Глава 17

Помогая мне переодеться, Аннет выговаривала за отлучку, за то, что пошла на прогулку в такой час, за то, что не взяла ее с собой, раз уж мне так неотложно потребовался свежий воздух. Я отмалчивалась. Не могла же сказать ей, что гуляла в компании призрака и даже не могла подумать, что все происходило наяву.

Когда я была готова, оказалось, что сопровождать к королю меня будет граф Давара, а Кромур отправился вперед и будет ждать нас на месте. По дороге во дворец, я аккуратно завела разговор об образовавшейся у нас с Камалем связи.

- Я еще не готов ответить на все ваши вопросы, графиня, - отозвался Давара. - Да и времени на обстоятельный разговор у нас сейчас нет. 

Очень хотелось рассказать хранителю знаний о случившемся со мной, спросить, не могла ли магия, что связывает нас повлиять на мои магические способности, направив их в сторону некромантии. В конце концов, я ведь понятия не имела, какой направленности дар самого графа.

- Но я понимаю ваше нетерпение, - добавил мужчина, остужая тем самым мою решимость узнать все немедленно. - И обещаю, что сегодня же вечером часть занятия посвятим тому, что разберемся в произошедшем тогда у фонтана. Я объясню все, что понял сам.

Решив, что до вечера я потерпеть способна, благоразумно промолчала, коротко кивнув Заодно будет время подумать о том, что видела в усыпальнице, о принце с его даром магеста и моем статусе его невесты. 

До дворца шли в полном молчании, а там направились в кабинет его величества. Еще чуть-чуть, и я выучу путь в это помещение наизусть, смогу ходить туда с закрытыми глазами. 

Лестус Иврийский сидел, как и в прошлый раз за столом, напротив него,  сгорбившись, втянув голову в плечи, трясясь, словно лист на ветру, - бледный барон Снейге. Куда только делась вся спесь и наглость этого червя?

Однако, гораздо больше жалкого вида соседа меня поразило то, как выглядел сам король. Черты его лица заострились, кожа была бледной и сухой, болезненно-желтой, под глазами залегли темные тени. Он сильно похудел, осунулся, а на дне ярко-желтых глаз прятался лихорадочный блеск. На таком фоне, пересекающий высокий лоб иссиня-черный с серебряными символами обод, являвшийся королевским венцом, выглядел как-то пугающе. Особенно, учитывая, что прежде на короле я его ни разу не видела. В целом, Лестус Иврийский создавал впечатление тяжелобольного человека. 

- А вот и пострадавшая от ваших рук, барон, - сквозь зубы, процедил находящийся здесь же Кромур.

Снейге бросил странный взгляд на гнома, будто был удивлен и разозлен тем, что тот сказал. 

- Ваше высочество, ведите допрос, - хрипло распорядился король.

Орион Иврийский отошел от окна, где стоял до этого тихой тенью, и встал прямо напротив Снейге.

- Итак, барон, - начал принц, и я заметила, как от его руки пополз магический туман, стремясь прямиком к моему похитителю. Очевидно, допрос собирались проводить с применением магии. - Откуда вы знаете эту девушку?

- Она моя соседка, регент дома Стааф. Мы были представлены друг другу еще моим отцом, - ответил Снейге, когда серое марево слилось в тугой жгут и обернулось вокруг его шеи. 

- Графиня Стааф, вы подтверждаете слова барона? - обратился ко мне Орион.

- Да, - кивнула я. - Кроме того барон находится на королевской службе в качестве сборщика податей. И это давало ему повод явиться в мой дом с завидной регулярностью.

- На королевской службе барон больше не находится, -  вставил король презрительно.

- Как вы выкрали графиню Стааф из дворца? - обратился принц с новым вопросом к моему похитителю.

- Я ее не крал, она сама из дворца вышла, - заявил Снейге.

Магический жгут на его шее запульсировал, но не более того. Взгляды всех присутствующих обратились ко мне, молчаливо требуя пояснений.

