Глава 17

Аррон

Почёл записку Мии, которую она так ловко и незаметно вложила мне в ладонь и на мгновение в неверии замер. «Неужели у неё получится?» «Не может не получиться».

Ещё раз пробежал взглядом по ровному и аккуратному почерку, отмечая про себя, что кровь нашей древней расы не скрыть, в особенности королевскую – у них всё что угодно выходит блестяще, начиная от таких мелочей, как почерк, завершая управлением огромной планеты.

«Сегодня мы сбежим. Блокираторы я достала. Принесу одежду и обувь. Будь готов. Мия».

Коротко и по делу.

Но зато я вспомнил, с какой отчаянной радостью она ко мне прижалась и одними лишь губами, беззвучно, сказала: «Спасибо».

Её пальчики коснулись моего тёрна, и меня прошибло, будто высоковольтным током. До сих пор вздрагиваю от приятных ощущений. Жаль, что прикосновение длилось мгновение, но каким же сладким оно оказалось!

Внутри стойко зарождалось чувство, что Мия не только принцесса, не только девушка, которую я обязан вернуть домой. Она гораздо больше. Для меня она всё.

МОЯ половина.

Но для того, чтобы узнать точно, я должен коснуться её цветка.

Это важно. Очень. Но сначала побег.

Бросил записку в воду и смыл.

Осталось молиться, дожидаться и верить, что у Мии всё пройдёт, как она запланирована.

Сказать просто.

Шагами мерил камеру, борясь со страхом, вместе с яростью и отчаянием, переживая за Мию.

Сразу так много чувств я давно не испытывал…

Мыслями съедал себя, размышляя и строя догадки, как она достала антиблокираторы.

И что с ней сделал Хан?

Прикоснулся ли к Мие?

И что с ошейником? Сняли его с её тонкой шеи?

Гнев вернулся горячим огнём в груди.

От этих мыслей и неконтролируемых эмоций было невыносимо просто сидеть и ждать.

Как назло, время текло до ужаса медленно.

Пока я ждал, изучил металл на своих запястьях. Я чувствовал болты, ввинченные в кости, ограничивающие силу моего тёрна.

Но скоро я их сниму.

И мы преодолеем с Мией всё.

Улыбка изогнула мои губы, когда вспомнил, как она смотрела на меня, сидя на трибуне. Искренне переживала, но верила в мою победу.

Не знаю, сколько прошло времени, но раздавшийся писк и открываемая дверь камеры заставили меня замереть и затаить дыхание.

Выдохнул, кода увидел Мию.

В тот же миг подскочил к ней и сжал в своих объятиях, зарываясь лицом в шёлк её волос.

– Жива, – выдохнул с огромным облегчением.

Она подняла ко мне лицо и робко улыбнулась.

А я тут же взял её за плечи и покрутил.

Ошейник отсутствовал.

– Хан к тебе не прикасался? – задал мучавший меня вопрос.

Мия вдруг густо покраснела и сильно нахмурилась.

Мой тёрн выпустил шипы.

– Мия? – позвал её. – Что он сделал?

Она покачала головой, а потом сделала жест – провела ребром ладони по шее.

Я нахмурился, не сразу сообразив, что она хочет сказать, и сделал предположение:

– Он мёртв?

Уголки её губ дёрнулись, и она кивнула. Затем бросила обеспокоенный взгляд на камеры.

И я понял, что смерть Хану принёс тёрн принцессы. Что ж, жаль, что это сделал не я, но всё же, рад. Мерзавец получил то, что заслужил.

Мия зажимала подмышкой свёрток.

Она снова кивнула на камеры и показала, что их нужно закрыть.

Но я сделал лучше. Просто вырвал их с проводами и бросил в угол.

Она кивнула и тут же показала на пальцах пять.

– У нас пять минут?

Кивнула и положила свёрток на кровать. Быстро вынула из карманов халата антиблокираторы.

– Знаешь, мне до сих пор не верится, что спасением занимаешься ты, а не я, – произнёс я с улыбкой, подставив ей браслеты.

