Глава 25
Мы шли уже третьи сутки. К концу второго дня спустились с горы и оказались в густом лесу. Слева и справа от тропы высились огромные, неохватные деревья, которые тянули друг к другу узловатые ветви, хватались ими, сплетаясь, образуя непролазную, непроходимую чащу. В редких просветах то и дело можно было заметить странные аморфные тени с красноватыми огоньками глаз и, конечно, неизменный, вездесущий серый туман. Это место пугало, заставляло все время ожидать чего-то непредсказуемого и жуткого. Свернуть с тропы и попытаться пробраться через лес и мысли не было. Однообразный пейзаж и полное отсутствие каких-либо событий удручали всех, но госпожу Ланви, похоже, больше других. Эта предприимчивая женщина просто не могла, - с ума сходила от необходимости бездумно топать вперед, не понимая, зачем и куда.
- Великие стихии! Может надо было спрыгнуть с обрыва пока была такая возможность?! - в очередной раз закатывая глаза, задала риторический вопрос Ланви. - Это же просто невыносимо. Ни еды, ни воды…
- Вода у нас есть, - возразил Камаль.
- Если вы, ваше сиятельство, имеете ввиду сок, который собираете с деревьев, то это не вода, - фыркнула Ланви. - А сущее наказание. Горькое и вонючее наказание!
- Зато мы не умрем от жажды, - парировал граф.
- Только потому и пью! - всплеснула руками женщина.
Снова воцарилась тишина. И в ней я отчетливо различила детский плач.
- Ты это слышишь? - наконец решилась я спросить у маркизы.
С того вечера у костра, когда наш разговор закончился раздавшимися из ниоткуда голосами, мы почти не говорили. Кажется, маркиза боялась, что новый диалог опять окажется каким-то скрытым испытанием, который она может не пройти, и потому сторонилась меня, замкнулась.
- Что “это”? - спросила она.
- Плачет кто-то, - пояснила я. - Будто ребенок.
- Лучше бы не слышала, - почти прошептала Грюг. - У меня от этого звука кровь в жилах стынет.
Облегченно выдохнула: раз маркиза тоже слышит плач, значит я еще не сошла с ума.
- Может мы должны как-то помочь? - спросила я у нее.
- Если для этого нужно лезть в лес, то ни за что! - испуганно заявила девушка и прибавила шаг, удаляясь от меня.
- Смотрите, там луг! - восторженно воскликнула госпожа Ланви, шагавшая впереди.
Действительно, дальше по тропе деревья расступались, освобождая место зеленому травянистому разливу. Не скрою, я тоже была рада смене пейзажа. И не только потому, что пугающий лес надоел до ряби в глазах, но и потому что, выйдя из него, мы, возможно, прошли какое-то испытание. Быть может, показали выносливость, потому что обошлись без пищи, или дружелюбие, потому что не переругались, или стойкость, потому что не спятили лежа ночами в окружении странных теней с горящими глазами и наравящего подползти поближе серого тумана.
Я зашагала бодрее и вдруг увидела на прорезающей луг тропе человеческую фигуру. К нам шел тот, кого я могла узнать из тысячи, даже со ста шагов - мой брат!
- Габриэль! - воскликнула я, и бросилась вперед со всех ног, выбежала из леса, который успела возненавидеть, выныривая на луговой простор. - Габриэль! Как ты тут оказался?
Брат помахал мне рукой и тоже бросился бежать вперед. С каждым нашим шагом мое сердце стучало быстрее, я все отчетливей понимала, что не ошиблась. Это был он! Реальный, настоящий! Мой умный и начитанный братец нашел способ прийти ко мне на тропу ушедших, наверняка прихватив с собой что-то, что поможет нам выбраться отсюда.
- Цини! - радостно выкрикнул младший Стааф, и я еще раз убедилась, что это не мираж и не подлог: голос был его.
