Глава 19

Просыпаться и вставать абсолютно не хотелось. За окном громыхала гроза, и лил чуть ли не тропический ливень, стуча по крыше и подоконникам, как в барабаны.

Алмазов вышел из моей ванны, благоухая свежим гелем для душа, и проходя мимо, пощекотал мою выглядывающую из-под одеяла пятку. Вместо дикого визга (а я боюсь щекотки) я недовольно хрюкнула, подтянула ногу под одеяло и укрылась им с головой.

– А ты любительница поспать подольше. Уже который раз за тобой замечаю, что ты сидишь читаешь чуть ли не до утра, а потом спишь до двенадцати, – со смешком проговорил Тигран, открывая шкаф. Он умудрился незаметно перетаскать часть своей одежды ко мне в комнату!

– Ну извините, что мне не нужно вставать к первой смене на завод, – буркнула я из-под одеяла.

– Что ты там бормочешь? – Алмазов, не расслышав моих слов, решил подойти, наглым образом сдернув одеяло.

– Ты что творишь? Холодно же, – я активно заработала руками в поисках края одеялка.

– Я знаю один верный способ, как согреться за пять минут, – весело улыбнулся Тигран, со значением поглядывая на меня.

– Мы этим способом согревались всю ночь. Не самый долговременный эффект. Одеяло надежнее, – с этими словами я снова бухнулась на подушки, укрываясь с головой.

– Ладно, Кать, пошутили и хватит. Вставай!

– Зачем?

– А ты планируешь весь день провести в кровати?

– Почему бы и нет? Зачем вставать, если вечером в нее снова ложиться? – мрачно пошутила я.

– О, кто-то проснулся не в духе, – понятливо кивнул Тигран, – Ладно, может, эта новость тебя обрадует. Через час мы выезжаем в город.

– Опять будем сидеть в сомнительном ресторане, ожидая, пока на меня кто-нибудь клюнет из дружков Генриха? – вот уж чего мне точно не хотелось! Лучше проваляться в постели весь день, обнимая новые книжечки, которые привез Алмазов.

– Нет. Мы поедем в Пассаж.

– Торговый центр? Зачем?

– Кажется, твоя мама предпочитает французское кафе «Жеральдин»? Почти каждый день ее можно там встретить около четырех часов. Думаю, сегодня не станет исключением? – и он подмигнул мне!

В первые секунды я даже не поверила!

– Ты разрешаешь мне увидеться с мамой?! Но ты же говорил, что, как только они поймут…

– Я передумал, – перебил Тигран, – Эта встреча может быть только на пользу. Поэтому одевайся, приводи себя в порядок. Ты должна блистать и выглядеть на все сто.

– Боишься, что мамочка расстроится от плохого ко мне отношения и нажалуется отчиму? – съязвила я, выбираясь из горы подушек.

Настроение сразу же стремительно поползло вверх. Хотелось прыгать от счастья. Не очень высоко. Но в целом новость меня обрадовала.

– Я не боюсь, Катюша, – Тигран приблизился ко мне, сверля своим тяжелым взглядом, – Ни твоя мама, ни твой отчим не являются теми людьми, которые хоть как-то могли бы пошатнуть меня или мой бизнес.

– А Амиров, значит, смог? – хмыкнула я, даже не подумав о том, что и кому говорю.

В следующую же секунду Тигран отбросил шелковый халат, который намеревался помочь мне надеть, и как следует тряхнул мое тело. Он вцепился мертвой хваткой в шею, сжимая пальцы так сильно, что мне стало страшно. Задушит!

– Прости, – прохрипела я, пытаясь разжать его ладонь, – Тигран, пожалуйста, отпусти-и-и…

– Еще хоть слово в таком ключе, – прошипел он, – И я аннулирую наш договор. Подвал останется в полном твоем распоряжении. Ты уяснила мои слова, Катя?

Я дергано кивнула, боясь смотреть в лицо мужчины. За одну секунду из спокойного и веселого человека он превратился в разъяренного монстра.

– Не слышу тебя.

– Да-а, уяснила.

Тигран разжал пальцы и оттолкнул меня на кровать, опалив презрительным взглядом. Признаться, я и сама себя чувствовала по-идиотски. Надо же было додуматься, ляпнуть такое Алмазову!

– Вот же змея! Одевайся. Жду тебя внизу, – рыкнул он и вышел из комнаты, саданув дверью о стену.

Однако, у него хороший ремонт. И мебель качественная. Другая дверь бы уже раскололась, раскрошив часть стены.

