Глава 13.

Через несколько часов, к нам заявляется радостный и подвыпивший Жорж. Радостный – потому что таки получил желанный контракт на поставку критца, а подвыпивший – потому как хорошенько это дело отметил. И на радостях признается, что он, оказывается, специально заманил нас с мамой на это мероприятие. Говорит, что к нему в бар заявился тан Фалькор и пообещав выгодный контракт, попросил привести нас на прием. Зря Жорж припёрся к нам в таком состоянии и все разболтал. Мама ему ни за что не простит такого предательства. Он же, считай, продал нас за возможность сбывать свой критц большими партиями.

– Тыковка моя, ну это же пустяки! Никакая опасность вам не угрожала, – говорит этот предатель.

Тыковка? Фу, как по́шло.

– Жорж, я давно знала, что ты меркантильный до мозга костей, но чтобы настолько… Вот скажи мне, откуда ты мог знать, что нам безопасно туда идти? – мама выглядела угрожающе. Кажется, чаша её терпения переполнилась.

– Ну-у-у, – начал мямлить он. – За драгарцами вроде не было замечено никаких противоправных действий.

– Или они тщательно скрывают такие факты, – подливаю масла в огонь.

Жорж стреляет в меня уже почти трезвым взглядом и рявкает:

– А ты вообще, лучше помолчала бы! Крутишь хвостом перед иномирцами, а виноват потом я!

Ай да Жорж, ай да молодец! Облегчил мне процесс избавления от собственной персоны подле моей мамы. Образно говоря: совершил контрольный выстрел в голову.

– А ну пошел вон! – мамочка даже голоса не повысила, но холодок по коже, даже у прошёл. Что уж говорить о Жорже: у него чуть челюсть под диван не закатилась.

– Тыковка, ты как со мной разговариваешь?! – взвизгнул он совсем не по-мужски.

– Какая я тебе к урку тыковка? Ненавижу это идиотское прозвище! Вали отсюда и не смей больше ко мне подходить! Всё кончено. Мы расходимся, – решительно заявляет Лаура Смитт.

– Ах так! Не думал, что ты окажешься такой неблагодарной тварью, – начинает он оскорблять. Всё по классике: слабые, ничтожные мужичонки, всегда себя так ведут, когда задевают их достоинство. Пытаются унизить женщину, выливая на неё ушат помоев, а в конечном итоге, сами оказываются в канаве с нечистотами. Таких как Жорж, никогда не будут уважать. Он слишком ничтожен, чтобы добиться хоть каких-то высот в бизнесе. Сомневаюсь, что представители высшей расы, захотят иметь дело с таким отбросом. Он делец, не более, и его уровень – это занюханная забегаловка, для низших слоёв общества.

Меня одно удивляет: почему мама так долго его терпела? Обязательно поинтересуюсь при возможности.

– Вон! – мама толкает уже по-видимому бывшего ухажера к выходу.

– С удовольствием! – заявляет он. – А ты, уволена! Чтобы больше не появлялась в баре! Посмотрим, как быстро ты ко мне приползешь, умоляя взять тебя обратно, – глумится.

– Да чтоб ты захлебнулся своим критцем! Гадкое пойло, такое же, как и ты! – крикнула она, вытолкала его и громко хлопнула дверью.

Он что-то еще орал за дверью, но было не разобрать. Да мы и не пытались. Устало переглянулись и пошли пить чай.

***

На следующий день, выйдя на смену, я ходила и постоянно оглядывалась по сторонам, боясь наткнуться на драгарца.

Зачем я дала ему шанс? Понятия не имею. Хоть перспектива полетать на космическом звездолёте и побывать на других планетам, крайне заманчива, но выходить замуж по расчёту – это не мой путь. Я всего добьюсь сама. Пока не знаю как, но обязательно придумаю. Пользоваться связями Матиаса Качински тоже не собираюсь, даже если он сам предложит. Отцом мне, он уже не станет, однозначно. Не хочу иметь ничего общего с ним. Есть у него одна дочь, вот пусть ей и занимается, а ко мне лезть не нужно. Да, мне обидно, не буду скрывать. Обидно, что у Ады был и есть отец, а у меня нет. Успокаивало лишь то, что судя по тому как он относится к Аде, будто она товар, или способ достижения цели, отец из него хреновый. Так что, кажется, я ничего не потеряла.

