Глава 27

— Ада, вот только давай без глупостей, — откровенно взмолилась Лиззи, когда примерно четверть часа спустя я вломилась в магазинчик, в котором она с унылым видом рассматривала сверкающий ювелирный ассортимент, схватила её за руку и нагло умыкнули у всех из-под носа.

Хотя я не уверена в последнем, потому что Дэмис говорил о трёх телохранителях и Теневом взводе, а по факту рядом с Лиз был только айэр Хаяс. И вот он даже не попытался нас остановить, он и слова не сказал, только посмотрел на меня так, будто мечтал по меньшей мере убить.

— Глупости — моё второе имя, Элизабет! — Поведала я с весельем, которого совершенно не ощущала, продолжая уводить мою любимую подругу вниз по улице.

По совершенно пустой улице, нужно отметить. То есть, когда мы с раэром сидели на крыше, я слышала голоса, животных, повозки, я своими глазами видела людей внизу, но сейчас город был абсолютно пуст. И все ставни на каждом здании были плотно закрыты.

Такое ощущение, словно всех жителей специально загнали по домам, лишь бы они нам на глаза не попадались.

— У тебя нет второго имени, — слабо возмутилась подруга, но куда более решительных попыток остановить меня она не предпринимала, за что ей большое спасибо.

Мне понадобилось десять минут, чтобы окончательно убедиться в верности своего предположения: жителей города от нас прячут. И не только их — от нас прячут вообще всё!

И мне очень интересно узнать — зачем?!

— Как-то тут пусто, — отметила и Лиззи, подходя и вставая рядом с наконец прекратившей бег по городу мной.

Обменявшись встревоженными взглядами, мы дружно повернулись к городу и скользнули по пустым улицам внимательными взглядами, высматривая всё, что могло бы привлечь наше внимание… и не находя ничего.

— Здорово погуляли, — решила я в конце концов.

У Лиз на языке вертелось немного не то:

— Оркоми и Йэхар не внушают мне доверия.

Вот даже отвечать ничего не стала. А что тут можно ответить? Что мне они тоже не нравятся? Что убить их нельзя? Оркоми по крайней мере точно нельзя, нам от его смерти только хуже будет. Что наши с Лиззи жизни, а точнее моя жизнь и её дальнейшее существование, зависят исключительно от политической подкованности айэра Оркоми? Потому что если он сделает ошибку…

— Они ведут какую-то свою игру, — тихо-тихо, едва слышно вообще добавила леди Райви, не глядя на меня.

Я… снова промолчала. И вот так, молча, мы стояли с ней посреди пустой улицы и безрадостно осматривали такой же пустой город.

— Да, — в конце концов также тихо отозвалась я, — у них своя игра. По всем законам логики, нам с тобой следует им довериться, но…

Покачав головой, я не смогла подобрать подходящих слов.

Зато они нашлись у Лиззи:

— Но мы никому не доверяем, — тихо и спокойно, без сожаления или надменности, просто констатация известного нам факта.

Повернув голову, я нашла её глаза. В глубине ярких изумрудов не было никаких ярко выраженных мыслей, лишь… умиротворение.

Именно с ним в голосе крайне спокойная Элизабет Райви сообщила:

— Я верю тебе, Ада. Делай то, что считаешь нужным, и помни о том, что я всегда рядом.

В душе разлилось горячее, практически обжигающее чувство искренней благодарности.

— Я знаю, — кивнула ей, — я знаю, Лиз.

* * *

Остаток часа мы бессмысленно бродили по городу. Наткнулись на три маленьких абсолютно зелёных парка с каменными дорожками, полюбовались на трёхэтажные здания из тёмно-серого камня с многочисленными декоративными вставками, заглянули в несколько лавок, но так ни на что конкретное и не посмотрели.

А потом мой взгляд упал на моё собственное отражение в витрине и в голове с оглушительным щелчком что-то встало на место. Словно всё это время одна-единственная деталь стояла неправильно, была не на своём месте и искажала всё остальное, а сейчас она наконец заняла своё законное место и…

И я поняла. Просто в одно мгновение нашла тот выход, то решение, которое решит большую часть наших проблем как минимум.

То решение, что сохранит жизнь моей Лиззи.

— Ада? — Встревожилась подружка, когда я так и осталась стоять, глядя на своё отражение.

— Кажется, это что-то вроде лавки артефактора, — проговорила я медленно, словно бы не своим голосом, — помнишь, ты всегда хотела артефакты связи.

Лиз была бы не Лиз, если бы просто взяла и ушла в лавку. О, нет, она не сделала и шага.

— Ада, — напряжения в её звонком голосе стало на порядок больше, — не пытайся убрать меня с глаз, я очень тебя прошу.

Пришлось с трудом, отчётливо ощущая, как одеревенело от понимания всё тело, повернуться, заглянуть в встревоженное лицо моей единственной родной души и приложить все усилия, чтобы выглядеть спокойной и невозмутимой.

Такой, словно и не было никакого сбивающего с ног понимания.