Я потерла горло, на котором вероятнее всего останутся синяки от его мертвой хватки. Его бы силу да в мирное русло. Но ворчать можно, сколько угодно, а собираться надо.

– Змея.., – бурчала, забираясь под душ, – Тоже мне, нашел змею. Тогда ты – крокодил!

Выйдя из ванны, я выбрала элегантное платье от Chanel – мамин любимый бренд. Она должна будет по достоинству оценить эту новинку за гору деньжищ. Сумочка в тон той же марки. Минимальный макияж, чтобы подчеркнуть черты лица. Волосы я оставила распущенными, так как мне очень нравились их новый перелив благородных оттенков. Дополнила образ я несколькими скромными украшениями. В итоге, все, что было на мне, превышало общую стоимость в полтора миллиона! Для девчонки, привыкшей одеваться в Zara и прочих масс-маркетах, я выглядела вызывающе и непривычно.

Алмазов, увидев меня, сначала замер, а потом слегка скривился. На это мне пришлось промолчать, так как я не знала теперь, как себя с ним вести. Начать диалог, словно ничего не было? Плохая идея.

– Шанель тебе явно не идет, – вдруг выговорил Тигран, – Ты выглядишь старше лет на пятнадцать.

– Это классика, – пожала плечами, но все-таки было неприятно. Тем более я не считала, что этот наряд меня старит. Скорее мужчина хотел сказать какую-нибудь гадость в ответ на мои недавние слова.

– Ладно, твоя мама любит все брендовое и кричащее. Сойдет.

Меня неприятно царапнули эти слова. Откуда он знает, что любит моя мать?

– А теперь краткий инструктаж, – Тигран сел за барную стойку и отодвинул для меня высокий стул, – Когда войдем в кафе, ты должна сделать вид, что эта встреча полностью случайна. Удивись, вскрикни от радости. Я буду рядом и представлюсь, соответственно, твоим мужем.

– А если мама спросит, как так вышло?

– Я сам отвечу на большую часть ее вопросов, – мужчина сделал глоток кофе.

– Но я хотела поговорить с ней наедине! Без тебя и твоих интриг!

– А получится лишь со мной и моими интригами, – невесело хмыкнул Тигран, – Договор закончится, тогда наболтаешься с мамой. А пока строго слушаться меня.

Я немного поникла. Опять он будет использовать меня вслепую. Мне даже с трудом не удается представить, зачем Тиграну ломать комедию перед матерью? У нее нет никакого влияния. Ее Витюша тоже, как говорил Алмазов, не тот человек, что способен пошатнуть его. Тогда зачем?!

– Ну чего нос повесила? – вдруг спросил он, – Еще вчера я не планировал давать свое согласие на эту встречу.

– И что поменялось?

– Ну-у-у… возможно, этой ночью кто-то был очень убедительным? – он снова подмигнул мне и встал со стула, – Подумай об этом на досуге. Может, ты еще что-то хочешь? Я бы с удовольствием подумал над твоим новым желанием.

Нервный смешок, вырвавшийся из моей груди, превратился в возмущенное фырканье.

* * *

Однако, настроение сегодня у Тиграна было подобно американским горкам. Оно то радовало меня своей добродушностью, попытками шутить и быть обходительным, то откровенно пугало, когда Алмазов рычал на всех подряд и был несдержан в высказываниях. И это все за два часа! Я так-то не заказывала билет на эмоциональные качели, но вместо этого пришлось пару раз прокатиться.

Под конец поездки, когда Тигран в сотый раз разговаривал с кем-то по телефону, орал благим матом и грозно, я бы даже сказала многообещающе, поглядывал в мою сторону, я уже забилась в самый дальний угол машины и перестала обращать на него внимание. Пейзажи за окном были интереснее, чем этот несдержанный хам.

В самом торговом центре, когда мы приехали, он галантно подхватил меня под локоток и повел в сторону любимого маминого кафе. Не знаю, почему ей так нравится это заведение, но она со своими подружками может зависать здесь по несколько часов. Предполагаю, что резиновые безвкусные круассаны по цене свежепойманных омаров тут были не причем. Главное – это покрасоваться перед своими обеспеченными подружками, обсудить последние сплетни и прикупить очередную дорогую шмотку. Благо Витюша позволяет матери подобные траты, иначе она бы уже ему весь мозг выела чайной ложечкой. А может и без нее. Высосала бы через коктейльную трубочку, вот.

– Катя, веди себя естественно, – нахмурился Тигран, – Ты вся напряжена, как струна.