Мия неопределённо пожала плечами.

Раздался первый щелчок, потом другой и я ощутил, как болты покидают мою плоть, мои кости.

Браслеты сняты и на запястьях остались огромные дыры от болта.

Ничего, регенерация сейчас будет быстрая.

Ощутил, как мой тёрн тут же пополз по плечам, по рукам и сорвался гибкими стеблями в окружении электрических молний и огненных всполохов, потянулся к Мие.

Девушка, увидев мою силу, округлила глаза и в восхищении приоткрыла алые губы.

Забыв, что у нас мало времени, она с трепетом и радостью ребёнка потянулась к моему тёрну, и с её пальцев тут же сорвался её цветок… Прикосновение двух тёрнов и…

Вспышка в сознании произошла так неожиданно и ярко, что я не сдержал крик удивления и счастья.

Это ОНА! ОНА! Моя пара! МОЯ! МОЯ! МОЯ!

Мия смотрела на меня с расширенными от удивления и непонимания глазами и часто дышала.

Наши тёрны сплелись между собой и в один миг распустили прекрасные огненные цветы, которые пылали с силой сверхновой звезды в окружении яростных разноцветных молний.

– Мия… Это значит… Значит, что мы с тобой едины. Мы половинки одного целого, – проговорил я, сам ощущая себя слегка оглушенным и до конца не поверившим в случившееся.

Она посмотрела на меня с невероятной мольбой в глазах, надеждой и огромным облегчением.

Глаза цвета неба наполнились слезами. Губы девушки задрожали.

Она пальчиками прикоснулась к нашим общим цветам и улыбнулась.

Из глаз потекли хрустальные слёзы.

– Не плачь, – прошептал я мягко. Обхватил её лицо руками и большими пальцами смахнул бриллианты её слёз. – Мне хочется так много тебе показать и рассказать, Мия. Жаль, что сейчас нет времени. Но очень скоро я столько всего тебе покажу, моя прекрасная Мия.

Она кивнула и улыбнулась уже бодрее.

Я не удержался и поцеловал её в губы. Это был невесомый поцелуй, лёгкий и почти незаметный, но Мия улыбнулась открыто и очень радостно, прикоснулась подушечками пальцев к своим губам.

– Ладно, если мы не сдвинемся с этого места, то так и останемся здесь навечно, – пошутил я.

Но Мия вздрогнула, и её тёрн тут же уполз к хозяйке. Волшебство в один миг исчезло: цветы вспыхнули ещё более ярким огнём и осыпались искрами, растворившись в воздухе.

Мой тёрн разочарованно вернулся на место.

Медлить было нельзя.

Мия развернула свёрток, в котором оказалась одежда местной охраны, сложенная при помощи аппарата тонким слоем и ботинки в вакуумной упаковке, распоров которую своим тёрном, обрели объём и форму.

Быстрее молнии оделся и сказал, взяв Мию за плечи:

– Сейчас я открою дверь камеры, вырублю и затащу сюда охранника. Рацию возьмём с собой, и мы двинемся в отсек с транспортом. Ты знаешь туда дорогу?

Мия кивнула, но потом вытащила из кармана планшет и быстро что-то написала.

Показала мне.

«Нам нужно в кабинет Грана. Я должна узнать, где моя сестра. Он меня шантажирует её свободой и безопасностью. Также мы должны освободить остальных пленных. И ещё, как твоё имя?»

Я ей не представился?

Идиот!

– Моё имя – Аррон Риден. Я из расы тёрнов, как и ты Мия.

«У тебя очень красивое имя, Аррон», – написала Мия.

– Я очень рад, что тебе нравится, – улыбнулся ей. – Не представляешь как мне нравится твоё…

Краска смущения розой окрасила её щёки.

Бесподобная.

Но я взял себя в руки и сделался серьёзным.