В комнате отдыха меня ловит Келл.

– Ли, ты совсем меня забыла, – выговаривает он мне. – Раньше всем делилась, а теперь скрытничаешь. До меня дошли слухи, что ты стала невестой драгарца. Ли, серьёзно?! Почему я узнаю о таком от кого-то, а не от лучшей подруги?!

Поток возмущения друга, просто невозможно остановить. Проще дать ему высказаться до конца и уже после, начинать оправдываться.

– Да когда бы я успела тебе рассказать? И я никакая не невеста драгарца. Твои информаторы наврали. Я отказалась от помолвки, по крайней мере пока.

– Что значит “пока”? Ты что, хочешь согласиться? Ли, ты в своём уме? – рявкнул Келл, да так, что стены задрожали.

– Не то чтобы хочу… – тяну я, а затем перехожу в наступление. – А что? Это мой шанс выбраться с Танары, увидеть космос и получить хорошее образование.

Келл смотрит на меня, как на душевнобольную и качает головой.

– Какое образование, Ли? Драгарцы – патриархальная раса. Они высшие, понимаешь? Скорее всего, тебя закроют в доме и будешь ты рожать маленьких драгарчиков… драгарчат… драгарят… Тьфу ты! Детей, короче, будешь рожать. Мно-о-ого, – пугает он.

– Что за бред? Откуда у тебя такая информация? У них закрытая планета и никто не знает, как они там живут.

Кажется, мне самой хотелось, чтобы Келл привел настолько убедительные доводы против согласия на помолвку, чтобы я выкинула из головы призрачную надежду на благополучное будущее, которое может меня ждать. А может, всё действительно так, как говорит Келл, и согласившись, я обреку себя на роль рабыни – драгарской подстилки.

Нет, Келл прав, о высших слишком мало известно и соглашаться на помолвку – это верх безрассудства. Решено. Если драгарец будет настаивать – откажусь, а если и тогда не отстанет – пошлю куда подальше в более грубой форме. Замуж я выйду, только по любви.

– Да, никто не знает. Но неизвестность – пугает больше всего, – задумчиво произносит друг. Я вижу, что он очень за меня волнуется и безмерно это ценю. Все же, у меня всегда лучше получалось дружить с парнями. Женская дружба – не для меня. Выяснила опытным путем, обжегшись раза три. Мне хватило. А с Келлом, мы дружим уже лет пять. Пять абсолютно идеальных лет.

Собственно, от того, я и не сильно спешу сматываться с Танары. Меня здесь держат два самых родных, э-э-э, существа? Келла, человеком не назовешь даже с большой натяжкой – чего стоит один зелёный цвет кожи. Мама и Келл. Понимаю, что рано, или поздно нам придется расстаться, как минимум с другом, но когда думаю об этом – уже скучаю.

– Ли, – зовёт Келл, – драгарец тебя искал.

Та-а-ак!

– Зачем? – начинаю нервничать.

– Да кто ж его знает? Не сказал. Он по сути и не спрашивал, пока я сам с ним не заговорил. Просто он как ищейка рыскал по отелю. Принюхивался, в прямом смысле этого слова. Ну я и подошел узнать: чего ему надо. Сказал, тебя. И такой странный взгляд у него был в этот момент. Будто ты уже его собственность и сбежала от хозяина. Ли, мне за тебя страшно, – взволнованно говорит Келл и дергает на себя, прижимая к своей могучей груди.

– Мне самой за себя страшно, но что я могу? Он знает где я работаю, где живу. Да он, оказывается, знал обо мне то, о чем я сама не знала, – выпаливаю на эмоциях, а поняв, что ляпнула лишнего, тут же затыкаюсь. Но Келл уже уловил суть. Поэтому, отрывает от своей груди, берёт одной рукой за подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.

– Ты о чём, Ли?

Он ждёт ответа, наблюдая за сменой эмоций в моих глазах. И мне приходится признаться:

– Я узнала кто мой отец.