— Как ты могла такое подумать? — Улыбнулась ей, коснувшись холодной женской ладони. — Я просто не хочу заходить внутрь. Помнишь, что было в прошлый раз, когда мы встретили артефактора?

То был придворный артефактор, который явно точил на меня зуб и постоянно пытался подкинуть мне какой-нибудь пакостливый амулет, и в конце концов доигрался. Он, может, и был умным мужиком, но бегал так себе — от псов королевы не убежал, хоть и пытался. Таким образом всем стало известно, что собачки её величества меня любят едва ли не сильнее, чем саму королеву, а зализанного до сверкающего состояния артефактора решили отослать из замка подальше. Во избежание, так сказать, дальнейших попыток зализывания.

И пусть это были два совершенно разных случая, но Лиззи заметно побледнела от воспоминания, кивнула и послушно величественно ушла в лавку.

Когда десять минут спустя она, сияющая счастливым взглядом и радостной улыбкой, выскользнула из-за деревянной двери с прозрачной стеклянной вставкой, держа в руках небольшую прямоугольную коробочку чёрного цвета, незаметное чужому взгляду заклинание сверкающими искорками сорвалось с моих пальцев и растворилось в груди Элизабет, завершая заключительную стадию того, что выпило мои силы практически досуха.

— Это именно то, что я и хотела! — Воскликнула счастливая до невозможности она, подняла восторженный взгляд и вздрогнула всем телом. И воскликнула уже нисколько не радостно, а встревоженно и испуганно: — Ада, что ты делаешь?!

Её звонкий голос показался мне сильно приглушённым шепотом. Пришлось несколько раз медленно моргнуть, пытаясь избавиться от потемнения в глазах. Всё тело пропитала такая усталость, что я не могла даже нормально на ногах стоять, из-за чего пришлось привалиться спиной в дверному косяку и пытаться просто устоять.

Хотелось просто лечь и лежать прямо здесь, на каменном тротуаре…

Но вместо этого я заставила себя вымученно улыбнуться и заверить перепуганную подругу:

— Всё хорошо, Лиззи. Я уже ничего не делаю.

А дальше не рассчитавшая силы я позорно потеряла сознание, успокаивая себя тем, что теперь я хотя бы могла себе это позволить.

* * *

В чувство привёл надрывный вой:

— Она умирает! Сделайте же хоть что-нибудь!

Кричала Лиззи, и это… шокировало. Не то что моя величественная принцесса не может кричать, просто как-то не совсем понятно, почему она, собственно, кричит.

— Элизабет, прошу вас, успокойтесь, иначе мне придётся наложить на вас сонные чары, — а вот это уже айэр Оркоми, с вежливо-отстранённым голосом, прозвучавшим откуда-то сверху и немного со стороны.

«Не подействуют», — подумала облегчённо я.

— Да катитесь вы к Тьме вместе со своими чарами! — Откровенно психанула Элизабет, а дальше она сделала то, чего делать в принципе не любила: перешла к угрозам. — Если вы сию минуту не приведёте леди Корвей в чувство, я устрою вам такой дипломатический конфликт, что до конца жизни разбираться с последствиями придётся, уважаемый айэр Оркоми.

Пауза, во время которой присутствующие в количестве даже не знаю скольких человек осознавали сказанное леди Райви, а затем в тишине прозвучал холодный, практически вымораживающий голос айэра Оркоми:

— Вы угрожаете мне, леди Райви?

Любой разумный человек на её месте сказал бы «нет». Собственно, Лиззи и была разумной, а потому со сладкой улыбкой в голосе взбешенно пропела:

— Я обрисовываю вам перспективы, айэр Оркоми.

— Я понял, — сухо уведомил он.

— Безумно рада, — столь же сухое, но ещё изрядно саркастичное в ответ от Лиззи.

И тут где-то совсем близко, прямо у меня над головой прозвучал удивлённый и вместе с тем уважительный голос:

— Она правда готова устроить из-за тебя дипломатический конфликт?

И вот этот голос я… тоже узнала мгновенно. А ещё поняла, что я, кажется, сейчас на руках у Дэмиса Йэхара, и мне так хорошо, уютно и тепло… если бы Лиззи с местным правителем не ругалась.

С трудом разлепив пересохшие губы, но даже не пытаясь открыть глаза, я хрипло хмыкнула:

— Однажды принцесса Райви разбила нос эльфийскому послу, изъявившему желание взять меня в жёны и увезти из королевства. Ваше государство будет не первым в числе тех, кому Элизабет устроила дипломатический конфликт из-за меня.

Не скажу, что я одобряла эту её деятельность… но и не одобрять я её тоже никак не могла. Всё же благовоспитанная принцесса, разбивающая эльфу нос из-за тебя — отличный повод для гордости за вас обеих.

— Ада, ты обещала никому об этом не рассказывать! — Простонала та, кому сейчас явно было очень стыдно за себя.

