Глава 15. ”ОНИ ВЕДЬ ТОЖЕ ЖЕНЩИНЫ!”

Помимо Эйнара здесь были и другие слуги. Я не видела их лиц под накинутыми на голову капюшонами, а вот голос дворецкого его светлости, Силуяна, узнала сразу, как только он заговорил:

- Прошу вас, соэллы, следовать за мной. Лабиринт подземных ходов под замком очень сложный, легко можно заблудиться и потеряться, так что никто и никогда не сможет вас найти. Поэтому постарайтесь не отставать.

Очень вежливо сказал. Очень доброжелательно. Но каждая из семи невест сразу поняла -ног не пожалеет, но не отстанет. Ибо никому не улыбалось бродить этими подземными ходами в полной темноте, в одиночестве, звать на помощь, не находить выхода днями, неделями, а то и месяцами, в итоге так и умерев здесь, в этом темном и страшном подземелье.

Вот так надо пугать, без жалких мистификаций.

Пока мы продолжали спуск вниз, я осматривалась. Проходы и лестницы были вырезаны прямо в камне. Какой гигантский крот изрыл все нутро скалы этими ходами, оставалось под вопросом. У него должны были быть стальные когти.

Или, как вариант: этот лабиринт ходов был создан магией.

Невесты молча следовали за слугами во главе с Силуяном. Никто ни о чем не спрашивал, не просился обратно на поверхность. Тишину нарушали только шаги и время от времени -тихий плач Ойвии Лантини.

Последнее меня почему-то успокаивало. Если бы Ойвиа Лантини перестала плакать, я бы, пожалуй, сильно насторожилась. А так, вроде, все как обычно.

В какой-то момент мне показалось, что я вижу слабый свет где-то внизу. Это было не яркое сияние от фонарей или факелов, нет, а как будто сплошную тьму подземелья разбавили оттенками серого цвета, который слегка серебрился.

Совсем скоро я поняла, в чем дело.

Один из ходов вывел нас наружу - прямо под ночное небо, - и мы оказались на небольшой площадке, каменным уступом нависающей над зарослями кипарисов и туи, которыми заросло подножие скалы.

Отсюда открывался вид на территорию острова позади замка и на море. Мой взгляд привлекли темные пятна вокруг острова. Они казались черными дырами на морской глади, но с заминкой я поняла - это были острова. Маленькие каменистые острова, окружившие главный остров - Кархен.

- Семь, - тихо произнес рядом кто-то из невест, я не разобрала, кто.

- Все верно, соэллы, - произнес Силуян. - Кархейские острова - это один большой остров Кархен и семь маленьких островов вокруг него - Карух, Магар, Орх, Рух, Торуг, Фиан, Корг. Каждой из невест его светлости сегодня ночью предстоит побывать на одном из семи островов вокруг Кархена. В чем заключается ваше испытание, вам должны были рассказать. Нам же, слугам замка, это неизвестно. Мне велено лишь показать вам дорогу. Сейчас мы должны спуститься еще ниже. Пойдемте.

Вернувшись в темноту скальных переходов, мы продолжили спуск. На ходу я анализировала услышанное.

Значит, нужно будет попасть на один из маленьких островов. Надеюсь, не вплавь, хотя с Гранвиля станется и ночной заплыв в чем мать родила невестам устроить. Не удивлюсь, если он где-то сидит с биноклем, или подзорной трубой, или что тут у них вместо приборов дальнего видения, и потирает пухлые ладошки в предвкушении пикантного зрелища.

Что делать на острове, вот в чем вопрос? Так и подмывало схватить кого-нибудь из девиц, утащить в сторонку и заставить рассказать, в чем суть испытания, но, во-первых, можно отстать и потеряться, а во-вторых, похоже, Гранвиль их так застращал, что они будут молчать, притворяясь немыми от рождения.

Ладно, черт с ними, буду разбираться на месте, решила я.

Идти мне, к слову, было нелегко - мои бедные чулки прямо сейчас представляли собой магазин «Тысяча мелочей», благо все это богатство поддерживали обвязанные вокруг икр шелковые ленты. Впрочем, какое там, к черту, «поддерживали», если они сползали?!