Я постаралась расслабиться, но получалось не очень хорошо. Спина была неестественно прямой, колени особо не сгибались. Не понимаю, с чего я вдруг стала так нервничать, но поведение Алмазова тоже сыграло свою роль. Теперь я жалела, что вообще захотела увидеться с мамой.

– Со мной все в порядке.

– Я вижу, – хмыкнул он, – Нет, так дело не пойдет. А ну-ка…

Не успела я опомниться, как Тигран сгреб меня один движением, прижимая к себе, и поцеловал.

Его губы целовали жадно, неистово. От меня, пожалуй, даже не требовался ответ. Я чувствовала себя маленькой тростинкой, попавшей в бушующий ураган. Всегда считала глупостью, когда в женских романах писали, что ноги онемели, и она свалилась прямо в руки главному герою. Вот только и я сейчас неосознанно цеплялась за руки Тиграна и льнула к его груди.

Мужчина делал сейчас все, чтобы на моем лице вспыхнул румянец, а вид получился немного глуповатым и смущенным.

Отстранился он так же внезапно и с удовольствием оглядел мое раскрасневшееся лицо.

– Совсем другое дело, – улыбнулся Тигран, – Пойдем.

Я поправила на себе платье, пригладила взъерошенные его рукой волосы и посмотрела по сторонам. До нас никому не было дела. Редкие посетители дорогого торгового центра проходили мимо и не обращали внимания на целующуюся парочку.

В кафе я сразу заприметила знакомый женский силуэт. Мама. Как всегда в элегантном наряде, с аккуратной прической и в компании своих подружек-змеюшек.

– Займем столик, чтобы она нас сама увидела, – распорядился Алмазов и прошествовал в зал, ведя меня за собой.

Мы выбрали свободное место в красивой арке, украшенной цветами. Мать сидела от нас по диагонали и уже бросала несколько раз заинтересованный взгляд. Вот только… мне кажется, или эти взгляды были обращены к Тиграну, а не ко мне?!

– У твоей мамы хороший вкус, – со смешком сказал он, заметно приосанившись.

– В отношении мужчин? Я бы поспорила с этим утверждением, – скептически скривилась, вспоминая тех, кто выходил из ее спальни.

– Ну-ну, станешь старше, умнее, тогда поймешь, – все еще улыбаясь, проговорил Тигран.

– Когда стану старше и умнее, буду избегать мужчин и жить отшельницей в каком-нибудь маленьком городке, – в сердцах выпалила я.

Но мои слова всерьез заинтересовали Тиграна. Он наклонил голову и оценивающе посмотрел, как я сначала потупила глаза, а потом открыто и серьезно встретила его взгляд.

– Избегать мужчин? Жить отшельницей? Не хочу тебя расстраивать, Катюша, но самой природой заложено так, женщина всегда нуждается в сильном и надежном плече рядом с собой.

– Я сама у себя сильное и надежное плечо, – фыркнула, – А таких, как вы все, которые мне встретились, начиная с брака с Амировым, мне не нужно. Буду очень рада, когда наше соглашение закончится, и я смогу уех… жить свободной жизнью, не оглядываясь на алчных бандитов, которые либо лишат жизни, либо продадут, как овцу с аукциона.

Алмазов выглядел немного странно. Выслушав меня, он нахмурился и откинулся на спинку кресла. На его лице так и отображался занимательный мыслительный процесс, поэтому он пропустил момент, когда ко мне из-за спины выплыла моя матушка. Ее деликатное великосветское покашливание я узнаю из тысячи.

– Кхм-кхм, прошу прощения, – она подплыла к нам и встала передо мной, – Я боялась, что обозналась, но… Катюша! Это ты!

– Мама? – не очень натурально удивилась я и попыталась улыбнуться, – Мама.

Женщина тут же бросилась меня обнимать.

– Катюшенька, – она даже пустила слезу, но тут же аккуратно ее промокнула салфеткой, не дав макияжу испортиться, – К нам приезжали какие-то люди и сказали, что…

Тут она еще раз покосилась на хмурого Алмазова и замолчала, не зная, что можно говорить вслух, а чего ну никак нельзя произносить. Я решила ей помочь.

– Познакомься. Это мой муж – Тигран.

– Тигран..?

– Да, позвольте представиться. Алмазов Тигран Григорьевич. Владелец холдингов: «Медиакреат», «Интерэсм», «КулинарионТВ», «МаринаГранд». Рад познакомиться с вами.

По мере, как Тигран произносил названия своих детищ, мы с мамой все шире раскрывали рот. И если я знала только одну компанию, то мамин сумасшедший блеск в глазах подсказывал мне, что у нее на слуху были все четыре холдинга.