- Да, все так, - сообщила я. - Но сделано это было не по доброй воле. Думаю, меня опоили, подмешали что-то в воду, которая стояла в библиотеке. Придя туда на занятия с графом Давара, заметила, что в помещении необычайно жарко, выпила воды из графина, а дальше все как в тумане. В себя пришла уже в незнакомом доме, где был и барон Снейге. Хвала стихиям, он находился в другом помещении, и мне удалось сбежать! Должна сообщить, что в момент моего пробуждения Снейге с кем-то разговаривал по магической связи. 

- Так у тебя есть сообщник во дворце, мерзавец?! - злобно выкрикнул Кромур.

Снейге бросил на гнома уничижительный взгляд, прищурился, потянулся рукой к магической петле, что была на его шее, всем свои видом и этим жестом показывая, что если бы не эти оковы, то он бы не стал отвечать.

- Конечно есть! - сжав зубы, выдал барон. - Неужели вы думаете, что я сам все это придумал и провернул? 

- Кто он? Кто твой сообщник? - требовательно произнес принц.

- Не скажу, - почти прошептал Снейге.

- Говори! - рыкнул Орион и, подняв руку, сжал кулак.

Удавка на шее барона тут же стала затягиваться. Он вскинул руки, пытаясь уцепиться за магический жгут, но ничего не выходило. Толстые пальцы моего соседушки проходили сквозь дымчатую структуру жгута, и он только царапал кожу на своей шее.

- Ты, червяк, покусился на честь и жизнь моей невесты! - свирепея от гнева, сказал его высочество. - Это не только измена короне, это еще и личное оскорбление! 

Магический жгут на шее баронишки затянулась сильнее, он захрипел, зашлепал губами, стараясь втянуть глоток живительного воздуха. 

- Говори! - прикрикнул принц, и я заметила, что его обычно сапфирово-синие глаза стали черными, как бездна Иврийского разлома. Магия магеста рвалась наружу, проклятая кровь бурлила в венах Ориона.

- Ваше высочество, прошу… - ужаснулась я.

Наверняка, все решили, что мне стало жаль Снейге. Пусть так! Пусть думают, что я слабая девица, которую может довести до обморока вид такого допроса. Главное было предостеречь Ориона, не дать темной магии взять над ним верх. Мой отец был магестом, я знаю, что такое эта сила не понаслышке. 

- Говори! - снова рыкнул принц, начисто игнорируя меня.

- Не-н-кхе могу… - прошипел Снейге. - Не могу! Клят-кха-ва. Я связан.

- Орион! - рявкнул король. 

Принц вздрогнул, втянул воздух с хрипящим звуком, стараясь совладать с собой. Из-за чрезмерных переживаний я не знала куда себя деть, не нашла ничего лучше, как вцепиться в рукав графа Давара, подспудно ощущая исходящие от него уверенность и спокойствие. Удивительно, но, кажется, принц уловил это мое движение, глянул как-то странно, растерянно. Удавка на шее Снейге тут же ослабла и, барон рухнув на колени, закашлялся.

- Ты связан клятвой неразглашения, так? - спросил король.

Снейге энергично закивал, старательно вбирая в себя воздух шумными глотками.

- И, конечно же, ее нарушение смертельно, - скорее утверждал, чем спрашивал Лестус Иврийский.

Снейге снова кивнул.

- Стража! - позвал правитель, и в кабинете тут же появились двое служивых. - Уведите заключенного. Все равно он нам ничего не скажет.

Принц взмахнул рукой, и удавка, что сдавливала шею Снейге растворилась. Я облегченно выдохнула, заметив, что глаза принца вновь приобрели привычный оттенок. Стражники подхватили под руки барона и поволокли прочь.

- Снимите с меня клятву, найдите способ избавить меня от нее, и я все расскажу! Все, все расскажу! - залепетал тот, оглядываясь на короля.