А началось все с того, что незадолго до полуночи я сказала своей самой исполнительной в мире служанке: «Лотти, мне не помешает взять с собой несколько полезных вещей».

Это был мой просчет. Я должна была понимать, кому я это говорю.

Серебряные булавки с цветочками, золотые шпильки с жемчужинами, гребешок, инкрустированный какими-то полудрагоценными камешками, шелковые ленты...

- Нет ничего полезнее шпилек и булавок! - с горящими глазами внушала мне Лотти. -Поверьте вашей верной служанке, госпожа, я знаю, что говорю! Ничто так не выручает в трудной ситуации, как булавки! Оборка распустилась, бант оторвался, аль шовчик где разошелся - булавка завсегда выручит, госпожа! А ежели локон из прически выбился -шпилька все исправит! А еще ленты! Лентами можно прикрыть любой изъян на платье, госпожа, ежели умеючи!

И пока Лотти все это говорила, она прятала в мои чулки все эти крайне полезные вещи. А потом принялась обвязывать мои ноги лентами - чтобы держалось.

Решив, что Лотти от волнения слегка тронулась рассудком, я даже боялась ее останавливать, хотя «полезные вещи» в моем представлении выглядели иначе.

Что, скажите на милость, я буду делать на испытании с булавками и шпильками? Разве что в Гранвиля ими тыкать. Может, проткну - и сдуется. Как воздушный шарик.

Это я так думала до того, как за мной пришел слуга. Теперь-то я понимаю, что надо было сразу избавиться от булавок. Кому расскажи: отправляюсь на испытание на один из Кархейских островов с заначкой из булавок и шпилек в чулках.

Эпичный был бы конфуз.

Спустя минут десять по моим внутренним часам, мы вышли в просторную пещеру. Ее дно было затоплено морской водой. На воде, привязанные веревками, дожидались лодки. Сосчитать их не стоило труда.

Семь.

- На этом моя задача выполнена, соэллы, - произнес Силуян. - Каждой из вас нужно выбрать лодку на свое усмотрение. Любую. Лодки доставят вас на острова. Дальнейшее мне неведомо. Я и остальные слуги будем ждать вас здесь до рассвета. Доброго пути.

Я хмыкнула. А что, он может быть добрым? Ну, чисто теоретически?

Не успела я даже подумать, что делать дальше, как мимо меня прошла Вилора Дюран. Мой взгляд лишь на пару мгновений выхватил в сумраке пещеры ее профиль.

«Ого, - пронеслось в мыслях. - Какая решимость».

Насколько я успела заметить, Вилора по-прежнему была белой, как мел, от страха, но во взгляде ее плескалась яростная непримиримость. Она как будто злилась или... нарочно распаляла в себе гнев, чтобы унять страх.

Как только Вилора Дюран зашла в одну из лодок, один из слуг отвязал веревку от берега, и лодка тронулась с места.

Она плыла сама.

«Без магии не обошлось, да?» - подумала я.

Остальные невесты, включая меня, провожали взглядами тонкую фигурку в лодке, пока та удалялась, плавно скользя по воде.

Через две минуты лодка нырнула в один из темных проходов пещеры и исчезла.

«Ладно, - подумала я. - Чего тут ждать?»

И двинулась по направлению к ближайшей лодке, однако почувствовав, как скользнул по ноге шелк, резко остановилась. Чуть приподняв юбки, поправила съезжающий чулок и тотчас услышала покашливание.

Перехватив порицающий взгляд Силуяна, улыбнулась.

Да-да, я в курсе, благородной девице не положено чулками светить, но что ж поделаешь -из меня вот-вот булавки с лентами посыпятся.

Ноги мочить не пришлось, хватило широкого шага, чтобы войти в лодку. Она чуть покачнулась от моего веса, и я невольно замерла, боясь пошевелиться, однако лодка почти сразу стала ровно.

Медленными шажками я вышла на середину лодки, и она тронулась - слуга отвязал веревку.

