Глава 43

— Кому нужно продать душу, что получить вот это?

Я уже давно говорила восторженным шепотом, потому что в месте, в которое Дэмис меня привёл, говорить громко казалось как-то… кощунственно.

Словно я могла повысить голос, и флёр чуть звенящей красоты рассыпется в стеклянную пыль.

Это был определенно магазин. Один из тех, в которые простым смертным вход закрыт.

Здесь торговали не платьями — произведениями искусства.

В просторном главном зале было представлено всего лишь пятнадцать нарядов — на приличном расстоянии друг от друга, под стеклянными колбами и с самыми настоящими защитными заклинаниями по периметру.

Я имела неосторожность удивиться такой защите, и Дэмис, загадочно улыбаясь, наклонился и на самое ухо прошептал мне стоимость ближайшего к нам Платья. Да, именно так, с большой буквы.

Не знаю, кем нужно быть, чтобы надеть это на себя и — о, Тьма! — выйти в свет. К людям. Туда, где эту прелесть могут случайно, и не очень, испортить.

— Мы уходим. — Решила я и даже развернулась к двери.

Но Дэмис взял меня за руку и спокойно повёл мимо немногочисленных, но очень неприятных на вид дам с такими лицами, словно это именно они через пару часов выходили за айэра Оркоми и уже считали, что им можно всё.

Неприятные личности.

На которых Дэмис даже не взглянул.

Он, крепко держа меня за руку, быстро, но всё равно величественно пересёк зал и решительно свернул к небольшой толпе, состоящей в основном из женщин.

Но в центре, немного возвышаясь над остальными, был улыбающийся и очень худой мужчина в алом камзоле с золотыми вставками.

— Фэрис, друг мой! — Повысив голос, окликнул раэр Йэхар, вынуждая едва слышный гул голосов смолкнуть, а присутствующих — почти одновременно повернуться к нам.

— Что? — Тот самый Фэрис был единственным, кто не понял, кто его позвал, из-за чего начал смешно вертеть головой в поисках говорящего. — Кто зовёт Фэриса?

Дэмис, одной рукой продолжая сжимать мои пальцы, поднял вторую в приветливом жесте.

Фэрис стремительно обернулся к нам, и ему хватило всего лишь одного взгляда, чтобы мгновенно расплыться в счастливой улыбке, не очень культурно руками расчистить себе путь, попросту сдвинув женщин в стороны, и поторопиться к нам с искренне радостным выражением лица.

— Дэмис! Мой дорогой друг! Где же ты пропадал столько времени? — Запричитал он, распахнув руки для объятий.

И раэр Йэхар даже охотно позволил мужчине себя обнять, и даже в ответ обнял, похлопав того по плечам.

— Ты знаешь, где. — Ответил с улыбкой и тут же добавил уже серьёзнее: — Фэрис, нам нужна твоя помощь.

Вот после этих слов высокий худощавый мужчина со странным переплетением многочисленных кос на голове повернулся и с ног до головы окинул меня заинтересованным взглядом.

— Дэмис, дорогой мой, ты наконец нашёл то, что так долго искал? — Вопросил он с изрядной долей изумления.

Он меня только что назвал «что»?

И что значит вся его фраза? Что меня только что назвали чужой собственностью?

— Это Аделаида Корвей, мой добрый друг, Фэрис. Её подруга сегодня выходит замуж, и мы по неосторожности забыли про платье.

Две изящные ладони в тот же миг возмущенно взлетели вверх.

— Как можно забыть о платье, дорогие мои?! Объясните Фэрису, как?

— Случайно? — Предположила я, пожав плечами.

Вообще не очень люблю людей с причудами, потому что никогда не знаешь, что они могут выкинуть, но некоторые… некоторые бывают забавными.

Глядя на этого, я без проблем могла сказать: безобидный. Даже безопасный. И, совершенно точно, в случае стрессовой ситуации максимум, как он может попытаться спасти себя и всех вокруг — заболтать обидчика.

