глава 16

Казалось, воздух звенел. Звенел и плыл, холодком заливался в легкие. Решение принято, но немного страшно. Но по-другому она просто не могла.

Мужчина секунду смотрел на нее как завороженный, наконец подался назад к бортику и откинулся на него спиной, давая ей место. Лохань была большая и глубокая, горячей воды Эве было выше коленей. Осторожно, стараясь не расплескать, она переместилась вперед и уселась ему на ноги. А он шумно сглотнул и застыл, глядя на нее очень серьезно.

— Если ты не хочешь, Эва…

— Тихо.

— Я холодный, — проговорил он.

— А я здесь для чего?

«Дурак! — хотелось ей гаркнуть. — Ты весь в магических ожогах, и регенерация не справляется!». Однако она просто качнула головой. Приподнялась над ним и положила ему руки на плечи, а он молча смотрел на нее.

На мгновение оба замерли. Звякнула золотая цепь, туго обхватывая их и замыкая в единое тесное кольцо. И все вдруг стало до безумия остро и жарко. Исчезла первая легкая боль, закрылись глаза, а огненный вал стал накатываться волнами, пока не затопил все вокруг пожаром.

* * *

Когда оба вынырнули из этого смерча, вода из лохани расплескалась по полу. Он держал ее на весу и крепко стискивал в объятиях еще долгую минуту. Только потом немного ослабил захват, и Эва смогла осмотреться. Энгвард улыбался, его кожа теперь выглядела нормально, никаких следов от ожогов.

Получилось. Она хрипло засмеялась, а мужчина прошептал, уткнувшись лицом ей в грудь:

— Эва, мне ведь не показалось? С тобой все хорошо?

Приподнял ее, увидел на себе кровь.

— Эва?!

— Ооо!? — проворчала она, закатывая глаза. — Моя девственность точно того не стоила.

А он поднялся из лохани с ней на руках, завернул ее в большое полотенце и понес на постель. Уложил, сам лег рядом и приподнялся на локте, глядя ей в глаза.

— Как ты?

Ну? Она уставилась на него. После того как огненная страсть схлынула, немного саднило, но Эва просто пожала плечами.

— Хорошо.

— Мейра моя, — поцеловал он ее. — Сейчас все будет хорошо.

Притянул ее к себе ближе и стал гладить там.

— Прекрати! Эн, что за… — вспыхнула Эва.

Вот еще глупости, этого только не хватало! Но он касался так нежно и целовал так жарко, что в конце концов она выдохнула:

— Сделай так еще.

* * *

А дальше он крепился, как мог, нельзя ей пока, может быть больно. Потом просто подмял ее под себя и стал целовать. Ласкал, забирая поочередно то одну, то другую грудь в рот, и оглаживал бедра ладонями. Пока она не начала задыхаться от счастья. Его снова повело и швырнуло в жар.

Безумно хотелось продолжить и еще неделю не вылезать из постели. Но увы. Он глава, и у него обязанности.

Эва заснула первой, а он все еще сжимал ее в объятиях, и золотая цепь обвивалась вокруг них кольцом. Теперь это был символ того, что они вместе. Его мейра, его женщина. Он бережно поцеловал ее в ладонь. Потом притянул ее к себе, сжал сильно и нежно и наконец, довольный, уснул.

Последняя мысль перед тем, как он сам уплыл в сон, была с утра навестить Озрана и выяснить, что с ним произошло. Однако эти планы пришлось отложить, потому что с утра к ним пожаловал король Ангиара.

Проснуться вместе без прежних границ тоже было прекрасно. Сначала они просто целовались, а потом… Нет, повторить Эн пока не решился, он слишком крупный, его мейра такая маленькая и тонкая рядом с ним. Но отчаянная и горячая до одури.

Из постели пришлось выбраться, пока ему не окончательно отшибло мозги.

— Куда сегодня? — спросила Эва, выкладывая еду на стол.

— К Озрану. Хочу проверить, как он.

