мы позовем моего вредного де… — на последнем слове герцог снова начинает заводиться, но его прерывает распахнувшаяся дверь.

Бранд собственной персоной вплывает в столовую, сияя как начищенный чайник. В руках он держит поднос, на котором стоит огромная кружка исходящая паром.

—Леди Элира — воодушевлено начинает он —я взял на себя смелость и приготовил кофе по вашему рецепту! Хочу, чтобы вы сняли пробу за завтраком!

Брови герцога вновь взметнулись вверх.

— Какой кофе?? — он снова поворачивается ко мне и кажется его эмоции хлещут через край — Леди Элира, всего два дня! Что еще здесь произошло?

Дзынь.

Если бы кто-то составил книгу рекордов по «самому нелепому утру», мое имя бы точно красовалось на ее страницах. Причём сразу в трёх номинациях:

— «Самое позорное появление за завтраком»,

— «Самое нелепое знакомство»,

— «Самый сбитый с толку герцог».

Сидя в своей комнате, я уныло доедаю свой завтрак под бодрое позвякиванье колокольчика. Этот звук стал уже даже привычным, но все равно медленно сводит с ума как капающая вода в кране. Раздается стук в дверь.

— Войдите! — кричу я, чтобы создавать меньше мелодичного шума.

Уверенной и целеустремленной походкой в комнату врывается Рейв.

— Я вижу с завтраком покончено — сосредоточено говорит герцог, усаживаясь в кресло напротив — а теперь будьте добры, расскажите мне все по порядку.

И я объясняю. Про деда. Про титулы. Про оскорбление. Про «воспитательную коррекцию».

И про колокольчик.

Рейв сидит неподвижно, но я почти ощущаю, как внутри него кипит ледяное негодование. Когда я заканчиваю, он долго молчит. Очень долго. Катастрофически долго.

— Попробуем его убрать, — наконец решается герцог.