Глава 43.

Мужчины приводят нас, пожалуй, в самую неожиданную локацию – на местный рынок. Забавно, что насколько бы ни была развитой планета, но особенный колорит ей придают именно такие места, где можно встретить разные слои населения: от бездомного, до какого-нибудь высокопоставленного господина. Правда, второй будет в окружении охраны.

Мы с мамой, в данный момент, как раз на месте второго. Не могу сказать, что мне по душе такой вид прогулки, но как я успела понять, теперь так будет всегда. Фабиан не будет рисковать моей безопасностью и то, как он бережно, но крепко сейчас сжимает мою ладонь – это явно подтверждает.

Мама с даэ уходят немного вперёд, размахивают руками, смеются, что-то эмоционально обсуждают. Думаю, у местных сегодня случился культурно-поведенческий шок, таким, своего правителя они ещё, скорее всего, никогда не видели. Да и нечему ему было раньше радоваться. Вон, ещё недавно к Создателю на рандеву собирался, а теперь круги наматывает вокруг тани Лауры, как грозный зверь вокруг своей самки.

В какой-то момент отвлекаюсь от созерцания "сладкой парочки", потому что хочу уточнить один момент:

– Фабиан, Матиас Качински на Драгаре?

Муж отводит взгляд и поджимает губы – признак того, что он злится. Я уже немного научилась считывать его эмоции.

– Да, архар бы его подрал! – выплёвывает. – Он запросил разрешение навестить дочь.

– Что?! Дочь?! Его дочь находится рядом с ним, а я видеть его не желаю. Никогда.

Качински держит драгарцев за идиотов? Да даже мне понятно, что лично я ему и даром не сдалась. А вот статус тестя драгарца из правящей семьи – это совсем другое дело. Как же противно всё это. Мой биологический отец – совершенно беспринципный, мерзкий и недостойный человек.

– Тебе придётся с ним встретиться один раз. Нужно, чтобы ты лично сказала ему, что не желаешь его видеть. Тогда мы совершенно обосновано выдворим его с Драгара, как только решим все дипломатические вопросы с СОС. Не смотри на меня так! Я сам не рад его присутствию, но так как мы опрометчиво вступили в Союз Объединённых Сил, то приходится придерживаться определённых правил.

– Объясни толком.Пока я ничего не понимаю. Как связано присутствие тана Качински на планете, с вашим сотрудничеством с СОС? – что-то я не врубаюсь в суть.

– Напрямую, – Фабиан останавливается недалеко от какого-то прилавка и притягивает меня к себе. Наклоняется ниже и покрывая поцелуями моё лицо, в перерывах, объясняет очевидные для него, но не для меня вещи: – Понимаешь, долгое время мы почти никого не пускали на нашу планету, но из-за того, что мы так сказать, забираем женщин других рас, у которых есть родственники, которые желают хотя бы иногда их видеть, пришлось придумать определённые правилами. Женщин могут навещать их самые близкие родственники, и даже оставаться жить, но только если того хочет сама женщина. Когда мы вступили в СОС, они немного подкорректировали наши правила. Один родитель, или родственник, может находится на Драгаре, даже если этого не желает сама женщина драгарца. Как бы в роли опекуна, который будет следить, хорошо ли обращается с ней муж.

Я смотрю на Фабиана с максимально скептическим выражением лица. Как драгарцы могли попасться на такую глупую уловку?

– Не смотри на меня так. Я знаю, что мы поступили как полные идиоты, но пока ничего не исправить. Поэтому, ты должна сказать Матиасу Качински в лицо, что не желаешь видеть его на планете. На Драгаре уже находится твоя близкая родственница, так что он может валить к проклятому архару! – рычит Фабиан.

Я улыбаюсь. Когда Фаб злится, он ещё красивее. А может, это просто кто-то влюбился по самые надпочечники.

Утыкаюсь лицом в его рубашку и вдыхаю его особенный запах. Для меня особенный. Манящий, заставляющий затуманиваться сознание и жмуриться от удовольствия. Ну вот, уже и я подсаживаюсь на запахи.

– Конечно скажу, даже не сомневайся, – говорю, прильнув к мужу.