Кромур скрипнул зубами и сжал кулаки. Казалось, была бы его воля, лично прибил бы мерзкого баронишку. Мне такая забота была приятна, ведь в последнее время происходящее со мной заботило только Габриэля. Я отступила от графа Давара, инстинктивно сделав шаг к выходу. Надеялась, что с окончанием допроса и необходимость в моем присутствии отпадет. Понимание того, что Снейге действовал не один, что у него был сообщник, который вхож во дворец, не добавляло оптимизма. Более того, грозило мне новыми неприятностями. 

Отправляясь в столицу, я рассчитывала избежать опасностей, а вышло, что их стало только больше. Чего только стоит ночная прогулка в компании призрака, а точнее то, что я не смогла отличить явь ото сна. Но кому же я настолько мешаю, что дошло до сговора с моим соседушкой? Кому-то из невест? Может быть это семья маркизы Грюг постаралась? Столько вопросов и никаких ответов.

Надеялась, что сейчас аудиенция у короля закончится, и я смогу добраться до кровати и как следует обдумать все произошедшее, решить, у кого попросить помощи.

- Ну что ж, графиня Стааф, - сипло произнес Лестус Иврийский. - Пришло время допросить и вас.

Я ощутила неприятный холодок, волной прокатившийся по спине. Допросить? Меня? Неужели придется оказаться на месте Снейге, ощутить, как магическая удавка сжимает горло? Может ли король поступить со мной так? Если вспомнить, как он снимал печать, которая сдерживала мою магию, то ответ очевиден: может. И поступит!

Липкий страх, против воли заполнивший внутренности, заставил сделать еще шаг назад. И это не укрылось от лихорадочно блестящего взора короля.

- Подойдите ближе, графиня, - потребовал он.

Собравшись с духом, я шагнула к столу его величества.

- Можете присесть, если хотите, - всматриваясь в мое лицо, сказала Лестус Иврийский. 

Бросила взгляд на стул, где совсем недавно сидел Снейге. Занимать его место решительно не хотелось, но моя трусость, очевидно, придавала мне виноватый вид.

- Благодарю, - сказала я и, гоня от себя дурные мысли и предчувствия, опустилась на стул. - Ваше величество, ваше высочество, герцог, граф… - обвела я всех присутствовавших взглядом. - … Что вы хотите знать?

- Для начала, кто был осведомлен о том, что вы явитесь в библиотеку? - спросил принц мягко. - Постарайтесь вспомнить всех, кому говорили о ваших занятиях с королевским хранителем мудрости. Это может помочь найти кукловода, который привязал к баронишке нитки и дергал за них.

- Ответить несложно, - отозвалась я. Теплые интонации в голосе Ориона придали мне сил. - Об этом знали я, граф Давара, герцог Кромур и моя служанка Аннет. Больше я никому не сообщала, друзьями во дворце обзавестись не успела. Но мы с графом занимаемся в библиотеке почти каждый день, это было бы несложно заметить, просто понаблюдав…

- Здесь я не могу с вами не согласиться, - сказал король и многозначительно посмотрел на Ориона, дескать, глупости спрашиваешь, сынок. - Но уверяю, его высочество случившегося с вами так не оставит и найдет того, кто стоит за вашим похищением… Меня же интересует другое…

Я стойко выдержала долгий, испытывающий, даже чуть безумный взгляд короля, еще раз отметив про себя, что его величество как-то изменился, сдал, постарел. Тело само по себе, инстинктивно вытянулось в струну, напряглось, будто бы моя магия чувствовала угрозу и готова была защищаться.

-  Что вы хотите знать, ваше величество? - не выдержав затянувшегося напряженного молчания, нарушила я тишину, повисшую в королевском кабинете.

- Печать, - король моргнул, нахмурился и потер лоб, выходя из какого-то оцепенения. - Та, что сдерживала вашу магию. Кто ее наложил?

- Отец, - ответила моментально.

Я ждала чего угодно, любых вопросов о моем пребывании во дворце, о жизни дома в графстве Стааф, но не о печати.

- Он был один, когда совершал ритуал? - поинтересовался правитель.

- Кажется, да… 

- Кажется? - зацепился Лестус Иврийский за мой неуверенный тон.