– По поводу Грана – я всё понял. Значит, навестим его перед нашим уходом. А остальные пленные… – я вздохнул. – Мия, я клянусь тебе своей жизнь, что от этого места не оставлю и следа. Клянусь, что все пленные получат свободу, но не сейчас. Чтобы всем помочь, сначала мы сами должны обрести свободу и оказаться в безопасности. Потом мы вернёмся с подкреплением и уничтожим эту клоаку раз и навсегда. Поверь, я знаю, что говорю.

Она закусила губу, нахмурилась. Внимательно посмотрела мне в глаза и, вздохнув, кивнула, соглашаясь.

– Хорошо, а теперь, нам пора. Готова?

Она сверкнула глазами и снова кивнула.

Готова.

* * *

Аррон

Есть два способа, как обмануть врага: один притвориться, что неживой и подпустить поближе; второй – мобилизовать себя и быстро преодолеть дистанцию до противника и обездвижить его.

Первый вариант не подходил. Слишком долго. Значит, второй.

Эти мысли пронеслись в голове одним моментом.

Мию оставил за своей спиной. Я не позволю ей принимать удар на себя.

Её чиповым ключом открыл дверь. В то же мгновение моё тело, разжавшись как пружина, уже летело навстречу двум охранникам. Они вскинули оружие и собирались стрелять. Но я был быстрее.

Мой тёрн с неуловимой скоростью для их глаза сорвался с пальцев, выпустив смертельные шипы. По стеблям с треском и гулом помчались разряды тока.

И я, и мой тёрн желали убивать.

Оба охранника успели лишь издать глухой утробный звук горлом, насмерть пронзённые моим оружием.

Мои разряды обездвижили их и причинили невыносимую предсмертную боль.

Теперь в моих руках оказалось оружие врага. Закинул оба огнестрела себе на плечи и затащил два тела в свою уже бывшую камеру.

Рацию тоже забрал и прикрепил устройство на нагрудный карман.

– Идём, – сказал Мие и взял её за руку.

К моему удивлению, она была внешне спокойна и вид убитых охранника её не испугал.

Хотя, она столько лет видела смерть на ринге. Вряд ли её уже чем-то можно удивить.

Нам навстречу попались ещё двое.

Дабы не тратить всю свою силу, а оставить максимум для Грана, я полоснул короткой глухой очередью по бойцам. Те, вскрикнув, рухнули на пол.

Мы беспрепятственно пересекли два отсека, а там нас встречала практически целая армия.

– Проклятье! – выругался сквозь зубы. – Они увидели, что у нас рация.

Мия испуганно посмотрела на меня. В её глазах застыл вопрос: «У нас получится?»

– Всё получится, моя хорошая, – сказал ей уверенно. – Стой здесь, хорошо?

Когда я закончу с ними, вернусь за тобой.

Она схватила меня за грудки и, привстав на цыпочки, быстро поцеловала.

На удачу?

Улыбнулся ей и пошёл на врага.

В этот момент время для меня слилось в одну сплошную линию.

Мои действия слились нечто единое, как будто свистящий затяжной прыжок, а внизу жду враги с автоматами на изготовке. И в этом падении нужно успеть, не только увернуться от пуль, но и самому поработать и уничтожить врага.

Отстегнув сознание от тела, сейчас я ничуть не был обеспокоен состоянием своего тела. Инстинкты и движения, доведённые до автоматизма на бесконечных тренировках, знали своё дело. Сейчас всем господствовала мысль – выполнить поставленную задачу. И выполнить её очень быстро. В полёте моё сознание, выпорхнув из тела, видело насквозь всё, что творилось в огромном коридоре и холле.

Пули накаляли воздух. Резкие хлёсткие порывы обжигали кожу. Несколько десятков раз пули вскользь прошлись, задев моё тело. Это мелкие раны, которые я даже не заметил.

Выпустил свой тёрн. Противники один, другой, третий… десятый… упали, дёргаясь в диких болевых конвульсиях. Враг, испытывающий на себе силу моего внутреннего оружия, в последние секунды своей жизни молился о скорейшей смерти. Разряды тока не просто парализовывали, но и причиняли невыносимые страдания. И я был бесконечно этому рад.

