Глава тридцать четвертая. Вопросы

Всю дорогу до дворца я разглядывала свои запястья с мерцающими золотом линиями. Чудно же работает эта магия, наглядно показывая, как мы привязываемся к другому человеку.

— А мои прошлые… отношения теперь не играют никакой роли?

— Я не знаю, Рокс, — Эйнор притянул меня к себе, когда экипаж заметно тряхнуло при повороте. Страж коснулся губами моего виска и потом хмыкнул. — Всё, что в моих силах, — стать для тебя более значимым, чем прошлое.

— Пока я бы сказала, что ты вообще захватил всю мою жизнь, — хоть я и ворчала, но руку Эйнора обхватила и разрывать объятия не собиралась. — Вторгся, подобно варвару, и теперь вместо тихой мирной работы в лавке, которой ты тоже хочешь нас лишить, надо искать заговорщиков, попадать в ловушки и …

— Вот варваром меня еще никогда не называли! И вообще, я бы оспорил утверждение, кто из нас первый вторгся в чью жизнь.

И почему от ощущений его объятий и прикосновений так бессовестно хорошо? И как долго такое будет продолжаться — может, через пару недель уже отпустит?

— Мне интересно… Предполагала ли Эйда такое развитие событий?

— Только не говори, что тебя мучает совесть из-за подруги.

— Нет. Сложно отрицать, что она мне многое не договорила. И я почти уверена, что знала о нападении в храме и о том, что всех стражей будут пытаться уничтожить. Но всё-таки… Вдруг по их планам ты и должен был на мне жениться. А вовсе не раскрывать обман…

— Жениться, чтобы что? — кажется, потерял ход моих мыслей Эйнор.

— Чтобы я тебя ослабила. Не смогла стать настоящей невестой, женой, подвела в нужный момент. С тем, с чем могла бы справиться настоящая невеста света.

— Отправлю тебя на короткие курсы подготовки, — отшутился страж.

— Я серьезно.

— Если ты скажешь, что меня и влюбиться в тебя заставили, я окончательно разочаруюсь в своей свободе воли. Если только ты не применяла какое-то привораживающее зелье, — он взглянул на меня искоса с подозрением, и я ткнула его в бок. — Пожалуйста, не давай мне повод подозревать еще и тебя, Рокс!

— Я пыталась сбежать еще в вашем замке… Это нелогично.

— Вот именно.

Перед прибытием во дворец стражей я снова надела надоевший флакон и сосредоточилась на создании иллюзии “подруги”. Эйнор едва заметно вздохнул. Расследование требует жертв. Да и в целом так лучше для него же — меньше придется отвлекаться.

Внутри нас уже ждали.

— Где вы так долго? — нахмурился Марк, глядя на нас с Эйнором, идущих вверх по лестнице.

Третий страж нетерпеливо постукивал пальцами по каменному ограждению. Мы прошли в ближайший зал, в котором оказался накрытый на троих стол. Пара слуг прошли мимо, поклонившись.

А я все никак не могла привыкнуть к сверкающей обстановке после аскетичного замка-убежища и после своей крохотной уютной лавочке, где мне куда больше понравилось проводить время с Эйнором вдвоем.

— Ждали специалиста по зельям, — обменялся Эйнор со мной взглядом, сев за стол.

— Угу. Это не так просто, как кажется.

— И как, есть новости?

— Пока нет, анализ требует времени, — сухо ответил мой муж. — А у тебя что по Мэл? Удалось что-то выяснить?

Я не стала терять время даром и приобщилась к горячему обеду, мужчины тоже взялись за приборы, но Марк застыл с ножом в руке.

— Узнал, где ее видели последний раз. Она была в городе вчера утром, а потом словно сквозь землю провалилась. — Он покачал головой. — Если я что-то понимаю, то у заговорщиков свое тайное убежище — и попробуй найди его без наводки. Если они тоже состоят в Ордене, то наши возможности примерно равны.

— А где Алан? — Эйнор тоже приступил к еде.

Кажется, мы успели проголодаться за это утро и день…

— Просил передать, что сегодня во второй половине дня объявит срочное собрание Ордена. И придется тебе ответить, что произошло в храме и что вообще происходит… в принципе.