Я нахмурилась, стараясь припомнить тот день, когда отец позвал меня к себе и сообщил, что снова отправляется на службу и намерен запечатать мою магию до своего возвращения.

- Проявившись, твои способности будут неустойчивы, а значит опасны, - сказал он тогда. - Пока ты не научишься их контролировать, рядом должен быть кто-то, кто сможет сдержать выбросы. Но ни твой брат, ни мать не обладают достаточным уровнем умений. Потому тебе придется дождаться моего возвращения…

Тогда я согласна была ждать, у меня даже мысли не промелькнуло, что отец может не вернуться. Он ведь всегда возвращался. Этот разговор я помнила хорошо и четко, а вот сам ритуал… Магическое действо рассыпалось в моей памяти на сотни маленьких кусочков, которые, как бы я их не крутила, не желали складываться в единое целое.

- Кажется, - кивнула я королю. - Ритуал печати почти не сохранился в моей памяти.

- Вот как… - его величество бросил короткий взгляд на Кромура.

- Яхонтовая моя, - обратился ко мне ласково гном. - А может быть ты можешь припомнить гостил ли кто-то тогда в вашем графстве? Или, возможно, гонец, что принес приказ явиться на службу твоему отцу, задержался?

Гонец? Гости? Тогда в нашем доме всегда было многолюдно. К матери часто захаживали знатные дамы, ко мне и Габриэлю приходили учителя. Но, думаю, Кромур спрашивал не о них. Сколько бы я не силилась вспомнить тот день, ничего не выходило, только бессвязные фрагменты, все больше бытовые: мое пробуждение, мама, которая торопит к завтраку, маленький Габриэль, которому говорят, что нужно хорошо кушать по утрам… Но ничего, чтобы было связано с самим ритуалом. 

Почему я раньше даже не замечала того, что часть моих воспоминаний словно бы скинули в ступу и перетолкли, сделав из них кашу? Понимаю, что прошло много времени, но я должна была запомнить такое важное событие. Не могла не запомнить!

- Простите, - ответила сразу и гному, и королю. - Но тот день совсем не сохранился в моей памяти. И это даже странно…

- Действительно странно, - хмуро ухмыльнулся Лестус Иврийский. - Но я вам верю. Особенно, если учесть, что вы сидите в самом центре печати правды, и она никак на ваши слова не реагирует.

- Что? - удивился принц. 

В два шага Орион подошел ко мне, носком сапога откинул край ковра, обнажив кусок сверкающего магией круга рун.

- Отец! - возмутился его высочество. - Графиня Стааф моя невеста, она не стала бы врать. И такое недоверие к ней - унизительно!

- Я все еще король, если ты забыл! И вправе допрашивать своих подданных так, как считаю нужным! - рявкнул в ответ Лестус Иврийский. - Графиня, вы можете быть свободны.

Не скрою, было немного неприятно, что ко мне применили магию дознания и даже не поставили в известность заранее. Но сейчас могла только радоваться, что все закончилось, и можно наконец покинуть общество его величества. Потому быстро поднялась, попрощалась с присутствующими и направилась к двери.

- Крошечка моя лазоревая, - шепнул Кромур у самого выхода. - Подожди внизу, без меня не уходи.

Я коротко кивнула и вышла. Тяжелая резная дверь за мной закрылась, но неплотно. Стражников у кабинета не было, похоже они еще не вернулись из темницы, куда повели Снейге.

- Граф Давара, - расслышала я голос короля. - А теперь давайте обсудим ход отбора невест для моего сына. Он должен быть закончен раньше, чем состоится моя кончина. Иначе в стране могут подняться волнения, враги попытаются забрать законное право моего сына, право династии Иврийских на трон. Так уже было, когда я наследовал венец после смерти собственного отца. Я не желаю повторения, потому следует учесть, что мое время на исходе.

Удивление, неверие - вот что ощутила я, услышав слова короля. Как это? Его величество собрался в могилу? Он? Прямой потомок древнего рода нормундов? Быть такого не может! Или может? Неужели этот лихорадочный блеск в глазах, который я заметила, заострившиеся черты лица, бледность кожи - ничто иное, как предвестники скорой кончины правителя?! Почему же никто ничего не делает?! Где лекари, маги, колдуны всех мастей? Не понимаю!