Мужчина приподнялся в кресле и взял мамину лапку, приложившись к ней губами.

– Тигран… Григорьевич, а вы…

– Можно просто Тигран. К чему нам формальности? – его подаренная улыбка могла взять приз за первое место среди самых милых и обворожительных оскалов.

– Ох, Тигран, – кокетливо зажеманилась мать, – Это такая внезапная новость, что моя Катюша замужем за вами! Расскажите же мне, как это произошло?

– Исключительно по большой и чистой любви, – с самым честным выражением лица ответил этот гад.

– Я это вижу, – улыбнулась мама, – У Катеньки прямо горят глаза, когда она на вас смотрит.

Мне пришлось с сомнением посмотреть на себя в зеркало, которое висело на стене среди цветов. Горят глаза? Скорее два хмурых океана штурмуют и грозят утопить всех беспечных моряков с их кораблями.

И они оба оценивающе покосились на меня. Не знаю, что они увидели среди моего нахмуренного лба и упрямо сжатых губ, но оба скептически сощурились. Нда, мать всегда славилась проницательностью. И снова она бросила оценивающий взгляд на мою одежду, украшения, а потом еще раз на Тиграна. В ее уме сейчас явно шестеренки крутились в ускоренном режиме.

– Так, ребятушки, – воскликнула она, – Я приглашаю вас к нам домой! Нам есть о чем поговорить, не так ли? Я до сих пор не понимаю, как и где вы умудрились познакомиться. А здесь не самая уютная атмосфера для подобных бесед. Катя, когда вы к нам приедете?

– Даже не знаю. У Тиграна очень плотный график, – перевела все стрелки на мужчину. А то сейчас скажу что-нибудь не то, за что придется потом полночи расплачиваться.

– Думаю, через неделю я смог бы выкроить в своем графике два часа, – важно ответил Алмазов и обворожительно улыбнулся.

– Неделю? – расстроено протянула мама, но тут же смирилась, – Ах, чего это я? Вы же такой занятой человек! Витюша будет очень рад таким гостям.

При упоминании последнего я скривилась, будто закусила лимоном. Еще бы он не был рад! Попытается вытянуть из этой встречи столько выгоды для себя, сколько сможет. Тигран просто не знает, что его ждет на этом милом семейном обеде.

– Катюша, не составишь мне компанию в дамской комнате?

Алмазов незаметно кивнул в знак согласия.

– Конечно.

Как только мы с ней оказались за закрытыми дверьми, мать коршуном набросилась на меня с расспросами.

– Где ты умудрилась с ним познакомиться?

Я недолго подумала и решила отвечать правду. Хотела увидеть ее реакцию.

– Тигран купил меня на человеческом аукционе. За сумму в всего-то пятьдесят миллионов ему продали живую игрушку. А оказалась я там после смерти Амирова, у которого нашлась масса недоброжелателей.

– Смерти? – мать удивленно вздернула выщипанную бровь, – Ах, да. Что-то такое слышала. Печальная новость.

– Почему вы с отчимом не забили тревогу, когда к вам обратились люди Касаяна? Они предлагали меня выкупить? – этот вопрос был для меня самым важным.

– С Витюшей связывались какие-то чучмеки, – мать презрительно скривилась и отмахнулась, – Нам даже прислали парочку твоих фотографий, где ты голая и без сознания.

– И??? – мое сердце уже отбивало какой-то невообразимый ритм.

– Что «И»? Кать, они запросили непомерную для нас сумму! Предупредили, что если не заплатим, то заставят тебя отрабатывать долги Амирова. Но мы были уверены, что тебе повезет и попадется хороший человек, сраженный твоей красотой. Так ведь и вышло, Катюша. Ты теперь в шоколаде, – мама потянулась поправить на моей голове выбившуюся прядку, но я отшатнулась от нее.

– Сколько они просили? – в голове шумело от всего услышанного. Я просто не могла поверить, что это правда.

– Что-то около двадцати миллионов. Примерно так. Но ты же понимаешь, что у Витюши нет такой свободной суммы!

– То есть на новый БМВ за семнадцать лямов у него есть деньги, а выкупить меня не оказалось суммы? – я вцепилась в раковину, чтобы не пошатнуться и не упасть.

– Катенька, сейчас не время обижаться, – мама постаралась сделать вид, будто ничего не произошло, – Ты замужем за прекрасным человеком. Обеспечена, богата и, судя по всему, всем довольна. Так к чему лишние обиды?