Когда лодка вплыла под один из низких сводов пещерного тоннеля, я оказалась в кромешной темноте. Запасшись терпением, я старалась даже не шевелиться, пока впереди не показался свет звезд и луны.

Лодка выплыла в открытое море.

Оглядевшись по сторонам, я подумала, что, будь в этой лодке весла, я прямо сейчас могла бы повернуть ее в сторону материка. Даже если берег отсюда не было видно, я помнила, что он достаточно близко, чтобы добраться на лодке за час или немногим больше.

Я могла бы сбежать.

Усмешка тронула губы сама собой.

Нет, не могла бы.

Если бы сбежать с отбора невест Проклятого Г ерцога было возможно, то хоть кому-нибудь из участниц прошлых отборов это удалось бы. Но если верить слухам, этот остров не покинул еще никто. К тому же...

Я вдруг поняла, что убегать не хочу.

Разве я вернусь в свою жизнь, где меня ждет мой Игорь, если сбегу?

Нет.

А куда мне бежать в этом мире, в котором у меня ничего нет? А здесь, на острове... по крайней мере, нескучно.

Мне теперь уже очень хотелось разгадать тайну исчезнувшего с галереи портрета, узнать, кто изображен на нем. Но самое главное...

«Почему на мое отражение в Зеркале Кархена ты смотрел так, будто увидел любовь всей своей жизни, а, твоя светлость? - мысленно обратилась я к герцогу. - И почему сразу после этого в твоем взгляде на меня было столько ненависти? Которая, впрочем, исчезла уже на следующий день, как будто ты забыл об этом».

Я ведь теперь не успокоюсь, пока не разгадаю эту загадку.

Мой взгляд потянулся вперед - лодка приближалась к одному из островов, который выглядел, как плешивая макушка водяного, из-за того что деревья там росли только на щербатых склонах, а округлая вершина была лишена какой-либо растительности.

Может, там я найду ответ?

- Интересно, который это из семи островов? - тихо пробормотала я себе под нос. - Карух? Магар? Орх? Или Рух? А может, Торуг или Фиан? Или все-таки Корг?

Замолчав, я какое-то время удивленно моргала.

Однако. У меня, конечно, неплохая память, но чтоб настолько... Как мне удалось с одного раза запомнить названия всех островов? Они ведь все вместе и каждое в отдельности -настоящая каменоломня не только для языка, но и для мозга.

Нетушки, меня не обмануть. Сама по себе я никак не могла их запомнить.

Загадок все больше, разгадок пока нет. Но ничего. Мы сначала все загадки соберем, а потом начнем разгадывать, никуда они от нас не уйдут, верно, Холмс?

В этот момент мои глаза, привыкшие к ночной темноте, разглядели зияющее чернотой в отвесном склоне острова пятно - прямо над водой.

- Грот, - сразу догадалась я, заодно отметив, что лодка плывет прямиком к этой черной дыре. - Значит, бегать по острову не придется, и то хорошо.

Лодка была уже близко к гроту, и я внимательно всматривалась в черноту прохода, как вдруг...

Воздух над морем вспорол истошный женский вопль.

Бросив взгляд по сторонам, я ничего не увидела, и крик больше не повторялся, но сомнений у меня не было...

Только что... кричала одна из невест.

* * *

Грот острова встретил меня кромешной тьмой. Лодка слабо покачивалась на воде, я слышала очень тихие всплески, а глаза тем временем ничего не видели.

- Даже фонаря в руки не дали, изверги, - вслух произнесла я, надеясь, что родной ворчливый голос не менее родной Сусанны Бузининой меня немного успокоит, но услышала только высокое и совсем не успокаивающее сопрано Сюзанны Бизар.

Эх, больше всего мне сейчас не хватало... привычной меня. Почему? С ней мне было бы спокойнее. То есть со мной.

Мне со мной было бы спокойнее.

Но за неимением у меня меня, я искала другие способы успокоиться. Например, строила планы мщения Гранвилю.