– Ещё один момент: я почти уверен, что все эти покушения на твою маму, дело рук Качински, ну а за ним стоит руководство СОС, разумеется. У него бы возможностей не хватило, в одиночку такое провернуть.

Фабиан замолкает. Видимо, даёт мне время осмыслить его слова. И я невероятно благодарна ему за понимание. Целую его грудь через ткань рубашки и глубоко дышу, меня успокаивает его такой родной уже для меня запах.

Вот только как можно осмыслить то, что мой отец хочет убить мою маму. Свою когда-то любимую женщину. А любил ли он её вообще? Сильно сомневаюсь. Кроме власти и денег, его, кажется, больше ничего не интересует. Понимаю, что не испытываю негатива к Аде, мне её искренне жаль. В отличие от меня, она воспитывалась этим монстром в человеческом обличии, поэтому ей можно только посочувствовать.

Одного не понимаю:

– Любимый, а почему он хочет смерти моей мамы? – выговариваю с трудом, к концу мой голос понижается до хрипа.

– Всё просто. Если не будет твоей мамы, он сможет остаться на планете, как твой опекун и шпионить для СОС. У них конечно есть здесь люди, собственно поэтому ты и не можешь никуда выходить без охраны, но у него то будет возможность находится в непосредственной близости к правителю.

Снова-и-снова, я глупо надеюсь, что он не может оказаться ещё большей сволочью и каждый раз он доказывает обратное.

Кажется, мы слишком отвлеклись на разговоры, потому что нас потеряли и сейчас зовут присоединиться к выбору украшений в ювелирной лавке. Меня побрякушки никогда не привлекали, поэтому я реагирую равнодушием.

– Тебя не нравятся украшения? – спрашивает Фабиан, когда я с удивлением смотрю на маму, которая восторженно рассматривает всякие колечки-серёжки.

– Не очень. Никогда ничего такого не носила, и не страдала по этому поводу, – пожимаю плечами.

– А вот это будешь носить? – произносит Фабиан и достаёт их кармана своего комзола длинный узкий футляр. Открывает его и меня ослепляет невероятной красотой. Внутри лежит браслет, подозреваю, что из платины – её на Драгаре тоже хватает – инкрустированный ярко синими камнями…

– Это лазурит?! – поражаюсь я.

– Да. Не нравится? – голос Фабиан дрожит неуверенностью.

– Ну что ты?! Нравится, конечно! Это самый красивый браслет, который я когда-либо видела, – говорю искренне и не могу отвести глаз от завораживающей синевы драгоценных камней.

Фабиан вынимает красоту из футляра, я протягиваю свою руку и он невероятно бережно застёгивает его на моём запястье. Кручу рукой туда-сюда и не могу налюбоваться, а затем кидаюсь мужу на шею с поцелуями. Мы продолжаем стоять посреди рынка, возле торговых прилавков, и нам всё равно, что мы сейчас в центре внимания всех продавцов и местных жителей. Фабиан целует меня со всей страстью, видимо те три часа, что мы не виделись, пока я проводила время с мамой, для него стали критичными. И сейчас он дорвался.

– Ты же понимаешь, что браслет не простой? – говорит, оторвавшись от меня на мгновение и снова атакует мой рот. А как я отвечать должна?

– А какой, золотой? – улыбаюсь и сама целую его.

– Платиновый! Но не это главное. Это фамильный брачный браслет. Он принадлежал моей маме. Теперь, он твой по праву, – Фабиан серьёзен, как никогда. А мне становится так тепло и легко на душе. Даже сама себя не понимаю. Неужели, для того, чтобы окончательно поверить, что у нас всё по-настоящему, мне нужно было физическое доказательство? Какая же я всё-таки глупая. Стоит только оглянуться вокруг и заметить завистливые взгляды женского пола в мою сторону. Это ли не доказательство того, что даже у незнакомых людей нет сомнений, в искренности чувств Фабиана?

Я без лишних слов выражаю свою благодарность поцелуями.

– Дети, может наконец отлипните друг от друга? У вас ещё вся жизнь впереди, а целоваться у всех на виду неприлично, – мама в своём репертуаре, но на её лице светится довольная улыбка при взгляде на нас. Неужели она поменяла своё мнение о Фабиане? Заметила, насколько он мне важен? Было бы отлично, если бы им удалось поладить.