Глава 22

Аррон

Огромная скорость входа нашей капсулы в атмосферу планеты Экза вызывала большие в ней возмущения, чего и следовало ожидать.

Ощущение дежавю не покидало меня.

Впереди по направлению полёта газ атмосферы сжимался, но не постепенно, а ударом, и возникла сумасшедшая ударная волна.

Температура во фронте ударной волны на показателях достигла нескольких тысяч Кельвинов.

Простым языком, ещё чуть-чуть и вся конструкция нашей капсулы просто расплавится. А всё из-за того, что я не могу сейчас начать тормозить! Слишком рано!

Мия нервничала, кусала губы, во все глаза неотрывно смотрела на открывшийся ужас – тонны огня обрушились на нас. Скорость была такой, что нас сжало в кресло.

На нас обрушился мощный тепловой и динамический удар и быстрый унос солидного количества теплозащиты.

– Аррон… – хрипло позвала Мия. – Как же мы сядем?..

– Есть способ, родная. Двойное погружение в атмосферу, – ответил ей, сосредоточившись на рулении.

– Итак, наш вход в атмосферу был первым… – пояснил я. – Теперь выходим из атмосферы…

Я направил капсулу вверх. Такой способ значительно гасил скорость.

Спустя несколько минут, мы совершили второй вход в атмосферу и при значительно погашенной скорости я прошёл границу атмосферы, и направил капсулу в коридор входа.

– Сейчас будет посадка, – сказал, стараясь сдерживать переживательный тон, чтобы ещё больше не пугать Мию.

Капсулу трясло так, словно она вот-вот развалится.

Теперь всё зависело от того, в какую местность нас занесёт. Я очень надеялся, что мы окажемся поблизости от населённых пунктов.

Но это дело десятое, на самом деле важна сама посадка.

– Мия, нас ждёт жёсткая посадка, – предупредил любимую. – Держись…

– Я люблю тебя! – выдохнула она и судорожно вцепилась пальчиками в мои руки.

– И я тебя люблю…

Скорость падения ещё больше снизилась, капсула, падая, рухнула сначала на деревья, снося их, словно коса, прошлась по траве, и с грохотом и кусками грунта, различной породы, разлетающегося в разные стороны мы всё-таки совершили очень жёсткую посадку.

Мия кричала, а когда мы сели, капсула дымилась так, будто её только что вынули из крутого кипятка.

Сильный перепад давления оглушил, перегрузка оказалась колоссальной, и Мия лишилась сознания.

Я попытался шевельнуться, но меня тоже накрыла темнота.

* * *

Пришёл в себя очень вовремя.

Дышать было нечем. Удивительно, что я не угорел.

Капсула горела. Точнее, уже полыхала огнём так, что ещё пара минут и произойдёт взрыв! Огонь проник и в саму капсулу!

Волосы Мии горели, её костюм на теле! Мои ноги тоже были обожжены!

Запах горелой плоти вызывал тошноту. Я был на грани паники.

– Мия! – закричал я, пытаясь разбудить девушку, одновременно начал сбивать с неё и с себя огонь, обжигая себе ладони, но Мия не реагировала.

Отстегнул ремни. Одной рукой удерживая свою любимую, другой сдвинул в сторону дверь выходного люка.

Жадно вдохнул холодный свежий воздух и тут же начал кашлять. Но, не обращая внимания на своё состояние, скорее выбрался вместе с важной ношей наружу. Ноги утонули в огромных снежных сугробах. Почти по пояс. Едва передвигаясь, я бросился прочь, как можно дальше от капсулы и очень даже вовремя.

Буквально через мгновение произошёл взрыв.

Я успел упасть в сугробы, укрыв собой Мию.

Взрывная волна горячим потоком пронеслась над нами. Мы остались живы.

Поднялся с девушки, расчистил вокруг снег и сел перед ней на колени.

– Мия, девочка моя любимая… – прошептал я, наклонился и осторожно повернул её лицо к себе. У меня перехватило дыхание.

Левая половина лица и шея Мии были сильно обожжены. Плечо и левая рука в нескольких местах обуглены до костей. Она была без сознания. Ведь без сознания?

Внутри меня страх образовался тугим комом. Не переставая тихо и нежно разговаривать с ней, я молился, чтобы всё обошлось. Нащупал на её запястье пульс – едва ощутимый и очень слабый.

– Ну же, милая… Очнись… Посмотри на меня, Мия, пожалуйста, Мия… Милая моя, ты не можешь погибнуть из-за меня, девочка!

Я крепко прижал её к себе, спрятал лицо в опалённых каштановых волосах и застыл в оцепенении, не способный больше ни о чём думать.

И вдруг, её тёрн, очень слабый, коснулся меня.

Оторвался от девушки и тут же позволил своей силе наполнить её, чтобы её раны излечились. Мой тёрн сплёлся с тонким стеблем её цветка, и моя сила толчками потекла по её венам.

Запрокинул голову и осмотрелся. Заходящее солнце резко выделялось на фоне белых покрытых льдом горных пиков.