Неожиданно земля под ногами вздрогнула, толкнула меня вверх, поднявшись волной, как вода в море. Я с трудом устояла, тревожно взглянула на брата. Габриэль тоже ощутил встряску, остановился. Земля вздрогнула еще раз, сильнее, ощутимее и пошла трещинами, раскрываясь огромным провалом прямо под ногами брата. Он попятился, споткнулся, шлепнулся навзничь, стал отползать. А провал все разрастался, расходился в стороны.
- Прыгай! - крикнула я, протягивая вперед руки и молясь всем стихиям, чтобы Габриэль успел, чтобы он оказался рядом.
Мое сердце замерло в груди, дыхание прервалось, горло сдавило приступом ужасающей истерики. Трещина увеличивалась с невероятной скоростью, углубляясь, разрывая землю, как злобный дворовый пес кусок тряпки. Понимала, Габриэлю уже не успеть.
- Беги! - заорала я, срывая голос, стараясь перекрыть криком грохот падающих в небытие кусков земли и камней. Но, кажется, брат не услышал.
Он поднялся на ноги, разбежался и прыгнул. Я схватила ртом воздух и забыла выдохнуть, вся превратилась в один натянутый оголенный нерв, подалась вперед, к самому краю разлома. Прыжок Габриэля был недостаточно хорош. Сразу поняла: он не осилит разлом, не перемахнет. Брат тоже понял это. Я заметила ужас, исказивший его лицо прежде, чем пальцы брата царапнули край обрыва, сорвались, отламывая комок земли.
Я упала лицом вниз, моментально перевешиваясь через край обрыва, заглядывая в его нутро, чувствуя, как неверие и боль мощными челюстями вгрызаются в нутро. Тут же меня обдало немыслимой радостью, которая заполнила, затопала с головы до пят. И представить себе не могла, что настолько сильные и диаметрально противоположные эмоции могут сменять друг друга с такой скоростью. Но радость моя была оправдана, Габриэль оказался живым.
Он висел, ухватившись за какой-то торчащий корень совсем как я, сорвавшись в Иврийский разлом.
- Помоги… - выговорил он.
Я перегнулась еще ниже, протянула руку, стремясь достать до брата, до его раскрытой, протянутой ко мне ладони. Рычала, хватаясь за растущую траву, чтобы не слететь вниз, тянулась изо всех сил, но никак не могла ухватить его пальцы. Понимала, Габриэль слаб физически, долго удерживать себя он не сможет. У меня есть минута, не больше, чтобы вытащить его. Сейчас бы веревку, но ее не было. Вскочила, стремглав стала срывать с себя камзол, буквально выдирая пуговицы, намотала конец одного рукава себе на ладонь схватила покрепче и уже готова была кинуть эту спасительную замену веревки брату, как…
За моей спиной раздался звук камнепада, треск земли, пронзительно завизжала маркиза Грюг. Я инстинктивно обернулась, успела заметить, как в новый разлом срывается госпожа Ланви, на лету пытаясь ухватиться хоть за что-то, цепляет графа и тянет его за собой. Новая порция ужаса разорвалась внутри меня, оглушая, выедая все другие чувства. Один шаг, и я заглядываю в еще одну пропасть. Там, вогнав в откос магический шип висел Давара, цепляясь за его пояс болталась на нем Ланви, крепко ухватив за руку, раскачивающуюся, как тряпичная кукла, - Грюг.
- Магия истончается, - захрипел Камаль. - Новый шип не могу призвать, тут заклинание не работает. Помоги!
Его новоприобретенные крылья безвольно висели, лицо налилось алым от натуги, было заметно, что он изо всех сил пытается не дать магическому шипу развеяться. Я не могла успеть спасти и брата, и графа с Грюг и Ланви, нужно было выбирать. Осознание неизбежности выбора разорвало меня на части, злые слезы беспомощности и отчаяния хлынули из глаз.
“Выбирай… Выбирай… Решай скорее!” - зашептали вокруг меня.
“Сделай выбор... Одна родная жизнь или три чужих… Выбирай…” - слова звучали внутри меня, барабанили быстро-быстро, как капли проливного дождя по черепичной крыше.