— А что с Озраном? — она даже остановилась и присела.

Энгвард нахмурился, разглядывая свои руки, наконец сказал:

— Сдается мне, что вчера его столкнули в Разлом. Совсем как когда-то Сейлора.

— Что?! Так ты потому вчера… — перекосилась Эва и тут же подскочила, ткнув в него пальцем. — Так! Я с тобой! Идем к Озрану, а потом к вдовам. Надо увидеть Моргот.

Он смотрел, как его мейра расхаживает по комнате, и не мог скрыть улыбку. А потом проговорил:

— Непременно. Но сначала ты поешь.

* * *

С королем Ангиара они столкнулись в зале, недалеко от входа. После вчерашнего настроение у Энгварда было прекрасное, и он даже ненадолго забыл о его существовании, однако Олаф о себе напомнил. Король был не один. Рядом по правую руку стоял тот самый чернявый мейр, с которым Олаф приходил вчера. За спиной другие мейры из его свиты. Чуть в стороне мялся Вир, которого Энгвард к гостям приставил.

— Доброе утро, — проговорил молодой король Ангиара, окинув их неприязненным оценивающим взглядом.

— Доброе, — кивнул Энгвард.

Он держал Эву за руку, а взгляд ее брата сфокусировался именно на этом жесте. И вид у него был такой, как будто он застал их на месте преступления.

«Какого черта?! — хотелось рявкнуть Энгварду. — Эва моя жена!»

Однако он почувствовал ее напряжение и отпустил руку.

— Могу я говорить с сестрой? — спросил король.

— Можешь, — ответил Энгвард.

— Наедине.

Энгвард мрачно хмыкнул, отошел вперед на пару десятков шагов, повернулся спиной и замер.

* * *

Не понравилось Эве такое вступление. Однако когда брат подошел и обнял ее, она крепко сжала его в объятиях и спросила:

— Вы как? Не замерзли?

— Нет, — качнул головой Олаф.

Неудивительно, на нем был плащ, подбитый волчьим мехом. Но остальные-то ребята в легкой форме, а Эва прекрасно знала, как в этих залах холодно. Из всех бодро держался только Лойку, но ему с его зингарской кровью любой холод нипочем. А вот остальные выглядели не очень. Она хотела сказать, что людям надо бы теплую одежду, но тут Олаф спросил, понизив голос:

— Ты что, с ним?

И мотнул головой в сторону замершего в отдалении Стража. Чувств промелькнуло много, но Эву просто добило осуждение, которое она увидела в глазах брата. А вот этого не надо! Она давно уже взрослая девочка и сама принимала все решения. И стыдить ее тоже незачем.

Она откинула голову назад и проговорила:

— А если даже и так? Разве не для этого ты меня тогда призвал и выставил на смотрины как живой товар?

— Эва…

Олаф стразу же опустил голову.

— Я делаю, что могу.

— Спасибо, — кивнула она. — Я ценю это и благодарна. Но ты представления не имеешь, что здесь происходит. И как это важно для нас всех.

Повисла звенящая пауза. Наконец Олаф спросил, обведя взглядом зал:

— И что? Ты здесь останешься?

А вот об этом Эва пока не думала.

Она оглянулась на Энгварда и увидела, как резко вдруг напряглась его спина и кулаки дрогнули. Ччччерт! Повернулась к брату, коснулась его груди ладонью.

— Рада была видеть тебя, брат.

Потом кивнула на прощание Лойку и остальным мейрам, стоявшим в отдалении и сказала:

— Твои людям нужна теплая одежда. А сейчас прости, я опаздываю.

И направилась к Энгварду.

* * *

Все это время он слышал, о чем говорилось. А чего не слышал, то чувствовал. И когда братец Эвы опять завел песню, не хочет ли она вернуться, а Эва ничего не ответила, ему показалось, что ледяной шип вонзается в грудь.

Но вот она нагнала его, взглянула в глаза и спросила:

— Идем к Озрану?