Открыв глаза, я взглядом нашла Лиззи и поняла: да, ей стыдно. Она стояла, смущённо опустив голову и прижимая ладони к покрасневшим щекам, и старалась просто ни на кого не смотреть.

Но пару секунд всего, потом уже посмотрела — прямо и негодующе. На меня.

— Ну и что это такое? — Ещё и рукой в мою сторону махнула.

А я, не будь дурой, тут же послушно возмутилась вместе с ней:

— Вот и я говорю: что это такое? — И на раэра возмущённо посмотрела, чтобы у него же и потребовать: — Немедленно отпустите меня!

Раэр Дэмис Йэхар если чего от меня и ожидал, то явно не этого. Но, нужно отдать ему должное, сориентировался он быстро — отбросил собственное непонимание, весело хмыкнул и решил напомнить всем о своей наглости, веселым таким тоном поинтересовавшись:

— И что я получу взамен?

Ещё вчера я бы… хотя кого я обманываю? Я бы и вчера ему это сказала.

— Ты не получишь в глаз, — и я мило-мило улыбнулась.

По глупости своей не убоявшийся мужчина улыбнулся в ответ и самоуверенно заметил:

— Я и так не получу.

Скептически на его наглую морду посмотрев, я решила ничего на это не отвечать. Просто… ну, да, он скорее всего в глаз реально не получит, у нас рефлексы на разных уровнях, как бы ни было противно это признавать.

— Ладно, тогда я скажу тебе «пожалуйста», а потом — «спасибо», — предложила альтернативу.

Дэмис показательно задумался, в процессе чего прижал меня к себе куда сильнее, хоть и не больно. Вообще у него на руках довольно удобно было… если не вспоминать о том, что мы с нам на тротуаре сидим и на нас смотрят как минимум правитель этого государства, если вообще не всего мира, и его будущая жена-принцесса. А в остальном — да, удобно, очень. Мягко так и тепло, и откуда-то появилось предательское желание головой о мужское плечо потереться.

Мыслительные процессы привели к тому, что Йэхар шумно вздохнул, даже не пытаясь скрыть своего недовольства и того факта, что в этой маленькой битве победила я, и посмотрел на меня, молча ожидая, пока я ему обещанные слова скажу.

А мне не сложно, так что:

— Не могли бы вы отпустить меня, пожалуйста? — Я сама вежливость.

Вот только радости от этого у некоторых не прибавилось. Дэмис закатил глаза и с демонстрируемым нежеланием медленно ослабил хватку настолько, что я могла беспрепятственно выскользнуть и на ноги подняться, что я, собственно, и сделала.

И уже стоя, машинально провела ладонями по юбке на бёдрах, тщетно попытавшись стряхнуть въевшуюся пыль, которую теперь придётся только лишь отмывать.

Оставив бесполезные попытки, взглянула на раэра, которому и на земле сидеть было нормально, он даже никакого смущения или чего-либо похожего не испытывал и просто спокойно смотрел на меня снизу вверх.

— Спасибо, — поблагодарила почти искренне, немного замялась и всё же протянула руку, предлагая главнокомандующему подняться.

Мою заметно маленькую в сравнении с мужской ладонь осторожно сжали, но поднялся Йэхар сам, не оказывая на меня совершенно никакого воздействия. Ещё бы! Если бы он действительно опёрся на меня, я бы просто рухнула на него сверху.

Осторожно свою руку забрав, я обернулась и с лёгким таким смущением посмотрела вначале на невозмутимого и вообще словно даже безразличного к происходящему айэра Оркоми, затем на Лиззи. Моя любимая подружка молча, но выразительно вскинула брови, без лишних слов говоря, что меня ожидает очень серьёзный разговор.

Вот только непонятно, где этот разговор состоится.

Кстати говоря!

— Лиз, а тебе уже сказали, что дом айэра Оркоми взорвали? — Вот таким вот нехитрым способом я легко перекинула внимание Лиззи с себя на правителя.

Причём это сразу поняли все, Оркоми, собственно, мгновенно и скривился, глянув на меня так… взяла и из вредности мило ему улыбнулась. А дальше уважаемому айэру уже не до меня было, потому что Лиззи крайне вовремя вспомнила, что она вообще-то тут невеста некоторых, а потому вполне себе имеет право требовать как минимум объяснений.

Именно с этим намерением она к Оркоми всем телом и развернулась.

— Айан, — позвала Элизабет одновременно ласково и убийственно, — дорогой мой будущий супруг…

Если бы кто-нибудь попробовал мёд, которым сочились речи Лиз, то этот счастливчик гарантированно отравился бы и скончался в жутких судорогах.

— Лиззи, — к несчастью, Оркоми был не из робкого десятка и мгновенно нашёлся с ласково-нежным ответом, — дорогая моя будущая супруга, давай отойдёт и спокойно обо всём поговорим.

Хорошее предложение. Лиззи тоже так решила и величественно кивнула, а потом даже позволила айэру взять свою ладонь, уместить на своём локте и увести себя куда-то в сторону.