Я взревела, как раненый зверь, выворачивая этим криком душу, понимая, что какое бы решение не приняла, буду жалеть о содеянном всю оставшуюся жизнь, рванула к краю, упала на землю, сбрасывая камзол свободным рукавом вниз.
- Хватайся! - выпалила я, давясь жгучими слезами, и уперлась ногами в землю, готовая тянуть тяжелую ношу.
Крепкая мужская рука вцепилась в ткань. Меня чуть поволокло вперед, но я удержалась, напрягла каждую мышцу так сильно, что все тело пронзило болью. Старалась не обращать на это внимания, молясь всем стихиям, чтобы нитки, скрепляющие детали камзола, выдержали, не разошлись. Перекатилась на спину, закидывая рукав на плечо, пыхтя и рыча, подняла туловище, наклонилась вперед, почти утыкаясь лбом в землю. Этого оказалось достаточно для того, чтобы граф Давара зацепился за край, подтянулся, снова почувствовал магию и подтолкнул себя воздухом вверх, выволакивая из разлома Ланви с маркизой.
В тот же момент, как ощутила отсутствие натяжения, поняла, что мои спутники в безопасности, рванула вперед, к обрыву, надеясь, что Габриэль еще там, еще жив, дотянул, не упал, справился… И он был.
- Хватай! - выдохнула я, кидая к нему камзол.
Но брат не дотронулся до ткани, даже не взглянул на нее. Вместо этого улыбнулся, странно, немного зловеще, чужой, посторонней улыбкой, от вида которой кровь застыла в жилах. Я замерла в недоумении. Габриэль разжал пальцы, выпуская корень, но не упал. Он раскинул в стороны руки, зависнув на месте и стал истончаться, превращаясь в сгусток серого тумана.
“Хороший выбор, - прошуршали голоса. - Три больше одного… Жертвенность во спасение…”
Похоже, я прошла свое личное испытание. Вот только с голосами была не согласна. Ощущала себя мерзко, искренне считая, что предала брата, хоть и ради спасения троих.
Туманный облик Габриэля лопнул, клубы серой мглы резко стали расширяться, поднимаясь вверх, и стремительно переваливаясь через край разлома. Они поглощали все вокруг, погружая меня в свое непроглядное нутро. И за это я была благодарна, потому что никто в этом туманном мареве не мог видеть, как я мелко дрожу всем телом, захлебываясь истеричными слезами, стараюсь подавить всхлипы. Происходящее здесь, на тропе было странным и жестоким. И я мечтала только об одном: чтобы все поскорее закончилось.
Не знаю, сколько времени лежала вот так, объятая пеленой, не видя ничего и никого вокруг. Но достаточно для того, чтобы привести мысли в относительный порядок, дать просохнуть слезам, убедить себя в том, что на самом деле Габриэля здесь не было, что он остался там, в столице, в Нефритовом саду, живой и невредимый. А когда туман рассеялся, стало ясно, что и никаких разломов не было, земля не расходилась гигантскими трещинами, передо мной стелился аккуратный ровный зеленый луг.
- Цинтия! - бросился ко мне Камаль, как только смог различить в развевающемся тумане. - Ты как?
- Нормально, цела… - сбивчиво ответила графу.
- Ну успокойся, все хорошо, - шептала рядом Ланви, сидя на земле, обнимая и гладя по голове рыдающую Грюг. - Ты - молодец, правильно сделала, что мою руку отпустила, спасла… И ни в какую лаву огненную ты не падала, это просто мираж был, наваждение… Почудилось и прошло… Тише, тише… Не плачь!
Похоже, маркиза тоже прошла свое испытание, проявила ту самую “жертвенность во спасение”. Нужно было двигаться дальше, но никто из нас сейчас на это был не способен. Мы все собрались в кружок, развели зачем-то средь бела дня магический костер и долго смотрели на его пламя. В путь мы двинулись только через несколько часов.
И уже через несколько сотен шагов я снова отчетливо услышала детский плач и короткое, но отчетливое “помогите”, произнесенное детским голосом. Все тут же стихло.
Мелькнула крамольная мысль: “Кто бы мне помог!”