Его отпустило. Отвратительное чувство, терзавшее его, испарилось. Эва с ним по-прежнему, а дальше видно будет. Взглянул на нее насмешливо и лениво протянул, склонив набок голову:

— Как скажешь, мейра. Как скажешь.

А она вдруг расплылась в улыбке и брякнула:

— Сопли подбери!

Энгвард просто оторопел от возмущения.

— Я?! Сопли?!

Но мейра уже ушла вперед и скомандовала:

— Пошли, Страж! У нас дел полно.

Когда она пришли к Озрану, тот сидел у накрытого стола, закутанный в одеяла. Вокруг суетились все три его жены, и вид у всех был сияющий и довольный. Энгвард обрадовался, что старик в порядке, и с порога спросил:

— Как ты, старый черт?

— Живой пока еще, — Озран покосился на своих женщин и многозначительно крякнул.

И тут уж Энгвард расхохотался:

— Дааа, тебе же за троих стараться пришлось!

Старик с притворно страдальческим видом закатил глаза, а женщины тут же заулыбались и облепили его со всех сторон.

— Спасибо, что вытащил меня, — уже серьезно проговорил старый Оз. — Я никогда этого не забуду.

— Пустое, — отмахнулся Энгвард.

А старшая из его жен, Лиа, низко поклонилась ему и Эве и позвала за стол:

— Садитесь, поешьте с ними.

Он обернулся к Эве, увидел, что у той глаза огромные и, кажется, наступает культурный шок, поблагодарил и сказал:

— Мы ненадолго.

А как сели за стол, спросил у Озрана:

— Ты вчера заметил что-нибудь?

Тот уклончиво повел бровями.

— Кхммм… Давай об этом после, — и показал взглядом на своих женщин.

Ясно было, он не хотел говорить при них. Энгвард кивнул:

— Хорошо, увидимся в Хранилище.

— Эн, я завтра буду как огурчик, чесслово, — заверил старик, а его женщины дружно хихикнули.

Они посидели еще немного, потом Энгвард поднялся.

— Пора. У нас дела еще.

И потянул Эву к выходу.

Теперь по плану было найти и расспросить Моргот. Некоторое время они шли молча, но когда прошли несколько залов, мейра вдруг развернулась и остановила его.

— У Оза что, три жены, или это его сестры? — спросила прищурившись.

— У нас нет сестер и дочерей, ты же знаешь, мейра, — проговорил он. — Это его жены.

— И что? — у нее вырвался сердитый жест. — Ваш закон допускает такое?

— Нууу… — протянул Энгвард, ему вдруг стало весело. — Если хватит золота.

Долгую секунду она смотрела на него, глаза были просто огромные и горели, как у дикой кошки, потом спросила:

— А ты? Тоже намерен завести трех?

Как ему нравились ее ревность и этот сварливый тон! Энгвард расплылся в улыбке, забрал Эву в кольцо рук и, притворно вздыхая, выдал:

— Куда мне? Я одну мейру удовлетворяю с трудом.

Тут же получил тычок в челюсть, но после его все-таки поцеловали.

— Если серьезно, это скорее исключение, — сказал он уже другим тоном. — Оз у нас один такой везунчик.

А мейра хмыкнула:

— Пссс?! Конечно, если они его в три руки греют!

— Эй-эй! В нашем деле одной рукой не обойдешься!

— Ну не знаа-а-аю, Страж, — с ехидным видом протянула она. — Тебе видней!

Ловко выскользнула из его объятий и двинулась вперед.

Вскоре они подошли к поселению вдов. Привратница вышла навстречу, оглядела их и проскрипела:

— Чего тебе, глава?

Энгвард шагнул вперед.

— Моргот проснулась? Я хочу говорить с ней.

— Проснулась, — старуха пошамкала челюстями, острый взгляд недобро сверкнул из-под накидки. — Но говорить с ней ты не сможешь.

Он сразу напрягся.

— Почему?

— Нету ее. Убили Моргот.