– Ты понимаешь, что вы добровольно отдали меня на растерзание этим сволочам, которые хотели отомстить Генриху через его жену?

– Ой, не надо таких высокопарных фраз! Придумала же, аукцион! Кому ты нужна, чтобы вываливать за тебя полсотни миллионов? Небось, Тигран оказался шустрее других и быстренько разглядел в тебе такую милую красоточку.

О да… я вспомнила себя голой и чумазой после пробежки по заснеженному лесу. Красоточка!

– Ты меня не слышишь! Мне пришлось пройти через такое, что тебе и не снилось! – выкрикнула я, чувствуя, как злые слезы брызнули из глаз, – Я бегала голой по холодному лесу, чтобы сбежать! Я сидела в подвале и каждый час ждала, когда Тигран меня изнасилует или убьет! Я… я.., – рыдания перехватили горло и мне стало трудно дышать, – Ты же моя мама… неужели ты не понимаешь?

– Прекрати, – весьма жестко ответила эта женщина, – Что ты заладила я-я-я? Ты была еще маленькой, когда мне пришлось удерживать нашу семью на плаву после смерти твоего отца, и не помнишь, через что Я проходила! И поверь, твои стенания о выдуманном аукционе, подвале и прочем – еще цветочки.

– Да что ты говоришь?! Ты добровольно ложилась с мужиками за деньги, не желая работать! А я оказалась во всем этом исключительно из-за вас! Сначала, потому, что вы вынудили меня выйти замуж за Амирова, потом, потому, что бросили на произвол судьбы, отказавшись выкупить за двадцать миллионов! Мама, вдумайся! Эту сумму вы могли получить, продав две машины из автопарка Витюши.

– И что? Ну выкупили бы мы тебя, и ты снова вернулась бы на нашу шею? – искренне поразилась мать, – А так, посмотри сейчас на себя! Ты настоящая обеспеченная леди при богатом муже. Не понимаю, чем ты недовольна?

Я устало выдохнула и прикрыла глаза. Все, что мне хотелось узнать, я узнала. На этом можно заканчивать наш бессмысленный разговор по кругу.

Надеюсь, хотя бы теперь мне хватит мужества признать тот факт, что у меня больше нет матери. Зачем мне такой человек?

В голове неприятно застучало в висках. Пора уходить.

– Прощай, мама. Спасибо, что умудрилась вырастить до восемнадцати лет, а не продала на органы в особо тяжкие и нищие периоды, – холодно сказала я и развернулась.

– Можешь язвить, сколько хочешь, но ты должна быть благодарна за все то, что я для тебя сделала! – крикнула она мне вслед, – Жду вас через неделю с Тиграном на обед!

– Ага, жди, – зло усмехнулась и вышла из дамской комнаты.

Тигран уже заждался. При виде меня он выдохнул, но тут же увидел заплаканные глаза и нахмурился.

– Что случилось, Катя? – мужчина встал, чтобы помочь мне сесть, но я замялась.

– Давай уедем отсюда?

– Как скажешь. Я уже расплатился, поэтому можем ехать. Вас долго не было. Что произошло?

– Мы поговорили с мамой.

– И?

– И больше у меня нет мамы, – как бы мне не хотелось произнести это решительно и категорично, но голос сам сорвался на плаксивый. Слезы снова подступили к глазам.

Было очень… очень-очень-очень больно и обидно понять, что твой близкий человек тебя предал. И хотя я должна это была понять еще тогда, перед браком с Амировым, но сейчас осознание накрыло с головой.

Я снова забилась в дальний угол машины и дала волю слезам. Тигран поначалу меня не трогал, давая выплакаться, но потом понял, что истерика не утихает, а лишь приобретает более грандиозный масштаб. Тогда он насильно утащил меня к себе на колени, уткнул лицом в свою грудь и стал осторожно гладить, приговаривая всякие глупости.

Не знаю, сколько времени прошло, но очнулась я, когда мужчина осторожно целовал меня в висок.

– Не бойся, Катюш. Ты ведь не одна. А мама… мама хоть и близкий тебе человек, но не стоит так убиваться из-за ее предательства.

– Я хотела убедиться, знала ли она о моей судьбе хоть что-нибудь или нет. И вот… убедилась.

– Выкинь ее с отчимом из головы. Просто не думай и все. Ни к чему тебе бередить раны на своем сердце.

– Я сильная. Я со всем справлюсь. Поплачу еще немного и забуду, – решительно произнесла.

– Ты сильная, – согласно кивнул Тигран, – И мы со всем справимся. Ты ведь теперь замужем, забыла?