«Погоди у меня, толстый коротышка, я придумаю, как тебя проучить, Мефистофель недоделанный, - думала я. - Вот только выберусь отсюда живой».

Женский крик, пронзивший тишину ночи, наверняка слышали все: и остальные невесты в лодках, которые сейчас направлялись к другим островам, и слуги возле пещерного озера в скале, и даже те, кто находился в замке. Его невозможно было не слышать.

Что же произошло с той, что кричала?

Нет, лучше сейчас не думать об этом. Надо сосредоточиться на том, что ждет меня в гроте. А там что-то есть.

Моих ушей достигали характерные звуки, как будто кто-то плескался в воде.

Кромешная тьма впереди меня начала серебриться - из грота шел свет. Его было все больше, легкие искры серебра наливались голубизной, наконец, я увидела впереди скошенный набок овал света. А когда лодка вынырнула из узкого тоннеля, я оказалась в пещерной зале.

В центре пещеры был небольшой бассейн. Я видела, что там плескаются какие-то существа, похожие на... детей? От воды шло яркое голубоватое свечение. Но светилась не сама вода, свет бил снизу, как будто источник света лежал на дне бассейна.

Нужно подплыть ближе.

Но только я так подумала, как нос лодки ударился обо что-то твердое, и она покачнулась. Посмотрев вниз, я увидела, что между мной и бассейном тянется полукругом каменная коса.

Выбравшись из лодки и, подтянув в очередной раз сползающие чулки, я двинулась по косе к резвящимся в бассейне детям.

Странно было так думать. Откуда здесь дети? Как это вообще возможно?

Подойдя ближе, я увидела, что у всех детей длинные волосы. Девочки?

Я сделала еще несколько шагов, как вдруг одна из ближайших ко мне фигурок, взвившись вверх, нырнула под воду вниз головой. Над поверхностью воды на несколько мгновений мелькнул большой рыбий хвост с серебристой чешуей и раздвоенным плавником.

Русалки? Дети-русалки? Девочки-русалки?

Они ныряли и резвились, слышался детский смех.

«И чего остальные невесты были так напуганы? - не понимала я. - Если Гранвиль рассказал им, что их ждет встреча с русалками, то эти же совсем дети! Чего их бояться?»

Мне остался шаг до самой кромки воды. И тут девочки-русалки перестали резвиться, замерли в воде и... все разом повернулись ко мне.

М-мать. М-моя. Ж-женщина. О-отец. М-мой. М-мужчина. И другие родственники.

Не-не-не-не-не! Где моя лодка?! Я проехала свою остановку, мне срочно нужно вернуться назад! Заберите меня отсюда! Спасите-помогите!

Твоя светлость, сволочь, что я тебе сделала?! Почему из-за тебя я оказалась здесь?!

Вы видели, как улыбаются акулы?

Готова спорить на жизнь Сюзанны Бизар (мне не жалко), что вы не хотите этого увидеть.

Черненькие кругленькие, как пуговицы, глазки, а под ними, в прямом смысле растянутые в улыбках от уха до уха рты с двумя рядами острых акульих зубов...

На детских личиках.

Жизнь меня к такому не готовила.

Здесь какие-то неправильные русалки, думала я, медленно пятясь назад. Все же знают сказку про русалку. Она была красавица, только с рыбьим хвостом! А эти - неправильные.

- Большая девочка? Большая девочка.

- Пришла к нам в гости? Пришла к нам в гости.

- Красивая? Красивая.

- Поиграем? Поиграем.

Они разговаривали! И... мама дорогая! Вот с этими акульими лицами они говорили детскими голосами!

Гранвиль, я убью тебя!

Если выживу.

Девочки-русалки смотрели на меня, улыбаясь от уха до уха жуткими улыбками детенышей акул.

- Ты будешь с нами играть? Ты будешь с нами играть.

- Не уйдешь? Не уйдешь.

Какая милая у них манера общаться, подумала я. Сама спросила, сама ответила. Оно и верно: всегда приятно поговорить с интересным собеседником. С собой. Надо взять на вооружение.

Я продолжала медленно пятиться.