Мне стоило бы уйти, отправиться вниз, туда, где наказал ждать Кромур. Но после невольно услышанного просто не могла двинуться с места, напротив, подошла ближе, стараясь не упустить ни звука, проникающего  из кабинета его величества сквозь щелку неплотно закрытой двери.

- Отец! Мы должны найти того, кто вложил проклятье в печать графини Стааф. Тогда появится шанс снять его. И с отбором торопиться не будет нужды! - Горячо выпалил принц.

Я похолодела. Проклятье в моей печати? Что же получается? Когда король спонтанно, без обследования и подготовки разрушил магическую преграду, что сдерживала мою магию, он получил отдачу в виде какого-то сокрытого в ней проклятья? Но кто мог вложить такую защиту в мою печать? И зачем? А самое главное: выходит, что, пусть и невольно, но я могу стать причиной смерти Лестуса Иврийского?! Убить правителя?!

- Нет, - рявкнул король. - Я был неосмотрителен, самонадеян, повел себя, как мальчишка, и поплатился за свою глупость. Прими это, сын мой, как урок. Жестокий, но наглядный. Всегда сперва подумай, потом подумай еще раз, и только после этого действуй.

- И что? - слова отца Ориона не убедили. - Мы просто оставим все как есть и будем дожидаться, пока проклятье сожрет тебя?

- Смею заметить, ваше высочество, - вставил граф Давара. - Что печать графини Стааф была наложена более восьми лет назад. Любое дополнение должно было ослабнуть за этот срок. А раз оно сохранилось и явило такую мощь, очевидно, что создавший его, был невероятно сильным магом или использовал древний нормундский артефакт-источник.  В любом случае, сомневаюсь, что мы сможем развеять его творение.

- Нужно хотя бы попытаться, - буркнул Кромур.

- Все так, как должно быть. Равновесие нашло меня. Венец власти предупреждал, что однажды мне придется расплатиться той же монетой… - выговорил король.

- О чем ты? - спросил Орион.

- Когда-то я забрал у графа Стааф то, что было для него самой жизнью, - спокойно и как-то бесцветно заявил Лестус Иврийский. - И вот теперь он отбирает жизнь у меня. 

Мне хотелось знать, что скажет правитель дальше, понять, о чем речь. Но в коридоре послышались шаги. Похожи, стражники разобрались со Снейге и возвращались на свой пост. Допустить, чтобы меня застали за подслушиванием у дверей королевского кабинета, было нельзя. Следовало немедленно уйти. Задержалась еще на несколько секунд, надеясь, что смогу услышать еще хоть что-то. Но, как назло, за дверью повисло напряженное молчание. Дальнейшее промедление грозило опасной возможностью быть застигнутой.

Закусила губу и бросилась вперед, стараясь очутиться как можно дальше от помещения, где обсуждались тайны короны. И вовремя. Из-за угла появились служивые. Я сбавила шаг, делая вид, что совершенно спокойно иду по своим делам. Мы поравнялись где-то на середине коридора. Стражники салютовали, как и положено, я коротко кивнула, как и следует, и направилась к лестнице. Но пройдя несколько ступеней, остановилась. 

Сердце в моей груди билось с такой силой, что казалось вот-вот разломает ребра и выпрыгнет прямо на покрывающую ступени ковровую дорожку. Я убивала короля. Пусть невольно, пусть не своими руками, но… 

Зачем только уехала из дома? Здесь от меня сплошные беды! Герцога посадили в тюрьму и чуть не колесовали за заплетенный мною эрмияс, графа Давара я едва не сварила в кипятке выбросом собственной магии, раскрыла тайну принца, когда он спасал меня от падения в Иврийский разлом. И вот теперь король пострадал от спрятанного в мое печати проклятья! Такое чувство, что я сама - проклятье. Носительница проклятой крови! Проклятая невеста! Для принца с проклятой кровью - невеста проклятой крови…