— Предлагаешь вслух заявить заговорщикам, что мы их ищем? Едва ли они явятся на это собрание, тем более, что оно пройдет без предварительного согласования.

— Я думаю, — начал Марк, нервно постукивая по ручке ножа, — что времени у нас осталось совсем немного. И пора решительно объявлять о себе. Может, это выявит кого-то из самых нестабильных. А если нет, то главные из них и без того понимают, что происходит. Если ты взял на себя обязанности Великого Первого стража и заявился в Орден — это и есть объявление войны, Эйнор.

— Да, я понимаю.

— И Эйде… Роксане тоже лучше явиться, — кивнул на меня Марк. — Иначе у многих будут вопросы. На воскресших предпочитают смотреть лично.

— Это риск, — отрезал Эйнор, — ведь они знают, те, кто стоит у истоков, что внешность Эйды — иллюзия.

— Именно это может их выдать. Любая странная, непредсказуемая реакция. Наша задача отследить и поймать с поличным.

— Знаете… — позволила я себе вмешаться. — С моей стороны это звучит так, будто вы собрались ловить заговорщиков на живца. Нет, конечно, это забавно, но…

— Ты можешь не ходить, — быстро сказал Эйнор.

Похоже, чувствовать себя тем, кто внаглую использует меня в своих целях, ему действительно неприятно. Не корит же он себя за то, что случилось в лавке? Как ни крути, эта близость связала нас по-настоящему, хотели мы именно этого или нет.

Марк нахмурился и покачал головой.

— Эйнор, нас много и мы не так уж беспомощны. Особенно, когда уже представляем, с кем и чем имеем дело. И уж с нами ей будет безопаснее, чем даже оставаться в этом дворце.

— Роксана здесь не при чем, — повысил голос Эйнор, — и я не имею права заставить ее рисковать своей жизнью. Достаточно того, что она уже сделала для нас. Для меня.

Я прокашлялась, привлекая к себе внимание.

— Ценю твою заботу, Эйнор, но давай обсудим. Если Марк говорит, что это не так уж опасно, то я готова попробовать. В конце концов, мы уже слишком далеко зашли. У меня есть пара защитных артефактов…

Я уже ожидала, что страж начнет с видом новоявленного мужа, вступившего в свои права, указывать мне, что делать и что не делать. Но Эйнор посмотрел на меня внимательно и с легкой усмешкой. Доверяет?

— Надеюсь, это не зачарованные ножи, — сказал он.

— Нет, просто защита от колюще-режущих, от ядов и сонных зелий, небольшие щиты от магического воздействия… прихватила, когда уходили из лавки. В общем, от любого нападения, кроме сил тьмы. Это уже твоя забота, ладно?

Эйнор покачал головой, но в конце концов согласился. Следующие несколько часов до собрания мы обсуждали всех возможных подозреваемых, исключив только Коула и Магистра. Ну, и Патришу с другими стражами — напасть и уничтожить пытались нас всех одновременно.

— Расскажите мне всё про этот запрещенный культ, — попросила я. — В Элевисе я не слышала ничего подобного. Они и правда проводили кровавые ритуалы?

— Да, — начал Эйнор. — С их помощью творили жестокое колдовство: от самой простой порчи, до отнятия чужой жизни ради продления своей. Те, кто верят в Великую Богиню Кибелу, готовы на многое ради своих целей.

— Столько кровожадных людей… даже представить сложно.

— Считалось, что она царствует в том мире, что запечатан Железными Вратами. Неизвестно, что это за аномалия, оставившая проход не закрытым. Когда боги покинули наш мир, оставив своих проводников — которых мы позже назовем Святыми — произошло сильнейшее сотрясение земли. Тьма проникла в наш мир, просачивалась сквозь малейшие щели, и только сильнейшим магам удалось запечатать портал.

— А потом Основатель Ордена стража, — продолжил Марк, — и наш хороший знакомый Лоуренс назвал себя первым стражем тьмы.

— Мне вот интересно, правда ли его невеста сбежала, — задумчиво пробормотала я. — Может, зря он так во всём обвиняет женщин.