Спокойно, Сусанка. Сейчас задком-задком находим лодку, забираемся в нее медленно и отчаливаем, а, отчаливая, улыбаемся и машем - очень вежливо, чтобы не обидеть девочек. Не то съедят.

Девочки - они такие. Сначала кажутся милыми, потом поворачиваются личиками, а там... Зубки. Акульи. Нет ничего страшнее девочек, надо запомнить.

- А-а-а... деточки, миленькие, - улыбаясь, пяточкой пыталась найти лодку я, - а я вам тут гостинцев принесла, снаружи оставила, возле входа. Сейчас заберу и сразу вернусь, а тогда уже и поиграем. Ладушки?

Клац!

Не переставая улыбаться, щелкнула акульими зубками одна из русалок.

Клац!

Сомкнулись зубы второй.

Клац!

В сумраке пещеры глаза русалок полыхнули алым.

- Поняла-поняла! Поняла! - перестала шарить пяткой в поисках лодки я. - Все входят, никто не выходит. Очень гостеприимно. Очень.

Так. Думай, Сусанка. Уйти не дадут, вон как глаза кровью налились.

Чего они там хотят? А хотят они поиграть. В таком случае, можно допустить, что сразу не съедят.

Ну поиграть, так поиграть.

- И в какую игру вы хотите сыграть? - спросила я.

- Ты любишь загадки? Ты любишь загадки.

Конечно, я люблю загадки. Это же совершенно очевидно. Я же просто мечтала оказаться здесь в полночь с этими жуткими созданиями, чтобы в загадки поиграть!

- Будет весело? Будет весело.

Да-да, милые, мне уже весело. Никогда еще в жизни так весело не было.

- Разгадаешь загадку?..

Я немного подождала.

Так, а почему в этот раз утверждения не последовало? Подозри-и-ительно...

Одна из русалок нырнула в воду и несколько секунд спустя вынырнула ближе ко мне. Я бы попятилась дальше, но было уже некуда.

- За спиной твоей колодец - он глубок. Загляни в него - себя увидь, дружок, - произнесла она.

Вторая русалка вошла в воду и вынырнула ближе на метр:

- Под водой живет событий череда. Дно незримо - там лишь темная вода.

За ней последовала третья:

- Что уронишь в воду - больше не вернешь. Не утонешь, даже если ты нырнешь.

Они подбирались ко мне поближе по очереди, одна за другой:

- В том колодце отраженья лишь живут. Потянись рукой к ним - тотчас уплывут. Последняя нырнула и вынырнула рядом с остальными:

- Будет полон он водой, пока живешь. Пересохнет он, как только ты умрешь. Пересохнет он, как только ты умрешь...

Девочки-русалки смотрели на меня налитыми кровью глазками с застывшими на детских личиках жуткими выжидательными улыбками.

«В том колодце отраженья лишь живут... Потянись рукой к ним - тотчас уплывут...»

Здесь, в этом чужом мире, ночами я часто вспоминала свою прежнюю жизнь. Вспоминала Игоря, тянулась к нему мыслями. Тянулась мыслями к вредной и строгой, но такой родной Лариске, к привычным и недоступным для меня сейчас вещам. Я представляла их в своем воображении, тянулась, но... они тотчас уплывали, рассеивались. Потому что были только отражениями. Воспоминаниями.

Череда событий - это воспоминания. Дно незримо, потому что никто из нас не помнит себя сразу после рождения. Прошлое вернуть нельзя, а когда человек умирает, вместе с ним умирают его воспоминания.

Этот колодец за спиной...

- Память, - сказала я. - Ответ - память.

- Взрослая девочка разгадала загадку? Взрослая девочка разгадала загадку, - произнесла детским голоском одна из русалок.

Ух, ты, подумала я. Может, еще удастся уйти отсюда живой?

- Хочешь еще одну загадку? Хочешь еще одну загадку, - вопросом-ответом произнесла одна из маленьких русалок.

Конечно, хочу еще загадку. Умру от любопытства, если не услышу! Кто бы не хотел еще одну загадку в такой уютной почти домашней обстановке?