Смеркалось, я шагала с трудом переставляя ноги, периодически улавливая бьющий по нервам детский плач и просьбы о помощи, краем глаза отмечая, что в эти моменты маркиза вздрагивает и закусывает губу. Пыталась определить, откуда доносится голос, оглядывалась вокруг. Но везде, куда не глянь, разливалось бескрайнее зеленое травяное море, упирающееся в клубы уже привычного серого тумана.
Очередной вскрик “помогите” неожиданно оказался более четким и явным. Настолько, что можно было определить направление, откуда он доносился. Остановилась, прислушиваясь, надеясь уловить детский голосок еще раз.
- Смотрите! - радостно взвизгнула маркиза. - Там портальная арка! Открытая!
Распахнула глаза и устремила взгляд в том направлении, куда показывала Грюг. Действительно, совсем недалеко, метрах в двухстах мерцал привычным магическим вихрем стационарный портал. Не сговариваясь, мы все бросились туда.
- Великие стихии! - срывающимся, звенящим счастливыми нотами голосом воскликнула маркиза, глядя на проступающий в центре портала образ конечной точки перехода. - Это же наш сад! Сад у дома, в котором я жила в детстве, недалеко от столицы!
Сперва я обрадовалась, подумав, что наше путешествие по тропе ушедших закончено, что мы добрались до финала, но тут же оборвала в себе эти мысли. Такого не могло быть, ведь нас двое, а стать супругой его высочества Ориона Иврийского может только одна. Тут же вспомнилось, как маркиза рассказала, что на вопрос таинственных голосов, она ответила, что хочет домой. Получалось, что портал был создан тут для нее. А я?
Нервно заозиралась, надеясь увидеть еще один магический переход. Тот, что ждал бы меня. Но ничего не было. Выходило, что ушедшие сделали свой выбор, определили прошедшую испытания невесту и открыли для нее проход, который вернет к жениху. А я?.. Я должна была остаться здесь насовсем…
Смотрела на удаляющуюся спину маркизы, замерев в оцепенении. Пыталась понять, правильно ли рассуждаю.
- Идем! - взял меня за руку Камаль. - Попробуем и мы пройти этим порталом. Вдруг получится.
Кажется, мысли графа текли в том же направлении, что и мои. Коротко кивнула, и последовала за хранителем мудрости, стараясь нагнать маркизу и Ланви.
Все вчетвером мы остановились в паре шагов от портальной арки, вглядываясь в ее мерцающее магией нутро, чуть смазывающее завихрениями картинку точки выхода.
- Вон беседка. Я в ней в куклы играла, - радостно сообщила Грюг, указывая на просматривающееся строение. - А вон старая яблоня. И прудик! Идемте!
- Все вместе? - спросила я, чувствуя, как разгорается внутри надежда на спасение.
- Конечно! - вставила Ланви. - Вы здесь не останетесь. Уходим.
И рыжеволосая первой шагнула в водоворот портала, растворяясь в нем. В этот же миг совсем рядом послышалось отчетливо и громко:
- Помогите!
Выкрик захлебнулся, прервался плеском воды. Меня, словно молнией, ударило пониманием того, что теперь я могу точно понять, откуда доносится голос, и он не кажется странным далеким эхом. Сделала два коротких шага в сторону, заглядывая за портальную арку и обомлела.
Там, в черном омуте карстовой воронки, барахтая руками, тонул ребенок.
- Помоги-кх-те! - снова выкрикнул мальчишка, на несколько секунд появляясь над водой.
- Там ребенок тонет! Уверена, это тот самый, что звал на помощь все это время! - выдохнула я, глядя на Грюг. - Мы должны помочь! Идем!
- Какой ребенок? Когда звал? - растерянно, стоя совсем близко к портальной арке спросил граф.
Но на объяснения не было времени. Знала, что слышали мольбу ребенка только я и маркиза. Но она не спешила следовать за мной, лишь отступила на полшага от портальной арки. Лицо ее побледнело, она скосила взгляд на вихрь, судорожно заломила пальцы.