Мы упали в северной части Экзы.

Судя по всему, мы в тайге…

Ни воды, ни связи, ни тёплой одежды… Проклятье!

* * *

Аррон

Я нёс на руках Мию на протяжении всей ночи, направляясь в горы.

Именно в горах планеты Экза я смогу найти станцию.

Когда наступила ночь, то я смог увидеть огни станции. Но идти придётся очень долго.

Скорее всего, я заледенел. Мия тоже. Мы были практически обнажены, а воздух ледяной, порывы ветра обжигающие, а снег резкий и колючий.

Защитный скафандр, который был повреждён как у меня, так и у Мии не спасал от холода.

Я стучал зубами, уже не чувствовал своего тела, мой тёрн поддерживал во мне силы и силы в любимой и я упрямо продолжал идти.

Мия всё ещё была без сознания. Её страшные ожоги немного поджили благодаря моей силе. Её тёрн сильно ослаб, потратив колоссально много энергии на выживание. Без него Мия бы умерла.

Мы передвигались между деревьями… О, Вселенная, так много было в тайге деревьев! И склон становился всё круче и тяжелее.

Выше, выше, быстрее, быстрее я шёл с ней на руках по глубокому снегу.

Настоящая зима, ошеломляющая своей дикой красотой, суровая и опасная. Как быстро мы сможем замёрзнуть здесь до смерти?

Чем выше я поднимался в горы, тем скалистее становился ландшафт. В конечном счёте, я потерял счёт времени. Всё, что я чувствовал неудержимую дрожь, все мои мышцы налились свинцом, и лёгкие горели огнём.

Какая злая ирония. Я абсолютно свободен. Со мной рядом находится моя женщина, и единственная опасность, которая преследовала нас, это погода.

Вскоре взошла луна, освещая зимнюю природу. И хоть моё зрение было идеальным даже в ночное время, я был рад, что стало немного светлее. Я добрёл до небольшой пологой поляны, где лежало поваленное дерево. Желание сделать остановку и передохнуть было невозможно сильным.

Стоило признать, что если не передохну, то погублю не только одного себя, но и свою единственную.

Поэтому я опустился на холодную землю и прислонился спиной к огромному стволу. Теснее прижал к себе Мию и закрыл глаза. Совсем чуть-чуть отдохну, а тёрн будет нас согревать. Отдых оказался ошибкой.

* * *

Мия

Свет проник в мой разум, пробуждая. Я потянулась, просыпаясь от беспокойного сна. Едва шевельнулась, ощутила ужасную скованность и даже боль во всём теле, а также не сразу осознала, что ещё я очень-очень замёрзла, если не сказать больше – продрогла.

Без спешки разлепила сначала веки и увидела Аррона. Он сидел и держал меня в своих объятиях, припорошённый снегом. Его волосы покрылись льдом и превратились в сосульки, губы посинели, а лицо стало таким белым, будто оно высечено из камня.

– Аррон? – позвала его едва слышно. Голос не слушался меня, сипел и хрипел.

Выбралась из его объятий, не обращая внимания на боль во всём теле и тяжёлое дыхание.

Моё сердцебиение ускорилось, когда вспомнила наше жёсткое приземление.

Обхватила его лицо руками и потрясла.

– Аррон! – выкрикнула в ужасе.

Он не шевелился.

Тогда я начала нащупывать его пульс.

Пульса не было!

– Нет, нет… – простонала я, ощущая приближение паники. – Ты не можешь оставить меня… Ты же обещал…

Все мои надежды сгорели и превратились в серый пепел.

Ужас охватил меня, когда я трясла его, давала ему пощёчины, а он не просыпался. Рухнула ему на грудь, неудержимо рыдая, пока не выплакала все слёзы, пока не начала задыхаться.

– Что мне без тебя делать?! – закричала я, срывая итак сиплый голос.

«Он не умер. Аррон жив».

Какой-то странный внутренний голос врезался в мой разум и был уверен и спокоен.

Я схожу с ума?

Или…

Мысленно дала себе оплеуху и, собравшись с силами, взяла лицо своего любимого мужчины в ладони и принялась за диагностику.

Мой тёрн, как это ни странно, был наполнен живительной силой и энергией.

И только тогда, когда эта сила полилась в Аррона, я поняла, откуда она. Это он помогал мне, он исцелял и тратил свою силу на меня, обрекая себя на верную смерть. Нет, мой родной, ты будешь жить.

Я не позволила тревоге и панике заполнить свою голову и отвлечься от главного – спасения своего мужчины.

Глубоко внутри, в водовороте инстинктов я знала, что мы спасёмся, по-другому и быть не могло, мы заслужили своё счастье, вырвали его из пасти несчастий и бед. Я ощутила, как мой тёрн распустился букетом и вдруг, запылал, посылая согревающий и исцеляющий жидкий огонь тёрну Аррона.

Он сделал вздох. Его сердце забилось, сильное сердце начало разгонять кровь по его телу, он согревался.