Девочка-русалка слева от меня вновь нырнула в воду и вынырнула ближе:

- Одного она больно ранит. Для двоих - даром ценным станет.

Крайняя справа последовала ее примеру: плюх в воду - и вот она уже выныривает заметно ближе ко мне.

- Ее не купишь, силой не возьмешь, но коль умел ты будешь - украдешь.

Третья вошла в воду - и вот я уже намного лучше могу разглядеть насколько остры ее треугольные акульи зубки, так близко она ко мне:

- Один с ней может мир завоевать. Подтолкнет она другого убивать.

Следом нырнула еще одна, а, когда вынырнула, в ее полыхающих алым огнем глазах мне почудилось нетерпение:

- Счастлив будешь, коль ее познаешь. Свет померкнет, если потеряешь.

Последняя нырнула и вынырнула рядом с остальными:

- Свет померкнет, если потеряешь... Свет померкнет, если потеряешь...

Что болезненно для одного и счастье для двоих? Что можно украсть, но нельзя купить? «Свет померкнет» - это, пожалуй, художественное преувеличение. Испытать не доводилось, а вот на глупости, на какие только не подталкивала - это да.

- Любовь, - без колебаний ответила я.

Русалки с акульими улыбками на детских личиках подозрительно захихикали.

- Взрослая девочка правильно отгадала? Взрослая девочка правильно отгадала.

Я нахмурилась. Если я отгадала правильно, то почему у меня такое чувство, будто что-то не так? В чем подвох?

А я не могла отделаться от ощущения, что где-то здесь таится подвох.

Русалки продолжали хихикать, как будто знали что-то, чего не знала и не понимала я.

А еще... Теперь они были слишком близко ко мне.

Я отгадала две загадки, но откуда это чувство, как будто... я уже проиграла?

- Хочешь услышать последнюю загадку? - спросила одна из русалок, улыбаясь жуткой улыбкой от уха до уха.

А другая добавила:

- Отгадаешь - получишь подарок. Но если не отгадаешь...

Вынырнув из воды и хлестнув большим рыбьим хвостом, русалка взвилась в воздух и снова нырнула, а, вынырнув... оказалась всего в метре от каменной косы, на которой я стояла.

Близко. Даже кровь в жилах как будто замедлилась - до того близко.

- Под дном колодца океан. Спустись на дно и дальше - вниз. В том океане хоровод знакомых смутно взглядов, лиц, - произнес тонкий детский голосок.

Вторая нырнула и вынырнула рядом с ней:

- Спустись на дно, тебя там ждет то, что потеряно давно. И отраженье оживет, коснуться сможешь вновь его.

Третья вошла в воду и вынырнула ближе:

- В колодце, высохшем в былом, забьет живой воды фонтан. Ты вспомнишь наконец о том...

За ней последовала и четвертая:

- Под дном колодца океан... Под дном колодца океан...

Вошла в воду последняя, и вот уже все пять лишь в метре от меня: их улыбки скалятся острыми концами акульих зубов, их глаза налиты кровью.

- Успей до рассвета. Скажи нам: что это?

Действительно, подумала я. Что это?

В этот раз загадка подозрительно напоминала перевертыш первой.

В первой говорилось о том, что дно колодца (памяти) незримо, вторая же загадка утверждала, что можно достичь дна, более того - под ним целый океан.

Первая загадка говорила, что упавшее в воду - потеряно навсегда, а в колодце живут только отражения, и это правда - что осталось в прошлом, нельзя вернуть, а воспоминания не имеют плоти, они лишь призраки, живущие в голове человека.

Но вторая загадка внезапно обещает, что потерянное может быть найдено, а отражение... оживет.

И последние строки... Колодец памяти пересыхает со смертью человека, так что же, в таком случае, могут означать слова второй загадки: «В высохшем колодце вновь забьет живой фонтан»?

Да как эту загадку вообще трактовать?! Это возможно? О чем она?! Неужели русалки просто насмехались надо мной, загадав мне две такие легкие загадки, чтобы последней поставить в тупик?