За Мию. За себя. За всех тех невинных пленных. Я готов был убивать всех причастных снова и снова, и снова, не испытывая ни жалости, ни мук совести.

Убил почти два десятка бойцов. Но осталось ещё столько же. И, скорее всего, скоро здесь будет ещё больше воинов.

Нужно спешить.

Сначала вскинул оба автомата и прошёлся очередями по врагу. Несколько бойцов получили ранения. Они скрылись за стеной, выкидывая короткие выстрелы из-за угла.

Тогда я снова выпустил свой тёрн. На этот раз тихо и совершенно незаметно.

Раздался тихий шелест. По гибким стеблям помимо разрядов пополз жидкий огонь.

Небольшой пожар не помешает.

Поблескивающие стволы автоматов исчезли, головы нескольких воинов слетели с плеч. Пеньки их шей пылали огнём и светились яркими разрядами молний.

Воины Грана пришли в ещё больший ужас.

Несколько бойцов противника повернули прочь, и бросились в бега.

Трусы.

Они тут же были убиты своими.

Осталось пятнадцать.

Я метнулся к ним как ожившая тень.

Мои руки, на которых из костяшек сформировался тёрн, ставший похожим на когти с кривыми, острыми, как бритвы, ещё и шипастыми лезвиями, обрушилась со всей силы на одного, другого, третьего противника.

Мужчины не успели даже понять, что происходит, когда когти яростно впились в их горло, потом в грудь, разрывая одежду, пуленепробиваемый жилет, разрывая кожу, вырывая мышцы и внутренние органы.

Фонтаны тёмной крови залили пол, и стало ужасно сколько.

Тела конвульсивно дёрнулись. В воздухе вдруг остро запахло безысходностью и неминуемой смертью.

Оставшиеся в живых, смотрели на меня испуганными глазами, наполненными дикими ужасом.

Я отошёл от тел, глядя на бойцов, застывших в страхе и непонимании. Я беззвучно рассмеялся над бесполезностью их жилетов. Сделал неторопливый шаг вперёд.

Я представил себе потное и жирное лицо Грана, теряющегося в догадках о том, как я смог одолеть столько его воинов. Я уверен, что этот жирдяй сейчас наблюдал за ходом действий.

Бойцы побросали оружие и подняли руки. Они сдавались и надеялись на мою милость. Увы, я не оставляю живых среди врагов.

Спокойно подошёл ещё ближе и незаметным движением рук, набросил на оставшихся бойцов тёрн, преобразовав его в тонкий, почти как нейлоновый шнур, но с шипами и резко дёрнул к себе.

Тёрн гладко срезал надвое все тела. У кого-то слетела голова. У другого туловище разрезало пополам.

Я обладал чудовищной злобой и силой, и вряд ли кому-то удалось бы сохранить жизнь. Мой тёрн был зол не меньше меня самого и жаждал крови.

Пока не прибыло подкрепление, я вернулся за Мией.

Увидев меня, залитого тёмной кровью и запачканного содержимым внутренних органов убитых, а также, пропахшего смертью, она вздрогнула и нервно сглотнула.

Что ж, я совершенно не рад тому, что моя половинка видит меня такого: палач; мститель; убийца.

– Идём, – сказал мягко, но хрипло. – Но советую не заострять внимания на убитых, хорошо? Зрелище отвратительное.

Она что-то сказала на языке жестов.

Проклятье! Надо было учить все языки, какие только существуют.

– Я не понял, что ты сказала, – проговорил расстроено. – До Грана далеко ещё?

Она подсунула мне под нос планшет с текстом.

«Следующий уровень. Думаю, нас там уже ждут. Грана не убивай сразу, я должна узнать, где именно моя сестра, а также нам нужно избавиться от чипов, которые внутри нас. У Грана есть это устройство».

– Я понял. Идём, Мия. Ради тебя я готов весь этот мир вывернуть наизнанку.