— Случайно, милая моя, можно залететь. — Укор в его глазах мгновенно сменился на многозначительную усмешку. — А платье для свадьбы подруги нужно готовить заранее.

Дэмис рядом со мной издал какой-то мало разборчивый, но очень выразительный звук, который мужчина с причудами оставил без внимания.

— Но Фэрис не осуждает, не осуждает. Идёмте, дорогие, идёмте же за мной!

Странный, я же говорю.

— Но, Фэрис, — попыталась остановить одна из женщин, которые до этого мужчину окружали.

Она единственная выглядела растерянной, остальные же смотрели даже не на Фэриса, и не на Йэхара.

На меня. Не сводили с меня немигающих мрачных взглядов, даже не пытаясь перестать кривиться и хотя бы попытаться выглядеть более… дружелюбными.

Надеялись запугать? Думали, после их взглядов я почувствую себя полным ничтожеством и убегу в слезах?

Или, может, наоборот — выводили на клыки? Хотите посмотреть на злую Аду?

Не интересует.

Я не работаю на публику.

— Ничего не хочу слышать, дамы! — Вскинув руки, мужчина прикрыл глаза, словно не хотел даже смотреть на присутствующих, а когда растерянная девушка в розовом платье замолчала, печально выпятив губки, Фэрис продолжил свой путь.

Мы с Дэмисом последовали за ним.

И я вот вообще не удивилась, когда нам в спину прилетело в меру презрительное и высокомерное:

— Фэрис, вы оставляете нас ради оборванки с улицы?

Я физически ощутила, как Дэмиса буквально за одно мгновение просто… окаменел.

И когда мужчина начал медленно и угрожающе оборачиваться, я просто чуть сильнее сжала его руку, без слов прося не связываться.

Раэру Йэхару хватило лишь одного взгляда на моё спокойное лицо, чтобы успокоиться. Так же внезапно, как и напрягся.

Я же, обернувшись через плечо, улыбнулась и просто сказала:

— Ради воспитанной оборванки, мири.

— Вот уж действительно! — Вставил Фэрис с одобрением к моим словам и недовольством по отношению к даме. — Вам следовало бы больше времени уделять своим манерам, дорогая моя.

И мы всё же ушли, оставив всех.

Сначала в дверцу в дальнем конце зала, затем вверх по винтовой лестнице, через ещё один зал, поменьше и совершенно безлюдный, служащий, вероятно, большим шкафом.

В итоге мы пришли в… мастерскую.

На полу — много лоскутов ткани, нитей, бус, бисера, перьев и прочих украшений. Вдоль стен — несколько недоделанных платьев, которые уже сейчас были маленькими произведениями искусства.

Но Фэрис даже не взглянул в их сторону, умчавшись куда-то вперёд в поисках чего-то неизвестного, что-то бормоча себе под нос.

Кажется, это были ругательства для нас.

— Ты молодец. — Шепнул на самое ухо притянувший меня ближе Дэмис.

Улыбка была не только на его губах и в тёмных глазах — ещё и в тихом голосе.

Так приятно-приятно стало где-то под горлом.

Улыбнувшись ему с благодарностью, я тоже подалась поближе и прошептала на ухо:

— Мы не будем ничего здесь покупать.

— Не волнуйся, — тихая усмешка мне в волосы на виске, — ты точно не затмишь Лиззи.

Меньше всего я волновалась об этом, но…

И в этот момент Фэрис с громким радостным восклицанием вытащил на свет нечто.

Я не из тех, кто готов последние деньги отдать за кусочек красивой ткани или туфли с цветочком, но мне хватило всего одного взгляда, чтобы потрясённо прошептать:

— Кому нужно продать душу, чтобы получить его?

Это был кусочек ночного звёздного неба.

Тяжёлая юбка волнами, плотный узкий корсет, треугольные чашечки на груди и никаких рукавов, ворота, лямок.

И всё это — глубокого тёмно-синего цвета с бесконечным количеством словно бы самых настоящих звёзд.