- Нет-нет-нет, - затараторила она. - Нет! Вот же переход! Там дом! Я так хочу домой…
Девушка стала отступать от меня, пятясь спиной в сторону арки, запнулась, взмахнула руками, вцепилась в рукав графа и полетела вместе с ним. Прямо в объятья мерцающей магии, в портал. Снова! Снова моего проводника утаскивали от меня нелепо и случайно. Что не так с этим местом? Оно копирует события? Воссоздает похожие? Не ясно, немыслимо!
Портальный водоворот поглотил маркизу и графа в одно мгновение.
- Помогите! - опять разрезал оглушительную тишину детский крик.
Я осталась одна, смотрела на все еще вращающийся магический водоворот, призывно поблескивающий, манящий, обещающий явить конец долгому, напряженному, испытывающему нервы и волю пути. Он ждал. Ждал меня, ждал, когда я решусь и брошусь в его волшебную рябь. Только одно черное перо из неожиданно подаренных тропой ушедших Давара крыльев осталось лежать на траве. Я подняла его, хмурясь, почти решилась броситься в магический переход, но...
- Пожалуйста, помоги-кхе… - отчаяние в голосе мальчишки стало таким явным, таким надрывным, будто обозначило последнее мгновение его жизни.
И я рванула. Нет, не в портал, а к карстовой воронке, туда, к нему, уносясь от магической арки и мысленно коря себя за это. Почему я не ушла вслед за остальными? Почему не спасаю СВОЮ жизнь? Глупо! Очень-очень глупо!
Оказавшись возле воды, четко увидела сквозь ее кристально прозрачную толщу, как белокурый мальчик уходит на дно, глядя вверх широко распахнутыми глазами, вытянув руку, пуская пузыри.
Оглянулась. Портал еще мерцал, еще ждал моего возвращения. А ребенок… Он опустился глубоко. Не было никакой уверенности, что я донырну, и еще меньше надежды, что смогу всплыть вместе с ним. Но он своей детской мордашкой, своей беспомощностью, так напоминал маленького Габриэля!
“Великие стихии, что я делаю? Я рассудка лишилась. Начисто!” - мелькнула мысль в моей голове.
С ней я и нырнула, поднимая ворох прохладных брызг.
“Сейчас вытащу ребенка и в портал! - думала я, делая широкий гребок. - Тоже домой хочу, как маркиза Грюг.”
“А как же правда? - раздались под толщей воды голоса. - Ты же хотела знать правду!”
“Хотела, и сейчас хочу! - мысленно ответила я. - Но сейчас мальчишку зацеплю, выплывем с ним, и в портал! Сил моих больше нет таскаться по горам, лесам и полям! Здесь мне ответов все равно не найти!”
“Здесь, может быть и не найти, - неожиданно согласились голоса. - Но он все покажет!”
В тот же миг, как прозвучал последний звук этого заявления, пальцы детской руки коснулись моих. Два ярко-янтарных глаза смотрели так пристально, словно видели мою душу. Мы зависли в толще воды, не двигаясь ни вверх, ни вниз. Застыли, словно пара букашек в капле смолы. Я не дышала, но и от нехватки воздуха не страдала, вся одежда напиталась влагой, но не холодила, не липла к телу, не потяжелела. В какой-то момент ребенок как-то подался вперед, и его пальцы крепко обхватили мою ладонь, дернули меня вниз, потянув на себя.
Весь мир крутанулся, смазался, зарос сплошной пеленой серого тумана, а потом исчез. Ноги с глухим стуком коснулись пола, так, будто я перемахнула через пару ступенек разом и пружинисто приземлилась на каменные плитки.
Было темно, так темно, как не бывает даже в беззвездную ночь. И тихо, как не бывает даже перед бурей. Никакой воды вокруг, ни капли, ни влаги на моей одежде. Темно и тихо. Только где-то впереди виднелся островок мягкого света, будто бы проникающего лучом через пролом крыши. И там, в этот световом пятне кто-то был. Я знала, этот кто-то ждет меня.