— Кто теперь узнает? — пожал плечами Эйнор. — Это было больше сотни лет назад.

— Кстати, Лоуренс сообщил еще что-нибудь важное, кроме предполагаемой даты?

— Приказал паре стражей остаться для охраны замка, — сообщил Марк. — У него подозрения, что заговорщики могут решиться напасть. Раз Мэл сбежала и явно передала сведения, надо быть настороже. Двое остались охранять Печать на Вратах. Если город и впрямь захватит тьма, у них будут основания считать всех нас пустым местом.

— Но для этого потребуется им самим остановить тьму, — нахмурился Эйнор. — Не хотят же заговорщики в самом деле уничтожить всех вокруг и себя в том числе.

— Если только с этой чудовищной силой нельзя заключить договор…

— Нельзя! — резко отозвался Эйнор.

Вспомнились его слова про отца и то, что он был за Железными Вратами в поисках спасения чужой жизни. Он выжил, но тьма осталась в нем — опасная, страшная и непредсказуемая сила. И хоть он выглядит так, будто запросто контролирует ее, мне стало самую малость не по себе. Но Марк явно не в курсе, пора перевести разговор.

Я потянулась и вздохнула, глядя в окно, за которым был любимый простор.

— Интересно у вас тут, конечно. Обалдеешь. Такой огромный Орден Света, власть стражей, обучение невест, этот жуткий Разлом, твари, запрещенный кровавый культ и угроза конца света, — я шутливо восхитилась. — В Элевисе гораздо скучнее, мы заперты между гор и другими странами, даже не знаю, что моя мать там нашла. Ну, кроме нового мужа и сына.

— Безопасность и покой, — усмехнулся Эйнор. — Родители разошлись?

— Да, давно. Я только родилась тут, а росла у матери на родине. Отец здесь, он из знатного рода, состоит в Ордене, но больше ради выгодных связей, занимается больше своими делами, он купец. И женат. А мать была так… случайный роман, видимо. Яркая чужестранка с временным визитом.

— Ты вернешься потом туда? — спросил Марк.

— Вернусь? — я даже опешила от этой мысли. — Почему?..

— Там твоя мать, новая семья, а здесь слишком опасно. К тому же, ты только играешь роль жены, но это ведь ненадолго.

— И что может быть дальше?

— Мы найдем заговорщиков, уничтожим культ. Снова. Император признает заслуги Эйнора, но ему все равно нужна будет настоящая пара, иллюзия не станет вечной.

— Я думаю, — перебил Эйнор, — мы вернемся к этому вопросу, когда действительно одолеем то, о чем ты говоришь, Марк.

Похоже, Эйнор тоже пока не готов признавать, что нас в самом деле связало. Да и как объяснить всё это Третьему стражу, который больше всего, кажется, ценит порядок и обычаи. У нас же всё — именно всё! — не так, как должно было быть.

— Давайте для начала найдем врагов. В конце концов, я должна задать вопрос Эйде: “Почему?”. Даже представить не могу, что она так легко предала дружбу и всё, что было ей раньше дорого. Родителей, страну, силу света, любовь, в конце концов. Неужели последователям культа обещают золотые горы и вечную жизнь?

— Вечную посмертную жизнь в первую очередь, — кивнул Марк. — Потому что грядет конец света, и всё материальное станет неважным.

— Только не говори, что ты тоже веришь в конец света.

— Пока думаю, что некоторые силы могут его устроить раньше времени. И даже молитвы Всем Святым едва ли помогут, если силы тьмы достигнут критической массы. И если мы не помешаем, то это начнется уже через несколько дней, в ближайшее полнолуние.

— Ну нет, Марк, ты еще должен выбрать себе жену, — поднялся из-за стола Эйнор и протянул руку мне.

— Прозвучало так, — вставила я, — словно “не только же мне страдать”.

— С тобой согласен и пострадать, — шепнул мой тайный муж, подтянув ближе, отчего по спине пробежали мурашки.

— Нам пора, — поторопил Марк. — Ждет Великий Магистр, собрание Ордена и те, кто мечтают нас уничтожить.

— Ну, раз ждут, надо идти, — улыбнулся Эйнор.