Я мгновенно представила себя в нём и…

— Это точно твоё платье. — Хрипло подтвердил Дэмис, у которого, похоже, с воображением тоже был полный порядок.

Я смутилась, но восторг был слишком сильным, чтобы смущение могло хотя бы попытаться остановить меня.

— Мои дорогие! — Воскликнул немного крикливый Фэрис и неожиданно не стал ничего добавлять, улыбнувшись при виде наших лиц.

— Я продам душу. — Заявила на полном серьёзе, уже решив: это моё платье.

— Я это запомню. — Пообещал раэр Йэхар.

И… купил для меня самое фантастическое платье во всех мирах.

* * *

Я поняла, какую ошибку мы совершили, едва обернулась и скользнула взглядом по всем тем, кто собрался в храме.

Девочки, девушки, женщины и даже редкие бабушки — на всех были светлые, лёгкие, летящие платья с рукавами или как минимум толстыми лямками и накидками.

Я была в почти чёрном. Без лямок. И тугом настолько, что даже дышать приходилось очень осторожно, приоткрытым ртом, то и дело касаясь своего живота.

— Ты как? — Дэмису уже давно полагалось стоять рядом с айэром Оркоми, но он наотрез отказывался отходить от меня.

И отводить восторженный взгляд он тоже отказывался. Его повышенное внимание ко мне не заметил только слепой. А если учесть, что последних я здесь не замечала…

— Скоро покусаю тебя, если не уйдёшь к Оркоми. — Пригрозила вполне серьёзно.

Лиз задерживалась. Немного, всего на пару минут, но я уже паниковала. И за последнюю минуту на огромные открытые двери я посмотрела уже раз тридцать точно.

— Айян поставил на неё свою защиту. — Тихонько поведал Дэмис, и тут же заполучил всё моё внимание. — Она помощнее твоей, направлена на мгновенное уничтожение всех, кто попытается причинить ей вред. Мне стоит напоминать тебе о Призрачном взводе и той сотне стражей, которых Оркоми к ней приставил?

Нет, мне не нужно было об этом напоминать, потому что на память я пока не жаловалась, но… проклятое но.

— И где же она? — Спросила у Йэхара и в очередной раз нервно обернулась к двери.

Меня от неё отделяла целая толпа. Прямо передо мной, всего в двух шагах — каменные ступеньки, затем каменное же возвышение, где покорно ожидал свою избранницу прекрасный айэр Оркоми в чёрном костюме. Немного позади него — служитель храма с распущенными чёрными волосами и увесистой раскрытой книгой в руках.

И людей столько, что можно сойти с ума.

Здесь, в храме, лишь приближенные к практически полноправному правителю семьи в количестве сотни человек плюс охрана.

Там, на улице, на каждой из улиц — море людей. Огромные толпы. Бесконечное количество.

Кажется, на этот праздник вышла вся столица.

И почему-то жутко от всего этого было одной лишь мне.

Возможно, всё дело не в самой свадьбе, а в последствиях, которые за ней последуют? Я сейчас даже не об Оркоми говорю.

Я волнуюсь за Лиззи. И, говоря откровенно, за саму себя тоже. Потому что я так и не решила, чем займусь, куда пойду, что буду делать после того, как она…

Восторженные крики донеслись до нас с улицы. Тут же возбужденный шепоток пронёсся по толпе.

Я в числе всех остальных мгновенно повернулась к дверям.

И забыла, как дышать.

Потому что моя Лиззи, моя маленькая милая Лиззи, она…

Она была солнечной феей, спустившейся в наш мир.

В белоснежном платье с длинной юбкой, аккуратным кружевом на шее и рукавах, с небольшим количеством блёсток на животе.

С причёской — локон к локону.

С краской на лице — едва заметной, подчёркивающей все достоинства кожи, глаз, губ.

С улыбкой — осторожной, смущенной, но такой радостной, восторженной, сияющей.

Она светилась. Вся. Изнутри.

Это был тот свет, которому с добром позавидовали все и каждый.