Ох, да. Он жив.

Облегчение накрыло меня.

Аррон был жив, но без сознания. А сидеть тут и ждать помощи с небес не приходилось. Никто нам не поможет кроме нас самих.

Я немного побродила вокруг нашей стоянки и не сразу, но всё же увидела в горах огни.

Там была станция!

Вот почему он отправился в горы.

Не раздумывая, я вспомнила все навыки сельской жизни. Отец учил нас, как выживать в лесу и сейчас самое время применить эти знания.

«Спасибо, отец. Спасибо за всё. Я навсегда запомню вас с мамой и братом. Вы в моём сердце и в моей душе остались светлой памятью».

При помощи своего тёрна наломала лапника и соорудила волокуши.

Ободрала в кровь ладони, но плевать! Главное – добраться до станции.

Зато я согрелась, пока работала.

Кое-как, кряхтя и постоянно падая и спотыкаясь, я перетащила Аррона на волокуши. Верёвки не было и это плохо.

Когда солнце село за горизонт, бросая фиолетовую и розовую дымку на небо, я отправилась с Арроном в путь.

Но мне удалось пройти от силы десяток метров и волокуши развалились. А идти нужно ещё долго.

Но я не падала духом и не сдавалась.

Подлезла под Аррона и кое-как приспособившись, водрузила его себе на спину.

И на этом всё.

Аррон был слишком тяжёл для меня, я быстро выбилась из сил в попытках подняться вместе с ним. Увы, это оказалось провалом.

Руки дрожали, ноги тоже, но я снова не стала сдаваться.

Взяла его подмышки и потащила.

Темнело очень быстро, и вскоре темень стала такая, что я побоялась продолжать идти. Тем более, я ужасно хотела пить.

Пришлось натаять в ладошках снег и хоть таким образом напиться.

Напилась и точно также напоила талым снегом и Аррона.

Прислонила его к большому стволу дерева, а сама решила развести костёр.

Для этого я нашла подходящие камни. Хоть в поисках камней повезло.

Осталось собрать веток и сухой коры.

Я – бестолочь, нужно было заняться этим, когда только начало темнеть, а не тогда, когда звёзды высыпали на небе.

Пока по темноте собирала ветки для костра, не заметила опасности.

Заметила, когда было слишком поздно.

Передо мной выросла мощная мужская фигура.

Он стоял передо мной в расслабленной позе, но держал в руке лазерную пушку, направив прямо на меня красный прицел. Не было никаких сомнений, что его расслабленная поза – миф, если я сделаю, хоть одно малейшее движение в сторону, он выстрелит. У него был уверенный и довольно суровый взгляд.

«Опасность!» – закричали все инстинкты.

– Почему вы наставили на меня пушку? Я не представляю опасности, – произнесла я устало.

– Это я буду задавать вопросы. Кто ты такая и что здесь забыла? – потребовал он. – И не смей лгать! Я почувствую ложь и тогда я буду очень злым. И поверь, я могу сделать с тобой страшные вещи.

И вдруг меня пробрало на неудержимый смех. Даже не смех, а хохот.

Мужчина непонимающе посмотрел на меня, не ожидая подобной реакции. Чего угодно он ждал, слёз, мольбы, рассказа, помощи, но никак не смеха.

– Ты больная что ли? – процедил он.

Бросила ветви к ногам и вытерла дрожащими пальцами набежавшие слёзы.

– Самое ужасное, что могло случиться со мной, уже много раз произошло. Поверьте, вы не сможете со мной сделать ничего такого, что со мной ещё не делали, – сказала я обессилено. – Я устала, чтобы волноваться.

Он нахмурился:

– Как ты здесь оказалась?

– Потерпела крушение на спасательной капсуле, – ответила я, не рассказывая об Арроне. Мало ли, может это ещё один враг. Хотя он не выглядел страшно. Только судить сейчас сложно, очень темно.

Пауза, пока он изучал меня.

– Мы видели взрыв и я вместе с группой отправился узнать, что произошло, – сказал мужчина и вдруг, убрал пушку. – Ты одна?

– То есть, вы со станции? – прошептала я, в надежде сложила ладони в молитвенном жесте.

– Да, именно оттуда. Я – Дольф.

Выглянула луна и осветила мужчину.

Дольф оказался коренным жителем планеты Экза – экзариец. Высокий, огромный, руки-лапы с длинными когтями были смертоносным оружием, глаза – два жёлтых огня, во рту – длинные клыки, а на голове у него были острые мохнатые уши.

Я видела уже подобных ему, и у Грана много было пленных экзарийцев. Сильные и очень храбрые, но при этом, безумно агрессивные, если из разозлить. А ещё, они могли меня форму, становясь настоящим страшным зверем.

– Со мной мой мужчина, он сильно замёрз, когда нёс меня бессознательную к вам на станцию. Помогите… – попросила я.

– Где он?

И я повела Дольфа к нашей стоянке.

Теперь точно спасены.