Или они насмехаются надо мной сейчас, загадав загадку, у которой нет разгадки?

Я скользнула взглядом по детским личикам с акульими улыбками. Вопреки моим ожиданиям, они не хихикали, как перед этим - смотрели выжидающе, а еще...

Их взгляды показались мне очень... голодными.

Ну, что, Сусанка, кажется, приплыли?

Ответа у меня не было. Хуже! У меня даже вариантов не было!

Стоп-стоп-стоп.

Может, они просто хотят меня запутать, и последняя загадка нарочно построена, как перевертыш первой, чтобы сбить с толку, но на самом деле между ними нет ничего общего?

Глядя на хищные улыбки русалок, я улыбнулась.

- А-а-а... а как насчет еще одной подсказки?

Клац!

Щелкнула зубами одна из русалок.

Клац!

Вторила ей вторая.

Клац!

- Ну нет, так нет, - миролюбиво произнесла я, и тут мне пришла в голову мысль.

А я ведь сейчас в другом мире.

Что я о нем знаю, если задуматься? Да ничего ровным счетом. Ну, помимо того, что здесь есть магия, темные божества, привидения, проклятия и демон...

Нет, демон сам товарищ неместный, пришел сюда из другого мира, как и я.

Так вот. Раз это другой мир, то здесь могут существовать явления, о которых я попросту ничего не знаю. И очень похоже, что так и есть, потому что в этот раз загадка кажется мне полной бессмыслицей.

Под дном колодца океан... Что это?

Не знаю. Если под колодцем подразумевается память, то... в этом действительно нет смысла. По крайней мере, для меня.

Выражение детских лиц с жуткими акульими улыбками говорило мне о том, что русалки ждут - ждут ответа. А это значит, что он есть.

Только не для меня. Явление, скрытое в загадке, мне просто незнакомо. А значит, эту загадку мне не отгадать. Даже до рассвета.

Похоже, пора искать другой выход. Какой? О, это выход известен всем. О нем вспоминают, когда ничего другого не остается...

«Пора сматываться», - сказала я себе.

- Девоньки-девоньки! - воскликнула я громко и показала рукой в глубь пещеры: - Смотрите, а там сам Кархен Восьмирукий!

Налитые кровью глаза «девонек» округлились удивленно, и они все разом повернули головы в том направлении, куда я показывала.

«Беги, Сусанка!», - мысленно пнула я себя и, воспользовавшись тем, что русалки отвлеклись на мою детскую уловку, подхватила юбки, развернулась и рванула к лодке, которая оказалась ближе, чем я думала.

Я успела пробежать всего ничего, как в спину мне ударил разъяренный визг. Обернувшись, я увидела, как девочки-русалки, опираясь ладошками о поверхность каменной косы, вылезают из воды. Их хвосты яростно лупили по поверхности пещерного бассейна, а детские личики были перекошены от гнева.

Кажется, я их сильно разозлила.

Однако дороги назад не было. В лодку, Сусанка! Пока эти детишки со своими рыбьими хвостами будут переползать каменную косу, я...

Что-то скользнуло по щиколотке, ступня в чем-то запуталась. Глянув вниз, я заметила край шелковой ленты, соскользнувшей на камень, но не успела остановить собственную ногу, наступила на нее и...

Потеряв равновесие, я начала падать вперед, а через секунду мои руки уже были по локоть в воде.

«На что я рассчитывала, что с моими мозгами? - опираясь о камень под водой ладонями, я пыталась привстать. - В лодке же нет весел...»

Зажмурив один глаз и недоумевая, почему меня еще не съели, я повернула голову.

Девочки-русалки смотрели не на меня. Их взгляды были устремлены на каменный пол за моей спиной, и я невольно посмотрела туда же.

По камню были рассыпаны булавки и шпильки - они сверкали, освещенные светом, который шел от воды. Размотались, змейками извиваясь от моих ног, шелковые ленты.

Жадные взгляды русалок сказали мне о многом.

«Девочки любят украшения, да? - подумала я. - Даже если у девочек зубки, как у акул».